ГАРАНТ

Сомов Михаил Дмитриевич, доцент кафедры

конституционного и муниципального права

Московского государственного юридического

университета им.О.Е Кутафина (МГЮА),Северо-

Западный институт (филиал), кандидат юридических наук

Somov M.D.@ mail.ru

Статья о концепции «гарант конституции» К.Шмитта. Его внимание привлекла ст.48 Веймарской конституции о роли президента в реализации основных положений. Позитивно эта доктрина ассоциировалась в 1925-1934г.г. с П.Гинденбургом, который содействовал легитимации власти нацистов. С ними учёного связывали партийные узы. ГДР и ФРГ отвергли гаранта. Ныне конституционным гарантом ФРГ выступают народ, граждане, их представительные учреждения, в системе которых действует федеральный президент, иные организации. Конституции ряда стран содержат понятие «гарант».

Ключевые слова: Веймарская конституция, гарант, закон, власть, президент, глава государства, личные прерогативы.

Gаrаnteeing(Power)

Somov Mikhail Dmitrievich, assistant professor

Othe Chair of Constitutional and Municipal Law

Of Kutafin Moskow State Law University, the North West

Institute (Branch), candidate of juridical sciences

The article discusses the concept of the «guarantor of the Constitution» C. Schmitt. His attention was drawn by the article 48 of the Weimar Constitution about the role of the President in the implementation of the main provisions. This doctrine was associated positively in 1925-34 with P. the Hindenburg, who helped legitimize Nuzi rule. Party ties were associated with this scientist. East and West Germany rejected the guarantor. Now the guarantors are the people, the citizens, their representative institutions, in the system of which a Federal President rules, and other organizations. The constitutions of some countries contain the concept of guarantor.

Key words: the Weimar Constitution, the guarantor, the basic law, the President, the President’s, personal prerogatives.

Культ гаранта вобрал много вымышленных черт, присущих мессиям, героям, являющимся для утверждения добра и справедливости. Ореолы величия конкретных и легендарных персон воздвигались в Вавилоне, Лагаше, иных государствах Междуречья. В Древнем Риме Цезарь обладал титулом полубога во времена сенатского республиканского правления, но оказался слабее Брута и заговорщиков. Н.Макиавелли отметил в рассуждениях о княжестве гражданском: «Единовластие учреждается народом или знатью, смотря по тому, какая сторона найдёт для этого случай; если знатные видят, что не могут противиться народу, они начинают окружать всевозможным почётом кого-нибудь из своих и делают его князем,

чтобы под сенью его власти можно было дать волю своим вожделениям. Так же и народ, убедившись, что не в силах бороться со знатью, возвышает кого-нибудь одного и делает его князем, чтобы найти в нём себе защиту».[1] Наполеон, последователь новой идеологии, по мнению А.Тьера, проводил линию на упрочение своей власти, объявляя себя защитником французов, а иногда и покровителем европейских народов.[2]

Раздробленная Германия Х1Хв. остро нуждалась в объединении, чему способствовало принятие конституции[3]. Первая мировая война завершилась для неё выборами 19 января1919г. в Национальное учредительное собрание из 421 депутата, начавшее работу 6 февраля в Веймаре. 56% голосов избирателей получили партии, активно боровшиеся против коммунизма. Оно было созвано социал-демократическим правительством народных уполномоченных, которые имели большинство в советах, созданных германской ноябрьской революцией 1918г. Собрание 31июля 1919г. приняло Веймарскую конституцию, вступившую в силу 11 августа. Ряд ее статей тонул в оговорках, предоставлял президенту возможность неограниченно распоряжаться германским народом, вплоть до отмены демократических свобод, гарантий прав человека.

Ст.48 гласила: «в случае нарушения общественной безопасности и порядка или при угрозе такого рода опасности президент имеет право вводить чрезвычайное положение, отменять все демократические свободы и гарантии прав, издавать чрезвычайные законы и применять вооружённую силу». Веймарская конституция провозглашала Германию республикой и называла её

«рейх», что субъективно воспринималось президентом. Рейхстаг некоторое время обладал полномочиями, обеспечивающими равновесие в механизме власти. В 1925г. П. Гинденбург был избран президентом, и баланс власти начал склоняться в его сторону. Позитивная трактовка ст. 48 умножила силу единоличной власти в Германии. В те годы из тезиса «тысячелетнего

рейха» выдвигались крайне надуманные концепции стабилизации внутренней жизни Германии и расширения ее границ, которые стали основой учения о роли единоличной власти в делах государства. Правовые воззрения на развитие парламентаризма, народного представительства решительно пресекались. Ст.48 заменила все другие нормы, которые фактически не действовали. Большое рвение идеологического упрочения воли и права президента- гаранта, возвышающегося над представительными органами, проявляли многие учёные Германии. Среди них чаще всего называют Г.Николаи, М.Хайдеггера и, особенно, К. Шмитта, который обосновывал преимущества зарождавшегося под эгидой гаранта-президента «нового порядка», вопреки естественным устоям демократии и правам личности.

