к.п.н. Трубникова Е.В.

Таганрогский институт управления и экономики

Памятники состязательной культуры античной эпохи

Северного Причерноморья и Приазовья

Боспорское царство сформировалось объединением городов-поли­сов по обоим берегам Боспора Киммерийского. Одно из самых своеоб­разных государств древности, возникшее в VI в. до н.э. как объеди­нение самостоятельных греческих городов-полисов на побережье Таман­ского полуострова, Восточного Крыма и низовьев Дона.

Процесс объединения начался примерно с V в. до н.э. Центром объединения стал город Пантикапей (нынешняя Керчь), расположен­ный на берегах удобной бухты у Керченского пролива, именовавше­гося в то время Боспором Киммерийским. (Предположительно, назва­ние столицы Пантикапей – производное от скифских слов, означавших «рыбный путь».) В него вошли города на территории современной Тамани – Фанагория, Кепы, Гермонасса и Восточного Причерноморья – Горгиппия, Баты, Торик, многочисленные поселения вокруг горо­дов. На краю Ойкумены образовался огромный рынок обмена среди­зем­но­морскими товарами на товары окружавших города поселений и кочевых племен.

Процесс образования Боспорского государства, первого государства на территории России, происходил мирно, так как целью объединения была стабильность торговых связей между народами Причерноморья-Приазовья и городами метрополии – Балканского полуострова, островной Греции, побережья Малой Азии.

В ранний период степной этнос – это скифы. Геродот, называя скифами народы всего Северного Причерноморья, выделяет отдельные племена или по роду занятий: скифы-пахари, скифы-кочевники, скифы-земледельцы, или по племенным союзам: царские скифы, каллипиды, алазоны. «Одни сеют и питаются хлебом, луком и чесноком, чечевицей и просом, другие – сеют зерно на продажу, есть такие, которые ничего не сеют и не пашут, есть живущие охотой… За рекой Танаисом – уже не скифские края, но первые земельные владения там принадлежат савроматам…»

Из Причерноморья вывозились хлеб, рыба, кожи, меха, шерсть, а ввозились ткани, вино, оливковое масло, керамическая и стеклянная посуда, предметы роскоши.

Города Боспора создавались переселенцами из разных греческих городов: Пантикапей, ставший столицей, – выходцами из Милета, Фанагория и Кремны – ионийцами, Гермонаса – эолийцами, переселив­шимися из города Митилены на острове Лесбос.

Новые поселения греки называли апойкией, от слова апойко – высе­ляюсь, римляне – колонией, от латинского «коло» – живу, населяю, обрабатываю. Город, откуда отправлялись на новые земли поселенцы, назывался метрополией (от греч. «мать-город»). Обжившись, пере­се­ленцы двигались на новые места. Так возникли города Горгиппия, Танаис и поселения на побережье, называвшиеся хорой, то есть сельской округой городов. Вначале это были эмпории – пункты тор­гового обмена, затем они становились городами, моделируя в своей струк­туре эллинистические полисы. Количество поселений исчисля­ется сотнями. Они многообразны по планировке, занимаемой площади, типам укреплений: это и небольшие усадьбы, напоминающие поздней­шие донские хутора, окруженные распаханными землями, и укреплен­ные деревни, огороженные валами, и временные стоянки, заселявшиеся на время ловли рыбы или перегона скота на новые пастбища.

Меотида – Азовское море, дельта Танаиса-Дона, Таманский полуостров, в те времена представлявший собой множество островов, разделенных морем, лиманами и рукавами Гипаниса-Кубани, в течение буквально одного столетия стали окраинами античной Ойкумены.

Море и побережье напоминали грекам родные места, казалось, они были продолжением родины. Только масштабы, конечно же, несрав­нимы. Греция, материковая и островная, огромная Ойкумена, обжитые людьми и богами земли и моря: острова и горы передавали путешест­венника и корабль друг другу, как эстафету в состязании, – едва исчезали на горизонте одни, как тотчас впереди появлялись другие.

Греки принесли на побережье высокую культуру земледелия и ремесла; в условиях степных черноземов урожаи были очень высо­кими, и Боспор в короткое время стал важнейшим поставщиком хлеба на средиземноморские рынки. В городах Греции ставили почетные декреты – мраморные стелы с текстами и бронзовые статуи в честь бос­порских правителей за предоставление городам благоприятных усло­вий в снабжении хлебом.

В городах организовывались керамические производства, выпус­кались амфоры, столовая посуда, художественные изделия. Очень характерны так называемые боспорские акварельные пелики (сосуды): узкое горло с широким раструбом, бочковидное тулово на широком, низком донышке. Это тип парадных, торжественных сосудов, их покрывали многофигурными росписями и орнаментом. В темах росписей преоб­ладали сюжеты из местных легенд – например, сцены поединков амазонок с грифонами. Изображали атлетов в гиматиях и гирляндах, изготавливали многочисленные терракотовые статуэтки – изображения богов, женщин, мужчин и детей.

