Кабаева Ж.А., доктор философских наук,
профессор КазНПУ им. Абая,
(г. Алматы,
Казахстан)
Сознательное
и бессознательное в подходах к реальности
Абстракт.
Жизненное вторгается в научную, философскую области. В этих областях происходит
перемещение акцента на бессознательное, выделение бессознательного как объекта
исследования. Это правомерно, если исходить из такого положения, что сознание
способно познать часть, а не всю реальность.
Ключевые
слова. Бессознательное, природа, реальность, познание, Восток, Запад, философы.
Abstract. Life intrudes into the scientific,
philosophical area. Refocusing occurs in these areas at the unconscious;
unconscious selection as an object of study. This is legitimate, if we assume
that consciousness can know the part of reality, bat not the whole.
Keywords. Unconscious, nature, reality, cognition, East,
West, philosophers.
Введение.
В западной философии ХХI века осознается необходимость
возвращения к онтологии, ориентирующей человека на гармоничное целостное
отношение к миру.
После высоких научно –
технико – технологических достижений на передний план выдвигаются новые
парадигмы науки и философии с акцентом на жизненное. Такая тенденция проявляется
в концентрации интересов, знаний, устремлений в научной и философской областях на
постижение и понимание всего того, что связано с ценностными аспектами жизни человека.
Все, что касается человеческого, человечного – всегда было ценнее, всегда
присутствовало в философских и других учениях. Но оно невольно отодвигалось с
переднего края, т.к. важно было
разрешать актуальные проблемы,
связанные с выживанием, с достижением комфортных условий бытия, что можно
было достичь в процессе рационального
познания мира, при рациональной деятельности человека. Классическая наука,
классическая философия отвечали на такие запросы социума. Сознательное было
объектом исследования в европейской классической науке и философии. Новые тенденции в
постнеклассической науке являются результатом вторжения жизненного в сферу научного. Жизненное вторгается
в научную, философскую сферы и это сходно, к примеру, с тем как в поэзии. «В стихи бы я внес дыханье роз, Дыханье мяты,
Луга, осоку, сенокос, Грозы раскаты» (Пастернак)
В
таком дискурсе акценты сдвинуты от
сознательного в сторону бессознательного. Это есть отражение того, что стало
одной из отличительных характеристик науки
и философии ХХ в. В такой
перспективе в последние десятилетия
рассматриваются научные, междисциплинарные, культурологические проблемы.
Бессознательное стало объектом исследования
у З. Фрейда, оно рассматривалось в
работах философов С.Кьеркегора, А. Шопенгауэра, Ф. Ницше и др. Психоанализ, как
учение о бессознательном, в определенной степени помог такому сдвигу. Как известно, по З.Фрейду психика человека
состоит из «Оно» + «Я» + «Сверх Я», в котором «Оно» занимает огромное место.
В психоаналитической литературе
встречается образное сравнение сознательного и бессознательного сфер: если
сознательное есть одно семечко пшеницы, то куча пшеницы, равная по объему
ведру, есть бессознательное - таково соотношение сознательного и
бессознательного в самой психике человека.
Выход в сферу бессознательного
от сознательного, от рационального, от научного становится возможным в ХХ в.
На
Востоке же природа всегда была целостным объектом и предметом исследования, а
не расчлененным предметом, как на Западе. Бессознательное занимало большое
место в мировоззренческих и познавательных учениях Востока. Шопенгауэр, Ницше
обратились к вопросам бессознательного под влиянием восточных философских учений.
Бессознательное в психике человека
Психика человека – это сознательное и другое нечто, составленное из бессознательного, подсознательного,
надсознательного, может быть еще другого, о чем мы еще не ведаем.
В общем подходе,
бессознательное рассматривается, как часть психики человека, и как участвующий
в управлении поведением человека, но не
являющегося частью сознания человека.
Бессознательное – это как
приближение к тайне. Если говорить о содержании, то бессознательное включает в
себя всё очень дорогое интимное, находящееся в глубине самости человека,
поэтому оно выступает, как концентрированное важное, как всепоглощающее все
остальное нечто. Еще вернее было бы сказать, что оно определяет в большей
степени природу человека. Бессознательное, как нечто неуловимое, еле осязаемое во снах, или такое возникающее нечто,
на котором человек глубоко сконцентрирован в состоянии транса. При нахождении в таком состоянии возникает
чувство приближенности к осознанной
полноте бытия, к полной удовлетворенности своим существованием. Поэтому получается
так, что это интимное, глубокое, всепоглощающее состояние есть нечто
трансцендентное, которое больше, выше моего осознанного «Я».
