Исаева О. Т. 1 курса ДБО

Научный руководитель:

Доц. Абдуллаев М.Н.

Национально-государственное строительство

Советской России 1917-1922г.

Ситуация, сложившаяся сегодня в национально-государственном строительстве Российской федерации, может быть всесторонне осмыслена только в контексте преемственности исторического процесса. Теория и практика создания Российской Федерации начиная с момента ее провозглашения в январе 1918 г. Дает огромный исследовательский материал для изучения истории национально-государственного, политического и конституционного строительства.

Долгие годы исследователи не проявляли интереса к проблемам становления и развития РСФСР как самостоятельного государственного образования. Исключения составляют работы В.Г. Филимонова и О.И. Чистякова.

Цель данной статьи - проанализировать динамику национально-государственного строительства и правовую основу создания и развития РСФСР в 1917-1921-е гг.

Методологической основой послужили формационный, комплексный и цивилизационный подходы, что позволяет нам изучить данную проблему со всех сторон.

История "собирания" России после распада 1917-1918 гг. показывает, что руководители Советского государства важность национальной политики оценивали правильно. Об этом говорят и интенсивность дискуссий и экспериментов, и даже накал страстей в этих дискуссиях. Теоретически вопрос, однако, был не разработан, и решения принимались исходя из тактических соображений. Основы национально-государственной политики Советского государства были сформулированы в "Декларации прав народов России" [1] от 2 ноября 1917 г., в которой закреплялось: равенство и суверенность народов России, право народов России на свободное самоопределение, вплоть до отделения и образования самостоятельных государств, отмена всех и всяких национально-религиозных привилегий, и ограничений, свободное развитие национальных меньшинств и этнографических групп, населяющих территорию России.

Правом отделения, прежде всего, воспользовалась Финляндия. В декабре 1917 г. Советское государство признало ее независимость. Советское правительство признало и состоявшееся при Временном правительстве отделение Польши. В Финляндии произошла короткая, но ожесточенная гражданская война, в которой еще стоявшие там советские войска поддержали рабочее правительство. Вопрос был решен вводом германских войск.

По декрету BЦИK "Об объединении советских республик: России, Украины, Латвии, Литвы, Белоруссии для борьбы с мировым империализмом"[2] подлежали объединению республиканские органы военной организации и военного командования, СНХ, наркоматы финансов, труда, путей сообщения. Для руководства этими отраслями создавались единые коллегии. В 1919 г. в Литве, а в 1920 году в Эстонии и Латвии, была утрачена Советская власть. В Закавказье в апреле 1920 г. провозглашается Азербайджанская ССР, в ноябре 1920 г. Армянская ССР, а в феврале 1921 г. - Грузинская ССР. Дальний Восток был оккупирован японскими войсками. Чтобы избежать столкновения, Советское государство пошло на создание в 1920 г. буферного государства - Дальневосточной республики (ДВР) с территорией к востоку от Байкала до Тихого океана, включая Сахалин и Камчатку.

Когда Красная Армия освободила Дальний Восток от войск интервентов и белогвардейцев (25 октября 1922 г.), Народное собрание ДВР 14 ноября 1922 г. постановило передать власть Советам и обратилось во ВЦИК с просьбой присоединить Дальний Восток к РСФСР. 15 ноября ВЦИК объединил Дальний Восток с РСФСР. В 1920 г. на территориях Хивинского ханства и Бухарского эмирата, находившихся до революции под протекторатом Российской империи, возникли Хорезмская народная советская республика и Бухарская народная советская республика, с которыми РСФСР поддерживала тесные связи. В первой половине 1918 г. стали создаваться автономные республики на территории РСФСР. Появились Туркестанская, Таврическая, Донская, Кубано-Черноморская, Терская республики. Возникали они по инициативе местных советских и партийных органов в рамках прежних административно-территориальных единиц. Четкого правового статуса этих республик не было. Большая часть их перестала существовать в результате захвата их территорий интервентами и белогвардейцами. После освобождения они не восстанавливались), ркестанская республика существовала до 1924 г.).

