Сейтжан А.Б.

Студентка 4 курса факультета Международных отношений специальности «Международное право»

Казахский Национальный университет имени аль-Фараби

Научный руководитель к.ю.н., Ph.D Ерджанов Т.К.

Казахский Национальный университет имени аль-Фараби

Природа и степень принуждения как один из критериев определения факта нарушения права хранить молчание и не свидетельствовать против себя

Реализация и обеспечение права хранить молчание и права не давать свидетельских показаний против себя на должном уровне является довольно сложным процессом, поэтому часто выявляются случаи нарушения государственными органами этих прав лица, против которого выдвинуто уголовное обвинение. Но для определения того имело ли место нарушение данных прав либо же его не было, Суд смотрит на совокупность определенных факторов. Одним из таких факторов является определение природы, характера и степени принуждения, использованного правоохранительными органами для получения доказательств.

«Как разъяснил Европейский суд, защита обвиняемого от ненадлежащего принуж­дения властей направлена на предотвращение ошибок в отправлении правосудия» [1]. Это означает, что подозреваемого и обвиняемого нельзя принуждать к даче показаний, как при проведении допроса, так и в ходе судебного заседания. Прецедентная практика Европейского Суда, связанная с нарушением права хранить молчание и не свидетельствовать против себя, довольно обширная. Поэтому рассмотрев несколько дел из практики ЕСПЧ, мы постараемся понять: какую же роль играет определение степени и природы принуждения в выявлении факта нарушения вышеуказанных прав подозреваемого или обвиняемого.

Первым прецедентом, который мы рассмотрим, будет дело «Функе против Франции». Суть данного дела состояла в том, при расследовании возможных нарушений положений закона о зарубежных финансовых операциях, службы таможни Франции оштрафовали заявителя за то, что он отказался предоставлять банковские документы. Г-н Функе утверждал, что, предоставив данные документы, он поспособствует своему обвинению, что по определению нарушает всю суть его прав на справедливое судебное разбирательство. В указанном деле о наличии принуждения говорит штраф за отказ от предоставления документов, а также угроза наложения последующих штрафов. Суд своим постановлением о том, что нарушение статьи 6 имело место, дал понять, что такая степень и природа принуждения выходит за рамки справедливости. Также Суд указал, что «особенности таможенного права не могут оправдать нарушение права любого "обвиняемого" (в смысле статьи 6) молчать или не давать показания в подтверждение своей вины»[2].

В другом деле «Мюррей против Соединенного Королевства» заявитель был арестован в связи с Законом «О предупреждении терроризма». На допросе заявитель воспользовался своим правом хранить молчание и не свидетельствовать против себя, в результате чего был предупрежден о том, что такое поведение может «выйти ему боком», так как из его молчания Суд может сделать неблагоприятные выводы для него же самого. Но и на эти предостережения он ответил молчанием, таким образом, заявитель хранил молчание и не давал показаний против себя на протяжении всех допросов и судебного заседания, и каждый раз он предупреждался о том, что оценка Суда может быть негативной и не в его пользу. Заявитель жаловался на то, что было нарушено его право хранить молчание и не свидетельствовать против себя, что степень принуждения, которая состояла в том, что каждый раз, когда он пользовался своими правами, его предостерегали или, можно сказать, «пугали» негативной оценкой суда, не совместима со стандартами справедливого суда.

В постановлении Суд указал, что данные права не являются абсолютными и что при вынесении решения Суд может делать определенные выводы, но обвинение не должно строиться только на оценке молчания обвиняемого. Поэтому здесь ЕСПЧ не выявил нарушения статьи 6, так как обвинение было построено на совокупности доказательств. То есть в настоящем деле степень принуждения, с которой столкнулся заявитель, является правомерной и в рамках справедливого судебного разбирательства.

«Следует отметить, что главным отличием дела Мюррея от дела Функе стала именно степень принуждения к даче показаний: отказ Функе от содействия следствию был квалифицирован как самостоятельное законченное правонарушение, тогда как для Мюррея он обернулся лишь неблагоприятными выводами британского суда о фактических обстоятельствах дела» [3].