Нечто, относящееся к чисто
сознательной сфере, не обладает сильно
воздействующей силой на человека. «Наука, по определению, не даёт нам чувства
полной безопасности, того бесстрашия, что произрастает из нашего чувства
бессознательного». [1,23] При выходе из чисто сознательной сферы в душевную,
или духовную, картина меняется. Всё, что относится к душевной сфере, всегда
очень дорого человеку. Сознательная сфера является рациональной, а о сфере души
так не скажешь. Иррациональная и рациональная
– две сферы, взаимодополняющие друг друга до целостности, которая является
определяющей природу человека.
Бессознательное
входит в учение дзен – буддизма, представителем которого является Д.Судзуки. О
соотношении сознательного и бессознательного он пишет:
« Природа не хаотична…Это
просто имя, данное тому царству, которое отвергает измерение обычными
рационалистическими средствами.
Возникающее из этого хаоса сознание поверхностно, оно затрагивает
лишь один край реальности. Наше сознание есть лишь малюсенький островок,
плавающий в океане, отекающим Землю. Но только посредством этой малой части
почвы под ногами мы способны бросить взгляд на само неохватное бессознательное.
Мы можем лишь почувствовать его, но и это уже немало, ибо через него мы узнаем
о том, что наше фрагментарное существование обретает всю свою значимость, а
потому мы уверяемся, что живем не зря»[1,23].
Здесь на передний план
выступает вопрос о нашем чувствовании жизни, о смысле и ценности жизни, основы
которых в некоторой степени нужно искать в сфере бессознательного.
Сознательное – «почва под
ногами» субъекта. Эти слова Судзуки имеют большой смысловой вес. Много
интересных последствий содержательного характера можно вывести из него.
Новый дискурс: сознание - бессознательное – наука.
Такой дискурс включает в себя
основные ключевые положения, касающиеся всего того, что присуще бытию. В этом
дискурсе сознание определено не как всеобъемлющее нечто, что было характерно
для классической науки, классической философии. Здесь акцент в оценке роли
сознания немного сдвинут. Важный
момент, на котором можно сфокусироваться, - это то, что сознанием можно знать,
понять только часть реальности, но не всю ее. Сознание не может дать полную
картину реальности. Поэтому, как говорит Судзуки, все то, что было достигнуто на основе сознания, относится к части реальности в силу того, что
сознанием можно коснуться только края реальности. В современных парадигмах
науки и философии внимание акцентировано на этом. Новая установка появляется
относительно отношения сознательного и бессознательного, означающая сдвиг в
сторону того, что преобладает в жизненном.
В сфере бессознательного ведутся поиски ответов на
вопросы, касающиеся самой природы человека, его самоидентичности.
Бессознательное более определяет природу человека, которая есть сложный объект и представляет собой
огромное таинственное нечто. Правомерен вопрос: «What am I? Such a
strange mixture is human nature! Such a various creature is man! Such his noble
abilities and excellencies on the one hand, such his imperfections and
wretchedness on the other” [3, 171] «Кто я? Такая
странная смесь человеческая природа! Такое разнообразное существо человек!
Такие его благородные способности и превосходства, с одной стороны, такие его
недостатки и убогость с другой». Многие
из нас вместе с американским философом Джонсоном задаются таким вопросом.
Эта
смесь таинственного непонятного и
определенного понятного в человеке, смесь осознанного и неосознанного или
сознательного и бессознательного, смесь высокого благородного и низкого убогого,
духовного и интеллектуального и т.д. Таких пар, характеризующих природу человека, можно перечислять, и их будет достаточно
много. Природу человека (единое) делят по - разному на две части в зависимости
от того, каков ориентир. Фуко выделяет свою пару, заявляя, что « …возник антропологический постулат, когда
человек явился в качестве эмпирико – трансцендентального двуединства» [2, 414].
