Доцент Тихомиров А.И., Тихомирова Е.В.

Николаевский национальный университет им. В.А.Сухомлинского, Украина

ИГРА – ПРАКТИКА РАЗВИТИЯ ФИЗИЧЕСКИХ И УМСТВЕННЫХ СПОСОБНОСТЕЙ ДОШКОЛЬНИКОВ

Психофизическое здоровье детей на сегодняшний день в странах СНГ вызывает тревогу. Уже в возрасте 3 лет почти 10% детей имеют явные психофизические отклонения. А 80% выпускников школ имеют нервно-психические расстройства. Несомненно, что сохранение психического и физического здоровья ребенка с самого раннего возраста является одной из важных задач теории и практики психического, физического и умственного развития [2, с. 50].

Вопросы развития и воспитания детей привлекают к себе внимание самых различных специалистов – врачей, педагогов, психологов, философов, социологов. Три основных вопроса привлекают их внимание и являются предметом больших дискуссий:

1. Чем определяется быстрый ход психического и физического развития ребенка? Каковы основные источники развития?

2. Какую роль в процессе развития занимает воспитание и воспитатель?

3. С какого возраста надо начинать воспитание?

В последние годы в организации жизни детей в дошкольных учреждениях наблюдается значительное увеличение объема учебно-воспитательной работы в области сенсорного и умственного развития. При этом отмечается некоторая диспропорция между увеличением умственной нагрузки, которую ребенок получает в результате большого потока информации, и недостаточной двигательной активностью (ДА) детей. Достаточная ДА является необходимым условием гармоничного развития детского организма, влияет на формирование умственного развития и психофизиологического статуса ребенка (Е.А. Пимонова, А.С. Солодков, Е.М. Есина, и др.). Установлена тесная связь между уровнем физического развития, физической подготовленностью детей и их двигательной активностью (М.В. Антропова, Г.П. Сальникова, О.Г. Аракелян, О.В. Силина и др.). Кроме того, существует прямая зависимость между уровнем физической подготовленности и психическим развитием ребенка. Двигательная активность благоприятно воздействует на перцептивные, мнемические и интеллектуальные процессы. Ритмичные движения тренируют пирамидную и экстрапирамидную системы. Дети, имеющие большой объем ДА в режиме дня, характеризуются средним и высоким уровнем физического развития, адекватными показателями функционального состояния ЦНС, экономичной работой сердечно-сосудистой и дыхательной систем, более высокими адаптационными возможностями организма, низкой подверженностью простудным заболеваниям (А.Г. Хрипкова, М.В. Антропова, Д.А. Фарбер, А.С. Солодков, Н.П. Симоненко, Е.Е. Чусляева и др.) [2].

Генетическая потребность в различном уровне движений зависит от типологических особенностей нервной системы ребенка. При этом по данным исследователей, оптимальное физическое развитие и функциональное состояние организма ребенка достигается при ДА в 4 года – 12-13 тыс. локомоций, в 5 лет – 14-15 тыс., в 6 и 7 лет – 15-16 и 17-18 тыс. движений соответственно (Е.В. Демидова) [4, с. 15].

С целью улучшения физического и функционального развития детей необходимо расширение их двигательного режима. Вместе с тем следует подчеркнуть, что не только низкая, но и чрезмерно высокая ДА одинаково неблагоприятны для организма ребенка. Искусственное повышение двигательного режима посредством значительного увеличения объема физкультурных занятий может угнетающе сказаться на спонтанной ДА детей. Наоборот, недостаточное удовлетворение потребности детей в движении на физкультурном занятии компенсируется впоследствии их повышенной активностью в различных видах деятельности (Г.П. Юрко). В связи с этим при увеличении физических нагрузок крайне необходимо найти оптимальное соотношение специально организованной и спонтанной двигательной активности.

Таким образом, физические упражнения различного характера оказывают положительное влияние на эмоциональное состояние, на психическое и умственное развитие детей дошкольного возраста.

В возрастной психологии особую актуальность приобрела проблема психического развития детей дошкольного возраста.