Веймарская конституция не провозглашала президента её гарантом, лишь наделяла его спектром тотальных функций. Это не помешало К. Шмитту сформулировать идеологизированную концепцию о конституции и её защитнике, поддержать деспотизм президентской власти, временно слившейся с деятельностью П.Гинденбурга, переизбранного в марте 1932г. на пост президента. Он потворствовал установлению режима третьего рейха. 30 января 1933г. 85-летний Гинденбург назначил канцлером лидера национал-социалистов, поручил ему сформировать правительство. У Веймарской конституции появился второй гарант – рейхсканцлер - с «Mein Kampf», которую он ценил выше конституции. Ст. 48 использовалась ими в провокационных целях. 28 февраля 1933г. издан президентский указ «В защиту народа и государства», отменивший все демократические права и свободы. Преамбула указа подчёркивала, что он направлен против компартии и предоставляет властям неограниченные права в производстве обысков, конфискации имущества, наложении штрафов, предусматривает смертную казнь по политическим мотивам и бессрочную каторгу.

П. Гинденбург содействовал узаконению нацистской идеологии, режима. С января 1933г. до кончины 2 августа 1934г. он подписал законы, удовлетворившие все требования нацистов, создал преемнику атрибуты

верховного гаранта, действовавшего уже на личных прерогативах. В последние годы П. Гинденбург формировал правительство как «президентские кабинеты», не считаясь с мнением рейхстага. Веймарская конституция по существу превратилась в орудие его власти, а потом рейхсканцлера, объединённого с постом президента. Канцлер-президент имел пожизненные полномочия с правом назначать своего преемника.

К. Шмитт своими суждениями о ст.48 поощрял реакцию. В 1945г. он оказался в зоне американской оккупации, заключён в лагерь. Потом был отправлен в Нюрнберг для показаний и допроса. Он отмечал превосходство права третьего рейха, его единоличного гаранта, одобрял преследование евреев, начавшееся в марте 1933г. Открывая состоявшийся 3-4 октября 1936г. конгресс «Еврейство в науке о праве», он сказал: «Всё, что фюрер говорит о еврейской диалектике, мы должны вновь и вновь твердить себе и нашим студентам…Одного эмоционального антисемитизма недостаточно, расовому учению мы обязаны знанием различия между евреями и всеми остальными народами»[4]. В социологии он опирался на романтизм и реализм, которые «можно считать теми основными различиями, которые используются в научном анализе Карлом Шмиттом»[5].

В.А. Туманов отметил: «Идеология фашизма в её генезисе представляет собой пёстрый конгломерат реакционных идей различного плана.., в том числе

солидаризма, неогегельянства, корпоративизма»[6]. В.А.Туманов провёл тщательный анализ работ К. Шмита, излагавших основы «тоталитарной

государственности», отметил несостоятельность этих идей и взглядов его

единомышленника Г. Николаи.[7]

К. Шмитт обосновывал тезис о том, что гарант вправе любыми средствами обеспечить исполнение и стабильность конституции, если это

даже противоречит историческим перспективам развития прав человека, общества и государства. Одновременно ставил своей целью борьбу против Веймара и Версаля, не одобрял систему парламентаризма. Как теоретика права К.Шмитта считают одним «из крупных консервативных умов прошлого столетия, чьи идеи… вызывают всё больший интерес у тех, кто пытается осмыслить политическую ситуацию современности»[8]. Стремление Шмитта создать модель гаранта в лице рейхспрезидента, выступления за преобладание личных прерогатив фюрера в защите права совпадало с официальной линией нацистов.

Реалистические положения Веймарской конституции интересовали Шмитта как материал для обоснования своей позиции. В целом же Веймарская конституция не удовлетворяла К. Шмитта. В его изложении «защитник конституции» - деятель, обладатель высшего политического титула с безбрежными полномочиями. Ст.48 была лишь ступенью перехода к универсальному и тотальному гаранту - фюреру, по воле которого его преемником 1 мая 1945г. стал К. Дёниц, вскоре арестованный англичанами.