В конце 1918 г. появляется Трудовая Коммуна немцев Поволжья. В 1919 г. - Башкирская и Крымская автономные республики. В 1920 г. были образованы: 8 июня Карельская Трудовая Коммуна, 24 июня Чувашская автономная область, 26 августа Киргизская (позже Казахская) АССР, 4 ноября Колымская и Марийская автономные области и Автономная область Вятского народа.

Это - фактическая формальная сторона дела. Более важно понять те принципы, что были реально положены в основу национально-государственного устройства Советской России, а затем и СССР. РСФСР, строение которой задало "матрицу" для всего последующего национального строительства, создавалась в чрезвычайных условиях революции и гражданской войны. Затем эта созданная под давлением обстоятельств структура была закреплена в не менее чрезвычайных условиях ускоренной индустриализации и Второй мировой войны.

Рассмотрим ход советского национально-государственного строительства и причины выбора того или иного варианта решений. Надо сразу отвести спекуляции последних лет, которые представляют действия советских войск в 1918-1920 гг. на территории "независимых государств" как агрессию или часть "межнациональной войны". Сами эти государственные новообразования 1917-1918 г. были следствием политической нестабильности, а не выражением "народный чаяний". В пределах бывшей Российской империи шла (не считая войны с Польшей) типичная гражданская война - политическая борьба с помощью оружия. Никакая сторона, будь то на Украине, на Кавказе или в Средней Азии, реально не воспринимала ее как агрессию. Создание РСФСР и затем СССР не было присоединением "побежденных наций".

Учреждение РСФСР было провозглашено 25 октября 1917 г., при этом понятие "федеративная республика" не было разъяснено. В "Декларации прав трудящегося и эксплуатируемого народа" уже сказано определеннее: РСФСР "учреждается на основе свободного союза свободных наций как федерация Советских национальных республик. Смысл заключается в официальном сопряжении федерализма с национальностью. То есть, "ненациональные" территории из области федеративных отношений исключались. Поскольку национальные образования в составе РСФСР в начале 1918 г. занимали очень небольшое место, речь шла о том, что Россия как федерация на деле представляла собой унитарное государство с этническими автономиями. В Республике Советов отношения центра с губернскими Советами не были федеративными, под федерацией понимался, скорее, коммунализм - местное самоуправление. Однако само представление об РСФСР как федерации, включавшей многочисленные национальные автономии, стало стереотипом, который во многом повлиял на дальнейшее государственное строительство - было положено начало созданию этнополитических территориальных образований.

В этой политике Наркомат по делам национальностей (нарком И.В.Сталин) испытывал сильное давление и справа, и слева. "Интернационалисты" требовали расширения прав автономий, а старые большевики обвиняли Наркомнац в том, что он "создает национальности" и разжигает национальные чувства, которых объективно нет. В мае 1920 г. была проведена "реорганизация" наркомата. Из представителей народов был создан Совет Национальностей, который был поставлен "во главе" Наркомнаца и стал "своего рода парламентом национальностей". Объем функций наркомата быстро расширялся - от политических и культурных задач к экономическим. В нем помимо национальных отделов появились и функциональные управления - сельского хозяйства, лесничества, армии и т.д., что вызывало нарастающие трения с другими наркоматами. В целом Наркомнац выполнил свою задачу - обеспечить поддержку Советской власти со стороны нерусских народов, вовлечь их в государственное строительство с постепенным усилением центральной власти и подготовить объединение республик в Союз. После образования СССР Наркомнац был ликвидирован, а Совет Национальностей стал второй палатой ВЦИК.

На раннем этапе развития СССР (до середины 20-х годов) была сделана попытка остановить процесс огосударствления национальностей - кампания, известная как "районирование". Инициатором ее был Госплан (до него - комиссия ГОЭЛРО), задачей - изменить старое административное деление, доставшееся в наследство от Российской Империи в соответствии с задачами хозяйственного строительства и планирования. Побочной задачей было укрупнение территориальных единиц с целью повысить управляемость и снизить затраты на госаппарат.

Попытка разделения территории не по национальным границам, а на экономические районы, сразу изменила бы административное устройство таким образом, что тенденция к огосударствлению этносов оказалась бы резко ослабленной (предлагалось даже сменить название Совета национальностей на Совет экономических районов). Оказалось, однако, что эта попытка была преждевременной: сопротивление республик (особенно Украины) и автономий было таким сильным, что Госплан потерпел поражение[3]

Идеи объединения образовавшихся после революции на территории, ранее составлявшей Российскую Империю, новых государств возникли в большевистских кругах вскоре после Октябрьской революции.