Отделение ребенка от взрослого к концу раннего возраста создает предпосылки для создания новой социальной ситуации развития. В чем же она заключается? Впервые ребенок выходит за пределы своего семейного мира и устанавливает отношения с миром взрослых людей. Идеальной формой, с которой ребенок начинает взаимодействовать, становится мир социальных отношений, существующих в мире взрослых людей. Идеальная форма, как считал Л.С. Выготский, это та часть объективной действительности (более высокая, чем уровень, на котором находится ребенок), с которой он вступает в непосредственное взаимодействие; это та сфера, в которую ребенок пытается войти. В дошкольном возрасте этой идеальной формой становится мир взрослых людей. По словам Д.Б. Эльконина, дошкольный возраст вращается вокруг взрослого человека, его функций, его задач. Взрослый здесь выступает в обобщенной форме, как носитель общественных функций в системе общественных отношений (взрослый – папа, доктор, шофер и т.п.). Противоречие этой социальной ситуации развития Д.Б. Эльконин видит в том, что ребенок есть член общества, вне общества он жить не может, основная его потребность – жить вместе с окружающими людьми, но это осуществить в современных исторических условиях невозможно: жизнь ребенка проходит в условиях опосредованной, а не прямой связи с миром. Как же осуществляется эта связь? Велик разрыв между реальным уровнем развития и идеальной формой, с которой ребенок взаимодействует, поэтому единственная деятельность, которая позволяет смоделировать эти отношения, включиться в уже смоделированные отношения, и действовать внутри этой модели – это сюжетно-ролевая игра [1].

По единодушному мнению психологов, игра – ведущая деятельность ребенка и основа всего последующего его развития, ибо именно в игре он первоначально обретает опыт для жизни в обществе и развивает все те физические и духовные силы и способности, которые ему для этого необходимы. Зачатки игровой деятельности появляются тогда, когда ребенок, не без влияния взрослых, берет на себя ту или другую роль, когда один предмет выступает как обозначение другого предмета или существа. Тогда становится возможным «ехать» или «лететь» на стуле, как на автомашине или самолете, скакать на палочке, как на лошади, и т. п. «В игре ребенок создает мнимую ситуацию», – подчеркивает Л.С. Выготский, отмечая необычайное значение в игре воображения, которое и позволяет осуществлять иллюзорную реализацию желаний. Игра дает возможность такой ориентации во внешнем, зримом мире, которой никакая другая деятельность дать не может. Все типы деятельности ребенка дошкольного возраста, за исключением самообслуживания, носят моделирующий характер. Сущность всякого моделирования, считал Д.Б Эльконин, состоит в воссоздании объекта в другом, не натуральном материале, в результате чего в объекте выделяются такие стороны, которые становятся предметом специального рассмотрения, специальной ориентировки. Именно поэтому Д.Б. Эльконин называл игру «гигантской кладовой – настоящей творческой мысли будущего человека». Что же составляет предмет этой деятельности? Это – взрослый человек как носитель определенных общественных функций, вступающий в определенные отношения с другими людьми, использующий в своей предметно-практической деятельности определенные правила. Как уже не раз отмечалось, на протяжении своего развития ребенок постоянно «овладевает» взрослым человеком. Сначала он овладевает им как орудием. Но это орудие отличается от всякого другого орудия. Ложкой можно попробовать что-то делать (бросать, стучать и пр.), а со взрослым уже не попробуешь... Если что-то плохо сделал – значит это уже произошло, это уже непоправимо. В ситуации человеческих отношений приходится внутренне проигрывать не только всю систему своих действий, но и всю систему последствий своих действий. Поэтому необходимость формирования внутреннего плана действий рождается именно из системы человеческих отношений, а не из системы материальных отношений. Как же это происходит? Игра и есть деятельность, в которой ребенок сначала эмоционально, а затем интеллектуально осваивает всю систему человеческих отношений. Игра – это особая форма освоения действительности путем ее воспроизведения, моделирования. Как показали исследования Д.Б. Эльконина, игра – это не всеобщая форма жизни всех детей, она – образование историческое [5].