Само понятие «гарант», направленное против германского и других народов, было отвергнуто Декларацией 26 государств, подписанной 1 января 1942г. в Вашингтоне. В ней обосновывалась необходимость общей борьбы «против диких и зверских сил, стремящихся покорить мир».

Идея гаранта К. Шмитта подкреплялась активными действиями

государства, находила поддержку некоторой части населения Германии. В1933-1945г.г,прикрывала террористическую сущность нацистского режима.

К. Шмит 1 мая 1933г. вступил в нацистскую партию, в ноябре 1933г. стал во главе руководства высшей школы в национал - социалистическом союзе

немецких юристов, титуловался коронованным юристом третьего рейха[9].

Веймарская конституция в условиях демократического парламентского правления, многопартийности могла и не вызвать катастрофических

последствий. В послевоенных трудных условиях её нормы позволяли стране выйти из кризисного состояния без чрезвычайных законов, даже в условиях, когда нацисты на выборах в рейхстаг 31 июля 1932г. получили 37,4% голосов избирателей, могло быть сформировано коалиционное правительство. Президент-гарант решил иначе. После войны оба германских государства отвергли эту концепцию. Некоторые положения Веймарской конституции восприняты Конституцией ФРГ 1949г., фиксирующей статус президента в духе демократической социальной республики, других принципов, определяющих политику всех членов Европейского Союза.

В конституциях многих стран встречается, хотя и с оговорками, упование на богов, церковь (Индонезия, Индия, Польша, Швейцария) как гарантов демократии. «В Англии церковь, хотя и составляет довольно сильное учреждение, но король настолько же глава государства, как и

Церкви - он национальный папа».[10] Этимологический словарь М. Фасмера воспроизводит слово «Garantie»,привезённое Петром 1 из Германии, которое

в то время, как и сейчас, означает судебную защиту прав. Царь из бесед с Лейбницем, другими учёными знал о содержании и роли конституции в европейских странах. Контакты с королём Польши Августом 11,которому

Пётр 1 после Полтавы помог занять престол, привели его к уяснению сути полномочий сейма, Радомской конституции с «liberum veto». Заводить у себя

конституцию, вроде английской или польской, быть её хранителем не помышлял, что исключило развитие мысли о гаранте. Регламенты, по его

мнению, полнее отвечали абсолютизации императорской власти. Духовный регламент упразднил патриаршество, усилил государственный контроль над

церковью. Генеральный регламент для коллегий содержал европейские

законодательные нормы, централизовал монархические прерогативы[11].

Современные словари объясняют «Garantie» как способ защиты прав. Воспроизводят «Garant» в смысле гарант, поручитель.[12] Большой

академический словарь, самый значительный по объёму нормативной лексики словарь русского языка, соотносит гаранта с государством, организацией, лицом в значении «поручитель», приводит слова Н.М. Грибачёва: «наша армия является одним из важных гарантов глобального мира».[13]В специализированных изданиях указано, что глава государства является гарантом конституционного строя[14].

К.Шмитт толковал ст.48 в том смысле, что она дает рейхспрезиденту особые полномочия. Называл его «Der Hütеr»- хранитель (защитник) конституции, выражающий общую волю немецкого народа. Этому слову в русском языке придаётся и значение «гарант». Основы концепции К.Шмитта широко обсуждаются на международных, иных конференциях.[15]

Триада президент-глава государства-гарант конституции фиксируется не во всех основных законах. В Конституции КНР есть указание на гарантии, исходящие от общества. В европейских монархиях действуют главы государств, доминирующие главы правительств. Президентские гарантии во многих странах призрачны, что подтверждают эмигранты, переселенцы,

беженцы. Они содержат себя сами, если находят работу, в других случаях их

гарантами становятся налогоплательщики стран, где они обосновались.

Конституция Франции уполномочивает президента обеспечивать своим арбитражем преемственность государства, надлежащее функционирование

публичных властей, быть гарантом независимости нации, целостности территории и соблюдения международных договоров. А главой государства

он не увенчан. Де Голль предпринимал немалые усилия повысить свой статус.

Французы решили, что достаточно имеющегося.

Конституция Польши провозглашает президента лишь представителем

республики и гарантом непрерывности государственной власти.