Еще одним интересным и в тоже время противоречивым прецедентом является дело «Серв против Франции». Заявитель был оштрафован за то, что отказался приносить свидетельскую присягу на допросе. И это, казалось бы, вполне логичным поступком с его стороны, так как вначале он был подозреваемым в данном деле, а позже был вызван в качестве свидетеля в этом же деле. Но Европейский Суд вынес, по нашему мнению, не совсем справедливое решение, так как указал, что заявитель был оштрафован за отказ присягнуть, а не за отказ давать показаний против себя или отвечать на вопросы. Европейский Суд указал, что принуждение имело место, но это было принуждение, которое обеспечивает правдивость свидетельских показаний, но не принуждает лицо давать самоинкриминирующие показания. В этом то и состоит вся противоречивость и формальность вынесенного постановления Суда, так как он отказался присягнуть именно в контексте своего права на хранение молчания и права не свидетельствовать против себя. Европейский Суд упустил тот факт, что в этом деле между принуждением дать свидетельскую присягу и принуждением дать показания против себя можно поставить знак «равенства».

Достойно внимания в выявлении факта нарушения права хранить молчание и права не давать свидетельских показаний против себя по средством принуждения со стороны властей дело «О’Халлоран и Френсис против Соединенного Королевства». В данном деле от заявителей требовалось предоставить информацию о лицах, управлявших их автомобилями во время нарушения ПДД, за отказ в предоставлении данных предусмотрен штраф в таком же размере, как и за само правонарушение. Первый заявитель под страхом штрафа признался, что он управлял автомобилем, а после возбуждения дела, требовал изъять ранее данные показания из материалов дела, в чем ему было отказано. А второй заявитель, ссылаясь на свое право хранить молчание и не свидетельствовать против себя, и вовсе отказался предоставить информацию о водителе, в результате он был оштрафован. Оба заявителя в жалобе указывали, что такая норма Закона «О ПДД» нарушает их права.

Как ни странно, Европейский Суд счел, что нарушения статьи 6 не было. Однако Суд признал, что было прямое принуждение, но это принуждение не связано с попыткой заставить заявителей свидетельствовать против себя, а оно было связано с тем, что купив автомобиль и эксплуатируя его, водитель автоматически соглашается с условиями, закрепленными в Законе «О ПДД», где указано, что при нарушении данных положений владелец обязан сообщить властям информацию о том, кто управлял автомобилем в момент совершения правонарушения. А также Суд указал, что на момент, когда от них требовались данные о водителе, заявители не были заинтересованными лицами, так как уголовное дело возбуждалось вначале против неизвестных лиц, а не против них, следовательно заявители были оштрафованы фактически еще до того как возникло опасение в том, что они ответом на этот вопрос инкриминируют сами себя.

«Из этого решения следует, что ЕСПЧ ввел новый критерий оценки правомерности принуждения к даче показаний – сфера социальной жизни, в которой государство обеспечивает правопорядок. На наш взгляд, это еще более усложняет ситуацию, так как национальные власти получают возможность по своему усмотрению решать, в каких случаях обвиняемого можно принуждать к даче показаний, а в каких нельзя» [3].

Таким образом, рассмотрев на примере нескольких дел факты нарушения права хранить молчание и не свидетельствовать против себя и значения степени принуждения в этом вопросе, можно сказать, что Суд при рассмотрении дела о нарушении указанных прав должен вначале выявить было ли принуждение со стороны властей, затем определить степень и природу принуждения, связано ли оно прямо с попыткой принудить лицо отвечать на вопросы и свидетельствовать против себя. То есть Суд должен рассмотреть совместимость степени и природы принуждения в каждом отдельном деле с международными стандартами справедливого суда. Определение степени принуждения в выявлении нарушения права хранить молчание и не свидетельствовать против себя является лишь одним из критериев факта нарушения этих прав, поэтому при ответе на вопрос: имело ли место нарушение данных прав, нужно все обстоятельства дела изучать в совокупности.

Список, используемой литературы

[1]. Постановление Европейского Суда по делу Saunders v. the United Kingdom от 17 декабря 1996 года.

[2]. Постановление Европейского Суда по делу Funke v. France от 25 февраля 1993 года.

[3]. Ерджанов Т. К. Право не свидетельствовать против себя  в практике Европейского суда по правам человека. –Вестник КазНУ им. аль-Фараби. Серия «международные отношения и международное право». № 2 (62). С. 197-202.