У каждого города было свое божество, защищавшее город, покрови­тельствовавшее гражданам, где бы они ни находились. Выбор покровителей определялся чаще всего главным божеством метрополии, откуда прибыли переселенцы. И на новом месте они оборудовали свя­тилища и домашние алтари так, как будто божество переезжало на кораблях вместе с ними. Но что для богов, живущих вне времени, любые пространства! Они незримо обустраивали быт переселенцев, улаживали взаимоотношения с окрестными племенами, помогали строить корабли, заботились о хорошем урожае. И в благодарность люди возводили для них храмы: ведь боги, так же как и люди, нуж­даются в отдыхе и в любви.

Города основывались чаще всего в границах поселений местных племен – скифов, сарматов, меотов, синдов, втягивавшихся в орбиту греческой торговли, культуры, обычаев, религий, но не терявших и своих традиций, подпитывавшихся близостью степных просторов и именовавшихся обобщающим термином «варвары». Даже на началь­ном этапе формирования Боспорского государства народы степей так переплелись родством, культурой, обычаями, богами с греками, что его вполне можно назы­вать греко-варварским государством. Так формировался изменчивый этнос, в котором еще далеко не до конца разобрались археологи и этнографы. Несомненно лишь то, что влияние данного государства на последующие судьбы народов Восточной Европы было решающим.

Состязательные игры, конечно же, проходили во всех городах Причерноморья-Приазовья. «Горгиппийский агонистический каталог», десятки имен гимнасиархов в надписях Танаиса, Гермонассы, здание гимнасия в Фанагории, находки стригилей (специальных скребков для занятий борьбой), храмы и святилища богов, культовые ритуалы которых были связаны не только с жертвопри­ношениями и торжественными процессиями, но и с состязаниями – атлетическими, музыкальными, конными скачками, говорят о том, что традиция проведения различных соревнований была присуща гражданам Боспорского царства: принесенная ли их метрополией или усилившая уже имеющиеся элементы культуры варварских народов…

Аналогичные Горгиппийскому каталоги найдены в Херсонесе и Ольвии. На надгробии атлета-херсонесита Феофанта (конец IV в. до н.э.) изображены четыре тении, стригил, сосуд с маслом для натирания во время упражнений и сетка. Тении – свидетельство четырех побед атлета, одержанных на херсонесских или на общегреческих Играх.

Сохранилась трогательная стихотворная эпитафия на боспорской мраморной стеле. «Фарнак, сын Фарнака, прощай. Взгляни, странник, на памятник Фарнака, которого сломил тяжкий Аид, уловив в свои сети несчастного юношу, по профессии учителя гимнастики, возрастом молодого… Урну его скрывает Боспорская земля, и на глазах у всех гимнасий оплакивает его немыми слезами…»

На стелах часты изображения мужчин в сопровождении слуг. Мужчина стоит, одной рукой придерживая плащ, в другой – свиток. У слуг одни и те же предметы: стригил в руке и полотенце через плечо.

Известны факты участия боспорских граждан в разнообразных праздниках Греции. Феоры – священные греческие послы – посещали боспорские города и приглашали на праздники, в качестве и гостей, и участников. На стадионе в Олимпии различные участки трибун были закреплены за гостями из разных городов. Так, на одной из скамей рядом с другими названиями городов высечено «Ольвия», то есть послы, зрители из Ольвии имели свое собственное место на трибунах центрального стадиона Греции.

Боспоряне участвовали в Панафинеях – праздниках в честь богини города Афины, проводившиеся раз в четыре года в середине лета. Центральными событиями праздника были музыкальные и атлетические состязания. В Северном Причерноморье найдены панафинейские амфоры – награда победителям на праздниках в Афинах.

Из литературных источников известно, что боспорский учитель музыки принимал участие в Дельфийских соревнованиях.

На окраинах Ойкумены, на своей «малой родине», переселенцы тщательно копировали образ жизни, культы и обычаи, сохраняли язык метрополии. Эти города не были замкнутыми, отчужденными территориями, они в равной степени были открыты на юг морскими путями в историческую родину и тесно связаны степными дорогами с народами севера и востока.

Конечно, со временем уклад жизни менялся, сказывалось влияние степи, но обаяние, открытость, гуманизм греческих традиций были столь велики, что и через сотни лет в своей основе они не менялись: театр оставался театром, игры – состязанием ума, силы и красоты… Культура и торговля с неизменной последовательностью перепахивали пепелища междоусобиц и сражений, а ростки традиций прорастали вновь…

Литература:

1.   Геродот. История в 9 кн. - М., 1993.

2.   Скрижинская М.В. Дренегреческие праздники в Элладе и Северном Причерноморье. - С-Пб.: Изд-во «Алетейя», 2010, 450 с.

3. Чеснок В.Ф. Ветвь священной оливы. Боги и герои античных стадионов на территории России. – Рн/Д: Изд-во «Омега Паблишер», 2007, 384 с.