В Бразилии президент осуществляет исполнительную власть с помощью

государственных министров. Ст. 80 предусматривает последовательное привлечение к «исполнению обязанностей Президентуры председателей Палаты депутатов, Федерального сената, Федерального верховного

трибунала», когда президент и вице-президент из-за препятствий и в других случаях не исполняют своих должностей.

Масштабная характеристика президентского феномена характерна для Казахстана. Его лидер является главой государства, высшим должностным лицом, определяющим комплекс направлений внутренней и внешней политики государства, выступает представителем республики внутри и вне страны. Он символ и гарант единства народа, государственной власти, незыблемости Конституции, прав и свобод человека и гражданина. Причём на ныне действующего первого президента республики не распространяется правило, согласно которому «одно и тоже лицо не может быть избрано президентом более двух раз подряд». Такая концентрация власти, охватывая все сферы общественной жизни, по официальному мнению, препятствует возникновению авторитаризма, служит совершенствованию президентской формы правления в демократическом Казахстане. В Таджикистане в январе 2016г. приняты поправки к Конституции, позволяющие действующему президенту участвовать в выборах без ограничения. Президенты некоторых республик тоже обладают существенными преимуществами, позволяющими

крепить свой статус. Украинское президентство в последнее время отмечено

противоречивыми действиями внутри и вне страны. Президент, избранный в

в 2014г., испытывает воздействие майдана, склонного к очередным акциям. На такие акции президенты-гаранты в наше время вряд ли будут отвечать жёсткими мерами. Они больше заняты сохранением усадеб, кланов, не

склонны прибегать к особым режимам, строить вместо резиденций лагеря, вводить чрезвычайное положение, хотя сравнительно недавно У. Пеночет

проводил в Чили линию с помощью лагерно-тюремной и полицейской систем.

В российской науке конституционного права место и роль президента в принципиальном разделении власти, эффективности функционирования административного аппарата остаются наиболее дискуссионными. М.А. Краснову хватило двух элементов для развёрнутого вывода о том, что статус главы государства формирует авторитарный потенциал президента[16]. Это заключение можно сформулировать в обратной пропорции. «Статус президента – элемент авторитарного потенциала главы государства», дополнительного аргумента к выводу М.А.Краснова, так как немало конституций на первое место выдвигают именно статус президента, насыщают его иными атрибутами. Если компонент «глава государства» может влечь президентский авторитаризм, то с прибавлением такого звена как «гарант», исходя из его конституционного содержания, можно говорить уже о всеохватном потенциале, поскольку президент действует, опираясь на добавочно защищенные части и рычаги собственного охранительного механизма и зависимых от него иных публичных устройств.

В США Капитолий и Белый дом вобрали больше признаков Римской, Флорентийской республик, чем отверженной короны Англии. А индейская

почва содействовала единению конституционализма с республиканизмом, прогрессу демократической государственности. Большое влияние на статусы конгресса и президента оказывают республиканские принципы. Американцы

самостоятельно более двух столетий совершенствуют конституционный порядок. Президент США обладает широкими полномочиями, не имеет дополнительных титулов, совместно с законодателями, судебной властью проводит в жизнь основные положения.

Дуалистический статус: «президент-глава государства» синтезируется в гаранта конституции, блюстителя основного закона, способов его реализации

с помощью поправок, иными средствами. Патриархальные представления о гаранте конституции находят поддержку разных групп населения, молодёжи,

в частности, студентов МГУ, НИУ ВШЭ и МГИМО, особенно мифологема о том, что президент - это «отец нации, наделённый возможностями супергероя».[17] М.А. Краснов призывает отказаться от понятия «глава государства». Ведёт речь о наделении президента «мессией - главного хранителя конституционного строя» или «верховного хранителя»[18], что поставит его выше «папы нации», на практике станет обоснованием более обширного статуса, чем «президент-глава государства -гарант» с претензией распространения своих прерогатив на все стороны жизни общества, охраняемый конституционализм, обслуживаемый аппаратом верховного жреца. Такой державный владыка и спаситель, светский и духовный опекун получит возможность бесконтрольно расширять свои полномочия, станет выше конституционного суверена, что ещё больше обострит ситуацию в обществе, вызовет очередную волну споров, дискуссий, а практически увеличит социальную разобщённость.