Вопрос об объединении решался в очень сложных условиях. Расставание с суверенитетом или с надеждой на таковой в будущем, кое-где в республиках вызвало бурную реакцию. Многие из дискуссий и споров тех времен имеют аналогию с теми процессами, которые происходят в наши дни.

При объединении республик, как говорилось в проекте одного из руководителей компартии Грузии Б. Мдивани, "носителем суверенитета является каждая из республик в пределах своей территории, а выразителями ее прав верховенства - лишь ее высшие органы". Союз республик, считал Мдивани, может образовываться только на почве соглашения или договора верховных органов отдельных республик и притом в пределах, точно определенных в договоре, а федеративные учреждения, являясь органами с производными правами и осуществляя только ту власть, которая им делегирована отдельными суверенными республиками по известному кругу общих дел, исполняют волю этих республик, а вовсе не конкурируют и не умаляют их суверенитета"... "К компетенции союзных органов могут быть отнесены лишь те дела, на передачу коих федерации последовало общее согласие всех союзных республик..."Таким образом, был предложен, по сути, федеративный договор. Фактически предвосхищены многие из тех принципов, которые имеются в действующем ныне в Российской Федерации Федеративном договоре. По тем же временам это расценивалось как крамола, как "национал-уклонизм".

В другом проекте, представленном членом ЦК КПГ А. Сванидзе, подчеркивалось, что, вступая между собою в союз, республики "не отказываются от суверенитета и удерживают: различные источники власти (съезды советов), раздельные государственные центры, осуществляющие законодательную и исполнительную власть на местах... Они сохраняют за собою все права, кои ими же переданы союзной власти". Как видим, последний проект вообще более склонен к отрицанию верховной власти. В нем далее подчеркивалось: "Союзная власть же надгосударственная. Она не имеет империума (господства, принуждения) над государствами союза".6 Права вроде бы и переданы в федеральный орган и вместе с тем республики "сохраняют за собой все права", кои ими же были переданы. В общем, речь в данном случае шла о каком-то подобии конфедерации. Идеи подобного рода выдвигались и позже.

12 марта 1922 г. полномочная конференция представителей ЦИК АзербССР, ЦИК АрмССР и ЦИК ГрузССР утвердила договор о создании Федеративного Союза Социалистических Советских Республик Закавказья (ФС ССРЗ).

В декабре 1922 г. Первый Закавказский съезд Советов преобразовал ФС ССРЗ в единую Закавказскую Федеративную Советскую Республику (ЗСФСР), при сохранении самостоятельности входивших в нее республик[4]. Утверждена была и Конституция ЗСФСР. Итак, впервые была осуществлена и апробирована идея федеративного объединения советских республик. Это послужило уроком и для образования в последующем СССР. Создание Советского Союза происходило ускорено и "сверху.

Итак, как видим, речь шла не о создании нового союзного государства, а о вступлении республик в Российскую Федерацию. Хотя против этого и были возражения, но на данном этапе унитаристские силы победили. В руководстве страны вместе с тем шла усиленная дискуссия по вопросам объединения республик. Здесь выделялось четыре тенденции.[5]

Первая - нигилизм в национальном вопросе, отрицание выделения национальных образований, отстаивание старого губернского деления, "единая и неделимая республика". Эта точка зрения была резко раскритикована XII партсъездом, как, по сути, ничем не отличавшаяся от Деникинского лозунга "единой и неделимой России".

Вторая - "автономизация" советских республик в составе РСФСР. Она нашла свое отражение в предложениях вышеупомянутой комиссии и бытовала среди части партийного руководства. Вряд ли правомерно утверждать, что эта точка зрения была выдвинута секретарем ЦК РКП(б) Д.З.Мануильским и уж затем разработана комиссией под председательством Сталина. Дело в том, что 13 января 1922 г. в адрес Ленина поступило письмо от Сталина, связанное с вопросом о посылке делегатов на Генуэзскую конференцию.