Игра возникает только на определенных этапах развития общества, когда ребенок не может принять непосредственное участие в системе общественного труда, когда возникает «пустой» промежуток времени, когда надо подождать, чтобы ребенок подрос. У ребенка имеется тенденция в эту жизнь активно входить. На почве этой тенденции и возникает игра. По мнению Д.Б. Эльконина, формы игры ребенок берет из форм свойственного его обществу пластического искусства. Многие исследователи связывают проблему возникновения игры с проблемой искусства. Какова структура развернутой формы сюжетно-ролевой игры? Единица, центр игры – роль, которую берет на себя ребенок в детском саду; в игре ребят есть все профессии, которые имеются в окружающей действительности. Но самое замечательное в ролевой игре то, что, взяв на себя функцию взрослого человека, ребенок воспроизводит его деятельность очень обобщенно, в символическом виде. Игровые действия – это действия, свободные от операционально-технической стороны, это действия со значениями, они носят изобразительный характер. В детской игре происходит перенос значении с одного предмета на другой (воображаемая ситуация), поэтому, возможно, дети и предпочитают неоформленные предметы, за которыми не закреплено никакого действия. Существовало мнение, что в игре все может быть всем (В. Штерн). Перенос значений с одного предмета на другой ограничен возможностями показа действия. Процесс замещения одного предмета другим подчинен правилу: замещать предмет может только такой предмет, с которым можно воспроизвести хотя бы рисунок действия. Какое значение имеет символика игры? Абстрагирование от операционально-технической стороны предметных действий дает возможность смоделировать систему отношений между людьми. Яркие примеры приведены в монографии Д.Б. Эльконина «Психология игры». В игре нужен товарищ. Если нет товарища, то действия, хотя и имеют значение, не имеют смысла. Смысл человеческих действий рождается из отношения к другому человеку. Эволюция действия проходит следующий путь: ребенок ест ложкой – кормит ложкой – кормит ложкой куклу – кормит ложкой куклу, как мама. На этом пути действие все более схематизируется, все кормление превращается в уход, в отношение к другому человеку. Линия развития действия: от операциональной схемы действия к человеческому действию, имеющему смысл в другом человеке; от единичного действия к его смыслу. В игре происходит рождение смыслов человеческих действий (оно для другого человека) – в этом величайшее гуманистическое значение игры [5].

Детская игра – своеобразный театр, в котором ребенок выступает нередко одновременно и как «актер», играющий какую-то роль, будь то роль мамы или доктора, воспитательницы или пожарника, и как «режиссер», организующий действия своих сверстников («Я буду доктор, а ты – больной») и участвующих в игре вещей, и как «драматург», импровизирующий сюжетное действие и словесный текст за себя и за куклу. Ребенок является одновременно и организатором игрового «спектакля» и его зрителем, ибо при всей увлеченности игровым действием он не теряет из виду реальности, из материала которой и по образцу которой он строит реальность игровую. Вместе с развитием ребенка, обогащением его жизненного опыта развивается и сама игра. Она становится все более сюжетно организованной. Центр ее перемещается от действия с предметами к изображению действий и отношений жизни взрослых. Игра – важнейший фактор и средство воспитания дошкольника. Поэтому взрослые играют с детьми, учат их играть. Но сама игра – деятельность спонтанная, непринужденная. Ребенка нельзя заставить играть. В игре он чувствует себя свободным. Но и эта свобода – действие на основе осознанной необходимости. Такой необходимостью в игре являются ее правила. Эти правила определяются самими играющими по образцу отношений в неигровом мире. «Так нельзя!», «Так не бывает!», «Так не кушают!» – основные доводы детей, когда им навязывается игровая ситуация, не соответствующая реальным отношениям. Чем старше ребенок, тем больше усложняются правила. Усложняются и в то же время схематизируются, особенно в условных играх (в прятки, в «казаки-разбойники», в классы, игры с мячом и т.д.). Такие игры предполагают соревнование, перерастают в спортивные игры, т. е. в такие, в которых важен не только процесс игры, но и результат, в которых можно выигрывать или проигрывать. Перемещение мотива игры с процесса деятельности на его результат это уже конец собственно игры, переход ее в спорт. Спорт – это не игра, хотя игровое начало здесь, безусловно, сохраняется.