Целесообразнее обосновывать мысль о создании простого, эффективного государственного механизма при минимальных затратах на его содержание с президентом в конституционно-республиканском смысле. Развитие института президентства в России в июле 1991г. началось со статуса главы исполнительной власти и высшего должностного лица, учрежденного референдумом 17 марта 1991г., привело в 1993г. к прекращению деятельности высших представительных органов, Конституционного Суда. При работе над проектом Конституции «Президент официально подчеркнул…совещательно согласовательное назначение совещания в своём докладе на открытии Конституционного совещания»[19], чтобы возвысить свой статус до «главы государства и гаранта» в Конституции, поддержанной частью граждан 12 декабря 1993г.

Итоги реформаторской деятельности вынудили его оставить свой пост. Конституция 1993г. при формальном согласии Государственной Думы позволила гаранту осенью 1999г. назначить председателем правительства определённое им лицо. 31 декабря 1999г. он наделил его правом временно исполнять обязанности президента, неправомочного распустить Государственную Думу, назначать референдум, вносить предложения о поправках и пересмотре Конституции, как не являющегося ни её гарантом, ни главой государства. Оформил назначение указом, чтобы обеспечить ему поддержку на президентских выборах. Этот, по существу, прецедент привёл к кабинетной перемене мест глав государства и правительства, чреватой монизмом президентской и правительственной власти, ослаблением представительной системы. Эти и другие манипуляции личными прерогативами обернулись тем, что «…за последние годы форма правления эволюционировала от фактически ультра президентской республики к конституционно-президентской автократии. Если же включить сюда политический режим, то мы имеем дело с режимом личной власти».[20] Такой государственности нет в Европе. И заключение Европейской комиссии за демократию через право 1993г. относительно наших программных, иных основных положений истинным уже не воспринимается, что подтверждает Федеральный конституционный закон от 14 декабря 2015г. «О внесении изменений в Федеральный конституционный закон «О Конституционном Суде Российской Федерации»[21]. Теперь Конституционный Суд вправе признать неисполнимыми решения международных органов по защите прав и свобод человека и гражданина, если акт, на основе которого принято решение международного органа, имеет расхождение с Основным Законом РФ. Это нововведение не согласуется с ст.ст.15ч.4,46 Конституции и статусом

Российского правового государства. Внесённые поправки меняют соотношение

внутренних и международных гарантий прав россиян. Конституционный Суд РФ «по запросу федерального органа исполнительной власти, наделённого компетенцией по защите интересов Российской Федерации при рассмотрении в межгосударственном органе по защите прав и свобод человека жалоб, поданных против Российской федерации на основании международного договора, разрешает вопрос о возможности исполнения решения межгосударственного органа по защите прав и свобод человека». Компетентны на такие обращения в Конституционный Суд России Президент и Правительство страны. Данное нововведение - результат согласованных усилий федеральных органов, утверждает тезис о том, что гарант Конституции надёжнее обеспечивает права и свободы граждан России, чем Европейский Суд по правам человека, иные межгосударственные органы. Этим же целям служит расширение прерогатив органа конституционного контроля.

Условия современного развития российского общества требуют взаимного соблюдения прав и свобод участниками правовых отношений, совершенствования механизма индивидуальных и коллективных гарантий, которые равно принадлежат каждому и всем гражданам. Эту базовую норму-принцип фиксирует ч.3ст.17 Конституции, в соответствии с которой «осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц». Это основное положение имеет многовековую общечеловеческую аргументацию, обобщено И.Кантом. Статьи 2,6,7,18,19, гл.7 Конституции Российской Федерации закрепляют и другие способы защиты прав граждан, включают в гарантийную систему государство, его органы и, особо, правосудие. В ряду гарантов - сам гражданин-ст.45. Она разрешает самостоятельно гарантировать свои права каждому всеми способами с эффективным использованием гражданских и публичных институтов, что позволяет научно обосновать и претворить в жизнь мысль о

конституционном гаранте -народе -источнике власти, демократического конституционализма. Концепция гаранта, фиксируемая ст.80 Конституции