Там были строки: "Некоторые товарищи предлагают в кратчайший срок объединение всех независимых республик с РСФСР на началах автономии. Вполне разделяю эту последнюю точку зрения, считаю, однако, что для проведения ее в жизнь потребуется серьезная подготовительная работа, требующая более или менее длительного срока (я имею в виду особенно ДРВ, Хорезм, Бухару, Украину). Между тем как нам нужно быть готовыми уже через месяц".

В письме же Сталину от 4 сентября 1922 г.[6] Мануильский лишь выразил точку зрения, уже разделяемую адресатом и импонирующую ему. Слова о том, что надо действовать в "направлении ликвидации самостоятельных республик и замены их широкой реальной автономией", национальный этап революции, мол, прошел10, направлялись, и надо полагать не случайно, единомышленнику. Добавим к этому же, что идею об унитаризме Сталин высказал еще в январе 1918 г.

Сталинский план "автономизации", нашедший конкретное воплощение в резолюции от 24 сентября 1922 г., получил дальнейшую конкретизацию в письме Ленину: "Либо действительная независимость и тогда - невмешательство центра... либо действительное объединение в одно хозяйственное целое с формальным распространением власти СНК, ЦИК и экономсоветы независимых республик т.е. замена фиктивной независимости действительной внутренней автономией республик, в смысле языка, культуры, юстиции, внудел и прочее". Именно в этом письме, кстати, оно не случайно не было помещено в сочинениях Сталина, говорится, что "молодое поколение коммунистов на окраинах игру в независимость отказывается понимать, как игру, упорно признавая слова о независимости за чистую монету и также требуя от нас проведения в жизнь буквы конституции независимых республик..." Под этим "молодым поколением" понимались, по-видимому, члены ЦК КП Грузии, а также значительная часть руководителей компартии Украины и Белоруссии. Настоящую независимость Сталин называл "фиктивной" и, как видим, предлагал заменить ее автономией.13 Несмотря на довольно сильные позиции авторов, "автономизация" была подвергнута критике со стороны Ленина и ряда других деятелей. В.И.Ленин направил письмо членам Политбюро ЦК РКП (б), в котором указал на недопустимость спешки и администрирования при решении национального вопроса. Он писал Каменеву: «, по-моему, вопрос архиважный. Сталин немного имеет устремление торопиться. Надо Вам (Вы когда-то имели намерение заняться этим и даже немного занимались) подумать хорошенько, Зиновьеву тоже".

Одну уступку Сталин согласился сделать. В параграфе 1 сказать вместо "вступления в РСФСР - "Формальное объединение вместе с РСФСР в Союз Советских Республик Европы и Азии". Мнение Ленина оказало существенное влияние на курс партии по объединению республик.

В ходе полемики проявились и сами взгляды Сталина на национальную политику. Они были противоречивыми. 26 декабря 1922 г. на заседании фракции РКП (б) Х Всероссийского съезда Советов Сталин говорит: "Я самым решительным образом протестую против заявления Султан-Галиева, что у нас была будто бы игра и будто бы вся наша политика сводилась к игре в комедию в этом вопросе".16 Речь шла о национальном вопросе, праве национальностей на отделение и образование самостоятельных государств, о независимости республик.

Под давлением извне, особенно Ленина, он изменил свою точку зрения, во всяком случае внешне. Понимая, что ЦК партии поддержит Ленина, Сталин согласился с ленинским положением об образовании Союза Социалистических Республик, однако заявил, что позиция Ленина - "национальный либерализм". Время все же показало, что он не отказался от своих взглядов. Так на XII съезде РКП (б) (апрель 1923 г.) он опять говорит: "Я понимаю нашу политику в национальном вопросе как политику уступок националам и национальным предрассудкам".

Автономизация умаляла права республик, сводила на нет те элементы независимости, которые были ими достигнуты, игнорировала недоверие к великорусской нации, сформировавшиеся в условиях Российской Империи, давала окраинам повод говорить о "привилегированности" РСФСР, о "русификаторстве", "диктате", и т.п. Она несла сильный потенциальный негативный заряд и вредила объективным объединительным устремлениям. Унитаризм в то время был отвергнут.

