Исина Г.И., Жангирова Г.А.

Карагандинский государственный университет, Казахстан

К ПРОБЛЕМЕ ВЕРБАЛИЗАЦИИ

ПРОСТРАНСТВЕННЫХ КООРДИНАТ

Одним из наиболее важных элементов картины мира является категория пространства, выступающая как предельно абстрактная категория, которая отражает структурную организацию материального мира. Пространство является одним из главных факторов человеческого существования, организующих все основополагающие аспекты бытия. Обозначая и оценивая явления, человек упорядочивает, осмысливает мир и свое бытие в нем, обретает возможность ориентироваться в действительности.

Эволюция во взглядах на пространство – это оформление естественнонаучных представлений, начала которых можно найти в античных учениях. В античную эпоху в формировании пространственных понятий проявляется главный архаический принцип, сформулированный как Homo mensura «Человек – мера всех вещей», где «центром» пространства становится человек, а сами пространственные номинации, как отмечает В.Г.Гак, образуют четыре концентрических расширяющих круга: Человек – Дом – Страна – Мир.

Современное научное понимание пространства сложилось во многом под влиянием «ньютоновской» и «лейбницеской» концепций. По сути, разница между ними заключается в том, что у Лейбница пространство «одушевляется» человеческим присутствием и соответственно трактуется им, а у Ньютона оно первично и независимо от каких-либо фактов, т.е. принадлежит физике и геометрии. В отличие от данных подходов современная когнитология решает проблему концептуализации пространства комплексным путем, исходя из того, что человеку в равной степени свойственно и чувственное восприятие окружающей действительности, и геометрическое. Согласно научному пониманию пространство обладает следующими свойствами: неразрывная связь со временем и с движением материи, зависимость от структурных отношений и процессов развития в материальных системах, протяженность, связнось, относительная прерывность, трехмерность. Специфические его свойства подразделяются на метрические (связанные с измерениями) и топологические – связность, симметрия / ассиметрия и т.д. [1: 541-542].

Концептуальная картина пространственных отношений универсальна в своей понятийно-мыслительной основе, однако в конкретно-языковом воплощении она получает специфичное преломление, обусловленное своеобразием национально-культурных сценариев пространственных представлений. Например, по мнению Г.Гачева [2: 117], русский образ пространства представляет собой горизонтальное движение, однонаправленную бесконечность (вширь, вдаль), а болгарский – круглый, замкнутый космос.

Люди осознают пространство не через систему координат, относительно которых задается местоположение объектов независимо от других объектов, а скорее через отношения, существующие между объектами в этом пространстве. Пространство, можно сказать, как бы заполнено множеством более или менее всеобъемлющих систем отношений, к которым принадлежат различные предметы [3: 16].

Пространство и язык пространственных отношений являются одним из основных средств осмысления окружающего мира. Наиболее ярко аксиологический потенциал пространственной лексики отражается во фразеологическом фонде. Например:

as rabbits in a warren - «в тесноте», packed like herrings (in a barrel) - «как сельди в бочке», packed like sardines in a tin - «битком набитый».

Подобные фразеологические сравнения встречаются и в других языках, что свидетельствует о существовании неких ментальных стереотипов, одинаково свойственных представителям разных языковых коллективов.

Языковая концептуализация пространства выявляется, прежде всего, на материале употребления слов-названий пространственных показателей. Подобная лексика является культурно-значимой, поскольку закрепленные за ней языковые модели свидетельствуют об «отмеченности» пространственных представлений человека. Ср.: as big as saucers, as long as one’s arm, a face as long as a fiddle, as near as a toucher, as broad as a barrel, as big as a house.

Специфика восприятия формы определяется, в первую очередь, особенностями той или иной культуры, той природной и культурной ситуацией, в которой вырастают эти люди. Так, например, представители европейской цивилизации живут в «прямоугольном мире» - их окружают искусственные сооружения, обычно имеющиеся геометрические формы, их взгляд постоянно сталкивается с прямыми линиями, отрезками, поэтому им легче заниматься их измерением и сравнением. Например: to look like the back end of a tram; as tall as a house; to look like the side of a house.

Жители непроходимых джунглей, пустынь или тундры, напротив, сталкиваются с природным ландшафтом, в котором практически нет прямых линий. Например, у жителей джунглей нет возможности увидеть даже линию горизонта [4: 217-218]. Ср.: as tall as a steeple - букв. высокий как шпиль; as wide as the poles apart - «диаметрально противоположный»; as tall as a lamp-post - букв. высокий как фонарный столб.

В сознании англичан преобладают, как правило, предметные ориентиры, характерные для их образа жизни. Например: as big as a barn, as big as a barn door (a barn - a building used especially for storing hay and grain, and for housing livestock) букв. большой как амбар, «очень большой, огромный», «с гору». Как известно, традиционным занятием для большинства жителей островного государства издавна считалось возделывание зерновых культур, а, следовательно, и подобные построения являлись вполне типичными для фермерских земель. Поскольку англичане вели оседлый образ жизни, проживая целыми семьями в одном месте, то и многие вещи соизмеряли «с жизнью». Например, as large as life «в натуральную величину», as long as life endures «долгий как сама жизнь».

Интересным примером проявления специфики пространственного восприятия является фразеологическое сравнение as tall as a maypole - «высокого роста» (a maypole – a tall flower - wreathed pole forming a centre for May Day dances) [5].

«Инструментом» измерения наименьшего размера в английском языке часто выступает слово «капля»: как, например, в ФЕ drop by drop, drop in the bucket; во ФС like the drops of water.

Пространственные семы, или семы меры включаются и в семантику таких фразеологических сравнений, как: as numberless as the sands - «бесконечные как песчинки», «видимо-невидимо»; as common (plentiful) as blackberries, as thick as blackberries - «в изобилии», «хоть пруд пруди»; as bare as a bone, as bare as the palm of one’s hand - «совершенно пустой», «хоть шаром покати».

Как мы видим, за точку отчета в пространственной ориентировке англичане принимают в большинстве своем положение объектов в пространстве, представляющих интерес для человека с точки зрения их важности и роли в человеческой деятельности, что, несомненно, свидетельствует об антропоцентричности лексикона. В семантической структуре устойчивых единиц вербальной знаковой системы содержится информация о системе ценностей народа – носителя языка, хранится культурный и исторический опыт народа, передаётся  его  особое «прочтение» окружающего мира.

Литература:

1. Философский энциклопедический словарь. М.: Советская энциклопедия, 1983. – 840 с.

2. Гачев Г.Д. Национальные образы мира. – М., 1988. – 448 с.

3. Казанцева О.В. Психолингвистические аспекты пространственных отношений в русской, немецкой и бурятской культурно-языковой среде. Автореф. дис. … канд. филол. наук. – Москва, 2002. – 23 с.

4. Садохин А.П., Грушевицкая Т.Г. Этнология. М.: Издательский центр «Академия»; Высшая школа, 2000. – 304 с.

5. The Merriam – Webster Dictionary. – N.Y., 1974. – 849 p.