России, не помешала проникновению негативных явлений, в частности коррупционных сил, во все жизненные сферы. Об этом свидетельствуют с 2000 г. послания главы государства Федеральному Собранию. В послании от 3 декабря 2015г. коррупция названа главным врагом развития государства и его учреждений. Высокий уровень коррупции ущемляет права граждан, усиливает кризисные тенденции в экономике. политике, культуре. Президентский план противодействия коррупции на 2016-2017 годы содержит меры борьбы с коррупцией в органах государственной власти и местного самоуправления, других сферах[22]. Коррупция, иные негативные признаки российской действительности становятся всё более тенденциозными, препятствуют нравственному развитию подрастающего поколения, отдельной личности. За два года искоренить продажность политических деятелей, должностных лиц не реально. Подкуп, взяточничество в публично-рыночных сферах широко распространены. Ликвидация этих явлений потребует много времени и решительных мер. Коррупционные силы, чиновничество, укоренившиеся в России, в качестве меры защиты своих интересов нередко прибегают к обвинению граждан, демократических общественных учреждений в экстремизме. Могут овладеть конституционной инициативой, навязать обществу выгодный им режим[23]. Такая угроза всё очевиднее, устранить её можно лишь продуманной корректировкой глав 4-6 Конституции 1993г., с целью легитимации республиканского мировоззрения, общественных инициатив.

---

[1] Макиавелли Н. Государь. М. :«Мысль»,1997.С.64.

[2] Тьер А. История консульства и империи во Франции. Перевод Ф. Кони. СПб.1847. Т.111.С.69-132.

[3] Градовский А. Д.Германская конституция. СПб.,1876 часть 2.С.124 и др.

[4] Шмитт К.Политическая теология. М.:Канон –пресс-ц Кучково поле,2000.С.272,284,285 См. также:

Schmitt C. Der Begriff des politischen. München-Leipzig.1932.S.15-17; его же:Die Diktatur. Von den

Anfängen die modernen gedankens Souveränitets bis zum proletarischen Klassen Kampf. München und

Leipzig.1921.S.50-57 и др.

[5] Гаджиев Г. Инновационный путь развития конституционного права.//Сравнительное конституционное

обозрение.2010.№5(78).с.3.

[6] Туманов В.А.Буржуазная правовая идеология. К критике учений о праве. М.: «Наука»,1971.с.179.

[7] Там же.С180-181.

[8] Михайловский А.В. Борьба за Карла Шмитта. //Вопросы философии.2008.№9,С.158.См. также:

Артемошин С.В. К.Шмитт. //Вопросы истории.2014. № 2.С.100-115.

[9] Rüthers B. Entartetes Recht. Rechtslehren und Kronjuristen im Dritten Reich. München. 1988.S.34,43.

[10] Лоховицкий А. Обзор современных конституций. СПб.1862.С.112.

[11] Воскресенский Н.А. Законодательные акты Петра 1. Акты о высших государственных установлениях.

Издательство Академии Наук СССР. М., Л. 1945.С.115,411-512.

[12] Немецко-русский словарь. М.: Издательство «Советская энциклопедия» 1971.С.330.

[13] Большой академический словарь русского языка. М., СПб.: «Наука»,2004.Т.4.С.42.

[14] Арутюнян Г,Г. Баглай М.В.Конституционное право.Энциклопедический словарь.М.:Норма,2006.С.11.

[15] Schmitt C. Der Hüter der Verfassung.Tübingen.1931. Суть этой работы стала понятной после статьи

К. Шмитта «Фюрер защищает право», опубликованной в 1933г. Подробнее см.: Н. Лобковиц. Карл

Шмитт - католический фашист? //Вопросы философии.2001.№5.С.85-93.

[16] Краснов М.А.Статус главы государства как элемент авторитарного потенциала президента.//Государство и право. 2015.№1.с.5-16;№2.С.5-17. См. также: Трайнин И.П.О главе государства.//Советское государство. 1938. №1. С.90-116.

[17] Проект Конституции России. Под ред. М.А.Краснова. М.2012г. С .5.См. также: Проект русской

Конституции, составленный в России. СПб.,!895.

[18] Краснов М.А. Указанное соч.://Государство и право.2015.№2.С.17.

[19] Авакъян С.А. Конституция России: природа, эволюция, современность.2-е издание. М.: РЮИД,

«Сашко», 2000.С. 54,56

[20] Гулиев В.Е.Проблематика российского конституционного права в контексте общей теории права.

//Право и жизнь.2013.№178(4).С.39. См.также: Иванов И.А.Юридическое наследие К. Шмитта и

правовые реалии Российской Федерации.//История государства и права.2014.№3.С.18-22, Исаев И.А.

Карл Шмит о государстве и суверенитете.// Там же. 2013.№2.С.2-5.

[21] //Собрание законодательства РФ.2015.№51 (часть1).Ст.7229.

[22] //Российская газета.2016.4 апреля. С.2.

[23] См.: Сендеров В.А. Тоталитарное мышление в России и Карл Шмитт.//Вопросы философии. 2014.№8.

С. 167-175.