В чем заключается необходимость игровой деятельности ребенка? Растущий ребенок по природе своей деятельное существо, осваивающее огромную информацию благодаря своей любознательности (все дети на определенной стадии становятся «почемучками»). Но он не способен своей деятельностью удовлетворять свои насущные потребности в еде, одежде, жилище и т.д. Ему и не нужно это делать, пока он находится в мире детства. Поэтому он может себе позволить заниматься непродуктивной деятельностью, деятельностью ради самой себя, ради того удовольствия, которое она доставляет. А удовольствие она доставляет не только процессом двигательной активности органов чувств и частей тела, но и тем, что она разрешает (пусть иллюзорно!) противоречие между потребностью действовать, как взрослый, и невозможностью действовать реально, действительно осуществлять те операции, которые требует содержание действия (водить машину, лечить больного, готовить обед и т. п.). «Может ли вообще разрешиться это противоречие?» – ставит вопрос А.Н. Леонтьев и отвечает на него следующим образом: «Да, оно может разрешиться, но оно может разрешиться у ребенка только в одном-единственном типе деятельности, а именно в игровой деятельности, в игре. Это объясняется тем, что игра не является продуктивной деятельностью, ее мотив лежит не в результате, а в содержании самого действия. Поэтому игровое действие свободно от той обязательной стороны его, которая определяется реальными условиями данного действия, т. е. свободно от обязательных способов действия, операций». Игра, таким образом, противостоит действительности, реальной жизни, трудовой деятельности. Но можно ли за это упрекать играющего ребенка? Упрекать за то, что он серьезно занят несерьезным делом? Разумеется, нет. Исследователи не раз обращали внимание на двуплановость игры, т.е. на то, что играющий ребенок одновременно и верит, и не верит в реальность игрового действия. Он, конечно, прекрасно знает, что стул – это не самолет, но в воображении он испытывает реальные чувства, подобные тем, которые испытывают, управляя самолетом. Когда исчезает один из компонентов игрового действия – реальность или воображаемая ситуация, когда прекращается движение между ними, переход одного в другое, игра прекращается или извращается [3].

Для понимания сущности игры важно различать субъективное и объективное значения. Субъективное значение игры определяется ее мотивом, непосредственным побуждением к игре, которым является получение удовольствия в самом процессе игровой деятельности. Если судить о природе игры только по этому значению, то легко прийти к выводу, что она не что иное, как пустая забава. Однако объективное значение игры, о котором сам ребенок и не догадывается и которое непосредственно не проглядывается при виде игры детей, а раскрывается научным исследователем игровой деятельности, существенно иное, чем субъективное. Это функции игры в развитии ребенка. Игра содействует формированию физических и духовных способностей растущего человечка, его познавательной деятельности, воображения, воли, властвования собой. Игра – это школа общения. «Ребенок учится в игре своему «я» (Л.С. Выготский), но он в игре, овладевая ролью, учится понимать другого, входить в его положение, что чрезвычайно важно для жизни в обществе. Поэтому игра – действенное средство нравственного воспитания. Игра – модель «взрослой» жизни, и здесь ребенок не только знакомится с различными профессиями, но учится ценить труд и впервые ощущает гордость быть тружеником, еще не трудясь. И наряду со всем этим игра, благодаря доставляемому ею удовольствию, – это отдых, разрядка психической напряженности. Что важно отметить, все эти функциональные значения игры выступают вместе, даны в комплексе, пронизывая друг друга и усиливая одно через другое [1].

Итак, игра – непринужденная деятельность в воображаемой ситуации по определенным правилам. И если субъективная цель игры, ее мотив находятся в самом процессе деятельности, доставляющем удовольствие, то объективное значение игровой деятельности заключается в формировании и тренировке физических и духовных способностей, необходимых для осуществления учебы, трудовых навыков и других видов деятельности, и жизни личности в обществе.

Существует много различных концепций игровой деятельности. Их многообразие обусловлено как различием методологических позиций, с точки зрения которых определяется игра, так и сложностью, и многообразием самого феномена игры и ее функциональных значений. Детская игра переходит в другие виды деятельности, в которых исчезает игра, но сохраняется игровое начало. В детской игре осуществляется психологическая подготовка к трудовой деятельности, и только в этом смысле игра – дитя труда [5].

Игра теснейшим образом связана с развитием личности, и именно в период ее особенно интенсивного развития – в детстве – она приобретает особое значение. В ранние, дошкольные годы жизни ребенка игра является тем видом деятельности, в которой формируется его личность. Игра – первая деятельность, которой принадлежит особенно значительная роль в развитии личности, в формировании ее свойств и обогащении ее внутреннего содержания. В процессе развития обычно личную значимость и привлекательность приобретают, прежде всего, те действия и те проявления личности, которые, став доступными, еще не стали повседневными. То, что ребенку впервые удалось сделать, будь то открытие двери, поворачивание ручки, поскольку это для него достижение, какая-то удача, приобретает значимость, привлекательность, в силу которой действие переходит в игровой план: ребенок начинает раз за разом открывать и закрывать дверь, снова и снова повертывать ручку не потому, что сейчас практически нужно открыть дверь, а потому, что это действие бессознательно радует его, как выражение его достижений, его успехов, его развития; действия уже привычные, повседневные утрачивают интерес и перестают быть темой игры. Именно новые, только народившиеся и еще не укрепившиеся как нечто привычное приобретения развития по преимуществу входят в игру. Войдя в игру и раз за разом совершаясь в ней, соответствующие действия закрепляются; играя, ребенок все лучше овладевает ими: игра становится для него своеобразной школой жизни. Ребенок, конечно, не для того играет, чтобы приобрести подготовку к жизни, но он, играя, приобретает её, потому что у него закономерно появляется потребность разыгрывать именно те действия, которые являются для него новоприобретенными, еще не ставшими привычными. В результате он в процессе игры развивается и получает подготовку к дальнейшей деятельности. Он играет потому, что развивается, и развивается потому, что играет. Игра – практика развития физических и умственных способностей. Различные формы серьезной деятельности взрослых служат образцами, которые воспроизводятся в игровой деятельности детей. Игры органически связаны со всей культурой народа; свое содержание они черпают из труда и быта окружающих. Играя, ребенок живет жизнью, исполненной непосредственности, действенности и эмоциональности, а не готовится лишь к тому, чтобы в дальнейшем жить. В игре у ребенка формируется воображение, которое заключает в себе и отлет от действительности, и проникновение в нее.

Таким образом, способности к преобразованию действительности в образе и преобразованию ее в действии, ее изменению закладываются и в игровом действии; в игре прокладывается путь от чувства к организованному действию и от действия к чувству; словом, в игре, как в фокусе, собираются, в ней проявляются и через нее формируются все стороны психической жизни личности; в ролях, которые ребенок, играя, на себя принимает, расширяется, обогащается, углубляется сама личность ребенка. В игре в той или иной мере формируются свойства, необходимые для учения в школе, обусловливающие готовность к обучению. Как в преддошкольный период основным в развитии ребенка является овладение предметными действиями и речью, так в дошкольном возрасте основным является развитие поступка, регулируемого общественными нормами. Его формирование является основоположным приобретением или новообразованием дошкольного периода в развитии человека, что никак не исключает значения игры для формирования психического, физического и умственного развития ребенка и обогащения его душевной жизни.

Литература:

1. Выготский Л.С. Кризис семи лет / Л.С. Выготский – Собр. соч.: В 6 т. – М., 1984. Т. 4, С. 376 – 385.

2. Давлетбаева З.К. Влияние супружеских взаимоотношений на психическое здоровье ребенка дошкольного возраста. // Тезисы докладов всероссийской научно-практической конференции «Молодая семья: проблемы, тенденции, перспективы». 8-9 ноября 2001г., г. Уфа. – с. 50 – 51.

3. Леонтьев А.Н. Психологические основы дошкольной игры. / А.Н. Леонтьев // К теории развития психики ребенка, М, 1981. – С. 509 – 519.

4. Солодков А.С. Физическое и функциональное развитие детей дошкольного возраста Санкт-Петербурга / А.С. Солодков, Е.М Есина // Физическая культура, 1999, № 1/2, С. 12 – 15.

5. Эльконин Д.Б. Психология игры // Д.Б. Эльконин. – М., Педагогика, 1978. – 304 с.