Третья тенденция, получившая наиболее широкое распространение в правящих кругах партии большевиков - федералистское течение. Суть ее отражена В.И.Лениным: "Мы признаем себя равноправными с Украинской ССР и др. И вместе, и наравне с ними входим в новый союз, новую федерацию. "Союз Советских Республик Европы и Азии..." Он считал необходимым считаться с "независимцами". "Важно, чтобы мы не давали пищи "независимцам", не уничтожали их независимости, а создавали еще новый этаж, федерацию равноправных республик."

Сторонники федерализма объективно оценивали то негативное, что может принести советской власти отказ от завоеваний народов в национальном вопросе, чрезмерный централизм, унитаризм. Обращалось внимание на то, что в условиях России того времени, при различиях в уровнях развития ее областей, регионов, республик, пока речь идет лишь о формальном, правовом равенстве. И Ленин говорил, что этого мало, в таком фактическом неравенстве необходимо со стороны нации, в прошлом угнетавшей, большей заботы по отношению к меньшим, малочисленным нациям, способной возместить былое неравенство. Главное - возмещение недоверия, подозрительности и обиды, "которые в историческом прошлом нанесены ему правительством "великодержавной" нации. Лучше "пересолить в сторону уступчивости и мягкости к национальным меньшинствам, чем недосолить". К сожалению, дальнейшее развитие пошло вопреки духу и букве этой установки.

Наконец, существовала и четвертая тенденция. Ее сторонники предлагали конфедеративное объединение республик. Суть данной линии откровенно и четко выразил управляющий делами Совнаркома УССР П.Солодуб: "... будущий союз республик будет не чем иным, как конфедерация стран. В нее могут входить как социалистические, так и несоциалистические республики (Хорезм, Бухара). На основе договора республики передают часть своих прав конфедеративному органу управления. Органы конфедеративного управления совершенно изолированы от органов отдельных республик". А Раковский даже предлагал периодическое перемещение конфедеративных органов по субъектам федерации. Солодуб же считал, что они не должны перемещаться, однако если российский ЦИК будет в Петрограде, то конфедеративный орган - в другом городе.

Таким образом, реализация прав одних народов, могла бы привести к нарушению прав других, в частности русского, чего допустить было нельзя. Все это представляет интерес и для современности, так как претензии на суверенитет каждого национально-административного образования и сейчас возникают. При их реализации возникла бы дискриминация русского народа, не имеющего своего отдельного национального образования. Национальная жизнь уже тогда поставила много вопросов, таких, как противоречие в ранжировании республик, обнаружившее неясность критериев, взятых для этого. Обнаружилась и несоизмеримость прав республик, а, следовательно, и населяющих их народов. Многие проблемы не были решены и оставлены в наследство грядущим поколениям. Сейчас они дают о себе знать.

Несмотря на споры, дискуссии, в конечном счете был разработан новый проект объединения республик. За подписью И.В.Сталина, А.Ф.Мясникова, Г.К.Орджоникидзе и В.М.Молотова он был разослан членам и кандидатам в члены РКП (б) и 6 октября 1922 г. принят Пленумом ЦК. В нем говорилось: "Признать необходимым заключение договора между Украиной, Белоруссией, Федерацией Закавказских республик и РСФСР об объединении в "Союз Социалистических Советских Республик" с оставлением за каждой из них права свободного выхода из состава "Союза".[7]

Проект затем рассматривался на пленумах ЦК компартий республик, на съездах советов республик. Были избраны и полномочные делегации, которым поручено совместно с делегациями других республик выработать Декларацию об образовании Союза республик.

На октябрьском Пленуме ЦК РКП (б) было принято решение о разработке "Основных начал Конституции СССР". В последующем они были утверждены в ЦК РКП (б) и разосланы в партийные и советские организации объединявшихся республик.

В канун I съезда Советов СССР 29 декабря 1922 г. в Москве была созвана Конференция полномочных делегаций РСФСР, УССР, БССР и ЗСФСР. Она рассмотрела и приняла Декларацию и Договор об образовании Союза Советских Социалистических Республик. Конференция подготовила все для работы съезда Совет.