Природа человека представлена как двуединство благородного и убогого у Джонсона, эмпирико – трансцендентального у
Фуко.
Подход дзен
Отношение к природе на
Востоке отражено и в подходе дзен, и в известном принципе недеянии, который противоположен деятельностному подходу на Западе. «Имеется
другой путь к реальности, - отмечает Судзуки, - который предшествует науке либо
происходит после неё. Его я называю подходом дзен. Подход дзен заключается в
том, чтобы прямо войти в сам объект и увидеть его как бы изнутри. Познать
цветок – значит стать цветком, быть им, цвести как он, радуясь солнечному свету
и дождю. Зная цветок, я знаю теперь мою самость, моё Я» [4, 19]. Подход дзен представляет собой совершенно
другой подход к реальности. Такой путь познания означает, что на основе
интуиции, особенно интеллектуальной
интуиции, на основе слияния субъекта и объекта можно постичь суть самой
человеческой природы. «Восток духовен, сакрален, интуитивно-мистичен, здесь
иррационально-поэтическое доминирует над сциентистским, а принцип
гармонического “включения” человека в “мир” - верховный закон социального бытия»
[5, 21].
Действительно, «самостное» мое произрастает из глубин бессознательного.
Самому становиться цветком,
травой, деревом и тогда глубоко можно прочувствовать
бытие живого, ощутить жизненное, приблизиться к пониманию
сущности жизни.
Мысленно познать сущность исследуемого объекта, «превратившись» в
него; и более того, таким способом познать самого себя.
И при этом не забывать, что «человек познает, но он также и осознает то, что он познает». [4,
23]
В принципе дзен отражена
сущность познавательного подхода к реальности на Востоке. Это не научный
подход; при абсолюте научного подхода происходит потеря многих сторон
жизненного. Подход дзен шире и глубже
научного. «Дзен погружает нас в источник творчества и пьёт жизнь, которая из
него проистекает. Этим источником дзен является бессознательное. Цветок сам себя
не осознает. Это я пробуждаю его из бессознательности» [4, 17]. Подход
дзен присущ той области, в которой осуществляются донаучный, или после научный подходы к реальности. Не вдаваясь в
эту конкретизацию, обходя тщательный анализ, важно подчеркнуть значимость
такого подхода особенно в тот период, когда наука и технологии на основе
рационального подхода достигли большого прогресса, а далее нас ожидает ещё
более невиданный их прогресс (технологическая
сингулярность). В таком прогрессе нетрудно человеку и потеряться. Подход
дзен – это не рациональный поход к реальности. Он связан с бессознательной
областью. Бессознательное в самом человеке занимает огромное место по сравнению
с сознательным.
Родные
люди каждого из нас – это родители, их родные деды, их родители и т.д. и все
они составляют живую цепь родственных связей, которая уходит в глубину веков и предстает как
длинная нить духовных связей между поколениями. Существует такая казахская
традиция: каждый казах должен знать поименно семь своих предков. И то, что было
дорого нашим предкам, что они чувствовали, видели и т.д. является родным для
нас. Все это не чуждо для нас не только
как память о предыдущих поколениях, но и
как то, что помогает нам в нашей самоидентификации, в понимании самих себя; и
для каждого из нас это есть часть его «Я». Более вероятно, что это все
относится к бессознательной области. И на бессознательном уровне мы ощущаем
это. Этот момент каждый из нас испытывает, когда хранит очень дорогую вещь
(дорогая в духовном или душевном плане), как память об ушедшем дорогом человеке.
Вещь, символизирующая память, очень дорога нам.
Более
вероятно, что бессознательное найдет свое место в предлагаемой новой программе Ст.Тулмина,
который пишет, что нужна «Программа
новой теории человеческого понимания… », у которой «общая цель - составить новый «эпистемологический
автопортрет», т.е. заново объяснить способность, процессы и деятельность,
благодаря которым человек обретает понимание природы, а природа в свою очередь
становится доступной разуму человека» [4,45]
В контексте такой поставленной
задачи в данной статье было показано соотношение сознательного и
бессознательного подходов в понимании природы с акцентом на второе.
Итак, набирает силу
тенденция, когда жизненное, природное должны занимать в научных и философских
учениях приоритетные положения.
Литература: