Д. пед. наук, профессор М.Н. Глазков

Московский государственный институт культуры, Россия

Императорская публичная библиотека середины XIX в. и массовое меценатство

Одним из ярких явлений дореволюционной истории, было массовое добровольное пожертвование книг в пользу Императорской публичной библиотеки в Санкт–Петербурге. Данный общедоступный библиотечный центр начал создаваться усилиями Екатерины II в конце XVIII столетия, а для читателей открылся 2 января ст. ст. 1814 г. Императорская публичка быстро превратилась в главную государственную библиотеку Царской России.

С 1840-х и особенно с середины XIX в. неожиданно большой размах получили крупные книжные дары, передаваемые в адрес Библиотеки самыми разными лицами. Как вспоминал видный библиотечный деятель В.В.Стасов: "Со всех сторон сыпались приношения книгами, рукописями, гравюрами, всякими типографскими редкостями и драгоценностями. Все наперерыв старались отыскать у себя в старых шкапах, в забытых углах, здесь или в провинции, что-нибудь такое, что можно было подарить Библиотеке, прибавить к ее все более и более разраставшимся коллекциям". [ 1 ]

Cреди многочисленных дарителей были представители разных слоев и профессий. К примеру, посильную помощь библиотеке оказали ученые с мировым именем: хирург Н.И.Пирогов, математик М.В.Остроградский, астроном В.Я.Струве, писатель и филолог В.И.Даль, историки Н.И.Костомаров, М.С.Куторга, М.П.Погодин, писатели и критики С.П.Шевырев, П.А.Плетнев, А.В.Никитенко и др.

Вместе с тем в списках дарителей встречаются совершенно неизвестные имена мелких чиновников, разночинной интеллигенции, мещан. Поток даров стал настолько масштабен, что Сенат в 1855 г. разрешил бесплатно пересылать по почте письма, пакеты и посылки, адресованные Императорской публичной библиотеке, с целью облегчить положение "невысоких чином и званием" дарителей.

Особенностью 1850-х гг. было и то, что многочисленные книжные приношения поступали в библиотеку "не только из краев России, но … и из всех концов образованного мира". Среди зарубежных дарителей оказались ученые и литераторы, библиографы и библиотекари, издатели и книгопродавцы. Можно назвать такие известные имена как славист Ф.Миклошич, ученый В.Караджич, историк и филолог П.Шафарик, переводчик К.Винаржицкий, библиотекарь А.Вртятко, профессор Львовского университета Я.Ф.Головацкий, профессор анатомии Пенсильванского университета Дж.Лейди, директор Морской обсерватории США М.Мори, член Парижской академии наук Г.Добре, профессор Гейдельбергского университета Бэр и многие другие. [2] Петербургская публичная библиотека начала восприниматься как центр русской культуры, как ее полномочный представитель в мире.

Способствуя развитию этого благотворения, тогдашний директор Императорской публички барон М.А.Корф, пользуясь доверительными отношениями с Николаем I, добился высочайшего утверждения "Дополнительного положения об Императорской Публичной библиотеке и Румянцевском музеуме". Оно улучшало материальное положение библиотекарей и снабжение Библиотеки. Помимо того, важно отметить, что для содействия пополнению фонда устанавливался институт почетных членов и почетных корреспондентов библиотеки. Присвоение этих титулов должно было морально стимулировать растущее меценатство. Данный опыт не мешало бы приспособить к реалиям XXI века и использовать современным крупным отечественным библиотекам.

Всего в 1850-е годы в дар Императорской библиотеке оказалось принесено около 90 тысяч книг и периодических изданий, то есть примерно в тридцать раз больше, чем за первые пятьдесят лет XIX в. Этот источник в количественном отношении оттеснил на задний план не только покупку литературы, но и обязательный экземпляр. Круг дарителей за 10 лет вырос в сравнении со всей первой половиной столетия в восемь раз! [ 3, с.54 ]

В отчасти стихийном процессе жертвования книг в пользу главной библиотеки страны, на наш взгляд, проявилось новое отношение лучших представителей разных сословий к библиотечному делу. Особо подчеркнем невиданный ранее массовый и активный характер процесса. Люди не только думали и говорили о значимости библиотеки, но и предпринимали инициативные личные действия для ее развития. Тем самым, отечественная книжная культура поднималась на новый уровень.

Показательно, что в самодержавной России объективное развитие библиотечной деятельности привело к демократизации ее характера. Бесплатность и общедоступность главной библиотеки Империи, в сравнении с крупнейшими европейскими библиотеками, неоднократно поражала иностранцев. В.Ф.Одоевский отметил, в частности, что членов французского посольства, побывавших здесь на экскурсии, "допущение всех состояний в Б[иблиоте]ку изумило". [ 3, с.69–70 ]

Народность Императорской библиотеки стала закономерным ответом на активное сочувствие к ее нуждам со стороны общества. Происходило ментальное сближение библиотечных и общественных ценностей. Все это весьма позитивно отражалось на состоянии российской библиотечной сферы и книжной культуры в целом.

В заключение следует сделать принципиальный вывод. Императорская публичная библиотека стала образцовой для своей эпохи во многом потому, что подпитывалась развитием нравственно–патриотического самосознания народа. После грандиозной победы в "наполеоновских" войнах, появления великих гениев отечественной науки, культуры, литературы, народное самосознание требовало от главной книжной сокровищницы Империи мирового первенства. Ментальный, а не сугубо физический мотив буквально заставлял и высшие власти, и культурную элиту, и общество в целом в разных формах "вкладываться" в Императорскую библиотеку. [4] Именно это объясняет уникальное стечение обстоятельств, превративших данное учреждение в венец российского библиотечного дела, центр книжной культуры XIX столетия.

Литература:

1. Стасов В.В. Собрание сочинений. Т.3, 1847–1866. – СПб., 1894. – Стлб. 1528.

2. Отчет Императорской Публичной библиотеки за 1856 год. – СПб., 1857. – С.56–57.

3. История Государственной ордена Трудового Красного Знамени публичной библиотеки им. М.Е. Салтыкова-Щедрина. – Л.: Лениздат, 1963. – 436 с.

4. Глазков М.Н. Народность Императорской публичной библиотеки в некоторых фактах // Школьная библиотека. – 2014. – №1. – С.49–54.