I съезд Советов начал работу 30 декабря 1922 г. в Москве. На нем присутствовало 1727 делегатов от РСФСР, 364 делегата от УССР, 91 делегат от ЗСФСР и 33 делегата от БССР. Еще не рассеялся обычный для декабря туман, когда стали собираться делегаты I Союзного съезда Советов в Большой театр. Из тумана выплывали экзотические фигуры в халатах, диковинных одеждах, белых чалмах, ушанках из лисьего меха. Мелькали привычные кожанки, серые шинели. Необычны были даже среди этого пестрого моря фраки и крахмальные воротнички дипломатов.

В первом часу дня на сцену поднялся член Президиума ВЦИК Петр Гермогенович Смидович. Участник трех российских революций, член партии с 1898 г., он открыл съезд и долго не мог говорить - аплодисменты прервали речь старейшего делегата.

С докладом об образовании СССР выступил И. Сталин, Зачитав текст Декларации и Договора об образовании СССР, Сталин предложил принять их без обсуждения. Наркомнац оставался верен себе. Но по предложению М. В. Фрунзе оба документа были приняты в основном и направлены на доработку. Почему кто-то должен решать за делегатов? Пусть и они примут участие в работе, за этим их и послал в Москву народ. Окончательная ратификация документов откладывалась до II съезда Советов. "Этот путь, - сказал Фрунзе, - как будто кажется длиннее, но нам приходится считаться с тем, что и то дело, которое мы сейчас с вами начали, является делом чрезвычайной важности, делом, над созданием которого стоит потрудиться не один и не два месяца, с тем, чтобы и результаты вышли наиболее совершенные".[8]

Съезд утвердил Декларацию и Союзный договор об образовании СССР и избрал Центральный Исполнительный Комитет Союза СССР (ЦИК СССР).

В Декларации говорилось: "...что Союз этот является добровольным объединением равноправных народов, что за каждой республикой обеспечено право свободного выхода из Союза, что доступ в Союз открыт всем социалистическим советским республикам, как существующим, так и могущим возникнуть в будущем... новое союзное государство явится... новым решительным шагом по пути объединения трудящихся в Мировую Социалистическую Советскую Республику". [9]

Надо при этом заметить, что вопрос о праве вхождения в состав Союза новых членов был непростым. Интересна постановка этого вопроса И.В.Сталиным на четвертом Совещании ЦК РКП (б) (июнь 1923 г.). В ответ на слова докладчика от Бухарской республики Ф.Ходжаева о том, что Бухара еще не вошла в СССР, но это, мол, вопрос, решенный ею, и входить в Союз она должна только непосредственно, Сталин резко ответил, что недостаточно лишь захотеть "войти в союз Республик, чтобы распахнулись ворота. Нет, товарищи, дело обстоит не так просто. Надо еще спросить, пустят ли в Союз республик? Чтобы иметь возможность войти в Союз, нужно предварительно заслужить в глазах народов Союза, нужно завоевать себе это право. Я должен напомнить т.т. бухарцам, что Союз Республик нельзя рассматривать как свалочное место".

Подобная линия аппарата чиновников была в то время резко осуждена как "непролетарская и реакционная". Однако жизнь показала, что и сам Сталин имел ту же тенденцию. Когда в наше время поднимается вопрос о воссоздании Советского Союза, в республиках страшатся именно этого старого рецидива.

В ходе борьбы с государством вот уже более века "национальный вопрос" - один из наиболее идеологизированных, он построен на мифах. И Российская империя, и СССР одними представляются как "тюрьма народов", другими - как земной рай "семьи народов". Оба эти мифа мешают познанию и пониманию.

До Февраля 1917 г. сильных сепаратистских движений, имевших массовую поддержку, в Российской империи не было. Из 160 депутатов IV Государственной думы от национальных районов 150 поддерживали идею "единой и неделимой России". Тенденции ее распада возникли именно с разрушением "центра", с самоликвидацией монархии.

Вопреки нынешним мифам, традиции собственной государственности нерусские народы на территории России, за исключением Литвы, не имели. Последние присоединенные к России Хива, Коканд и Бухара государствами в полном смысле не были, т.к. таких народов не существовало.

На месте шло интенсивное строительство. Это был грандиозный процесс революционного обновления жизни, расширения и укрепления межнационального сотрудничества на принципиально иной основе. И подвергать сомнению искренность сложившегося братства народов -- значит пытаться оценивать реалии прошлого мерками нынешнего состояния. Сегодня, безусловно, наивным выглядит столь категоричное деление на "нации -- угнетателей" и "нации -- трудящихся". Тем более, что такой классовый подход порой: распространялся и на те народы, нации и народности, которые еще прошли стадию формирования классов и где отсутствовала четкая классовая структура общества.

В конечном итоге главным ориентиром национальной политики Российской Федерации является формирование новой демократической системы национальных отношений, где каждый народ, независимо от его численности, и гражданин, независимо от его национальной принадлежности, должны иметь равные права и равные возможности в своем национальном и личностном самоутверждении в обществе и в государстве, в своем достоинстве и самочувствии, увеличивая тем самым жизненные шансы своего этнонационального и гражданского самоутверждения, используя социальное, культурное и политическое пространства.

Таким образом, говоря о правовой основе создания и развития Российской Федерации в 1917-1921 гг., следует подчеркнуть, что РСФСР являлась своеобразным федеративным государственным образованием, в котором были представлены различные по форме субъекты автономии, национально-государственное строительство, которых происходило при относительно активном вмешательстве центральных республиканских органов власти, приобретая постепенно плановый характер.

С точки зрения формационного подхода Российская Федерация становится новым государством, федеративным, чему следуют последующие национальные вопросы.[10] А с точки зрения цивилизационного подхода, Россия представляет собой особую цивилизацию, выработавшую свой собственный, не повторяющийся в других цивилизациях способ сосуществования народов. Здесь любое изменение общественного устройства является национальной проблемой не может быть сведено лишь к политической, социальной или экономической стороне (в этом отличие революции в России от других великих революций - в Англии и Франции). И обратно - решение любой проблемы национальной политики в России реализуется через изменение государственного устройства, экономического или социального порядка.

В заключении хотела бы привести цитату Георга Фридриха Гегеля: «Опыт и история учат, что народы и правительства никогда ничему не научились из истории и не действовали согласно урокам, которые из нее можно было бы извлечь».

Список использованной литературы

1. Съезды Советов СССР в постановлениях и резолюциях. M., Изд. "Ведом. Верх. Совета РСФСР", 1939. С. 20.

2. Сталин И.В. Том 5.

3. С.Карамурза «Советская цивилизация» в 2 томах 2000г.

4. История России. 1917 - 1940. Хрестоматия / Сост. В.А. Мазур и др.; под редакцией М.Е. Главацкого. Екатеринбург, 1993

5. I съезд Советов Союза Советских Социалистических Республик: Стеногр. отчет с приложениями. М., 1923. Прил. 1. С. 4-7.

6. Собрание узаконений, 1917 г., N 2, ст. 18.

7. Р.Абдулатиов "Национальный вопрос и государственное устройство России" Москва 2001 г..

8. Филимов В.Г. Образование и развитие РСФСР. М., 1963 г.

9. Чистяков О.В. Становление Российской Федерации. 1917-1922. М., 1966 г.

10. Наша родина СССР выпуск первы «Мы строим в Будещее!,,» Советский центр, Иваново 2012 г

---

[1] Декларация прав народов России от 2.11.1917

[2] Декрет ВЦИК "Об объединении советских республик: России, Украины, Латвии, Литвы, Белоруссии для борьбы с мировым империализмом» от 01.06.1919 г.

[3] Чистяков О.В. Становление Российской Федерации. 1917-1922. М., 1966 г.

[4] Съезды Советов СССР в постановлениях и резолюциях. M., Изд. "Ведом. Верх. Совета РСФСР", 1939. С. 20

[5] С.Карамурза «Советская цивилизация» в 2 томах 2000г

[6] Сталин И.В. Том 5

[7] История России. 1917 - 1940. Хрестоматия / Сост. В.А. Мазур и др.; под редакцией М.Е. Главацкого. Екатеринбург, 1993

[8] Наша родина СССР выпуск первы «Мы строим в Будещее!,,» Советский центр, Иваново 2012 г.

[9] Декларация прав народов России от 2.11.1917

1. [10] Р.Абдулатиов "Национальный вопрос и государственное устройство России" Москва 2001 г..