Н.И. Курбатова

Дагестанский государственный педагогический университет

Когнитивные метафоры времени в христианской культуре (на материале английского и русского языков)

  В когнитивных исследованиях европейских языков последних лет метафора понимается, как правило, как концептуаль­ный феномен, способ концептуализации абстрактной или не­знакомой сферы сквозь призму конкретной или интуитивно понятной сферы. Метафорические ут­верждения, по мнению Дж. Лакоффа и М. Джонсона, могут столь же прав­диво отражать реальность, как и неметафорические, буквальные выраже­ния [2: 66]. Метафоризируемый предмет или событие представляет собой концептуальную область (домен) цели, тогда как кон­цепты, используемые для его осмысления, относятся к области источника; цель и источник принадлежат либо к различным таксономическим доме­нам и не связаны прагматической функцией, либо принадлежат к различ­ным функциональным доменам.

Ме­тафора возникает в результате системного проецирования структуры кон­цептуальной области источника на структуру области цели; при этом кон­цептуальные области источника вмещают различные типы событий и сцен, ассоциируемых с определенным типом опыта. Они отличаются друг от друга по степени разработанности, ибо существуют доста­точно детально структурированные концептуальные области, например, область путешествий в метафоре ЖИЗНЬ - ЭТО ПУТЬ или LIFE IS A JOURNEY.

Культура играет центральную роль, как в процессе понимания метафоры, так и при выборе той или иной метафоры: по мнению Н. Куинн, именно культурная модель, существующая в обществе и разделяемая всеми его членами, обуславливает особенности и частотность использова­ния метафорических выражений. Причина распространенности и высокой степени конвенционализации отдельных метафор заключается в том, что именно эти метафоры содержат адекватные проекции на уже существую­щие культурные модели: проекция происходит только при высокой сте­пени подобия между элементами и связывающими их отношениями из об­ласти цели и элементами и связями в культурной модели. Концептуальная метафора способствует более полному уяснению сущности культурной модели, приводит к появлению логических следований и сложных умозак­лючений [4: 34].

На концептуализацию времени, как известно, оказывает влияние историческое раз­витие социума, культурные традиции, нравственные  приоритеты.

Фундаментальные концептуальные метафоры в английском языке типа TIME IS GOD’S CREA­TURE, TIME IS A GIFT OF THE GOD, структурирующие христианскую модель времени, находят отражение в системе английского языка и лежат в основе англо-американской языковой картины мира.

Представление о времени, как даре Божием, впервые возникает в Священном Писании и Предании: “He asked life of thee; thou gavest it to him, length of days for ever and ever”; “Nevertheless he…gave us rain from heaven and fruitful seasons” [1:78].

Однако образ времени-дара не ограничивается произведениями сугубо религиозного дискурса. Он характерен для оригинальных русских и англоязычных текстов, среди которых строки частной корреспонденции, стихотворения, современные работы социологической и даже языковедческой тематики: «Молю Бога, чтобы он послал Вам долгих лет жизни» (Булгаков), ср.: “May God bless her and you and grant you many years of peace and love” (Wordsworth); “One of our major cultural models of life is that each of us is allotted a certain fixed time on earth” [1: 98].

В русском языке мы можем провести параллель с известным клише ВРЕМЯ - ДЕНЬГИ, в котором время также считается ценностью, пусть и материальной.

В концептуальной метафоре ЖИЗНЬ - ЭТО ПУТЬ В ЦАРСТВО  НЕБЕСНОЕ - LIFETIME IS A JOURNEY TO THE KINGDOM OF HEAVEN -  человеческая жизнь уподобляется странствию, а время – пути, по которому человек идет к Царствию Небесному – своему подлинному отечеству. В процессе метафорической проекции концепто­сфера времени структурируется по образу концептуальной области стран­ствия (‘Journey’), в результате чего в область времени переносятся про­странственные и динамические понятия, характерные для области пути: Концепт ‘Guide’ ПРОВОДНИК: подобно тому, как странник в незнакомой стране нуждается в проводнике, прохождение пути к Царствию Небесному не возможно без Божией помощи: “The Lord is my shepherd, I shall not want”; Концепт ‘Traveller’ СТРАННИК: “Dearly beloved, I beseech you as strangers and pilgrims, abstain from fleshly lusts, which war against the soul; Having your conversation honest among the Gentils”;ср.: в русском языке: «Тучки, вы, тучки, вечные странники… « (Лермонтов).

На процесс концептуализации времени оказывает влияние и человеческий опыт, научные открытия и знания, общий культурный фон, ценност­ные ориентации. Изменение в образе мыслей приводит к постепенному категориаль­ному сдвигу в сфере источника концептуальной метафоры времени. Концепт ‘Possession’ «обладание», присутствовавший во фрейме ‘Gift’ «дар», становится переходным звеном в про­цессе образования новой концептуальной метафоры ВРЕМЯ - РЕСУРС - TIME IS A RE­SOURCE, для которой характерен иной набор концептов. В центре находится концепт «Хозяин» ‘Owner’, которым становится чело­век/общество: “the school bell structures secular time, a time that no longer belongs to God but to a human collective” [4: 66]; ср.: «Время, которое принадлежит Богу, является собственностью человека» (Окуджава). 

Человек распоряжается ‘Ресурсом’ времени: “…in a businessman’s civilization believing ‘time is money’, social time is like raw material to be har­nessed by capital”; “Time, unlike other economic resources, cannot be accumulated” - В отличие от других экономических ресурсов, время невозможно собрать.

Центральное место занимает также концепт ‘Cost’ ПЛАТА, пришедший на смену концепту ‘Ценность’: “money is made by providing the most output per unit of input and that includes the input of time”. Концепт ‘Cost’, занимающий центральное место в структуре фрейма ‘Resource’, становится переходным звеном в процессе возникновения двух, связанных отношением метонимии, концептуальных метафор времени: ме­тафоры ВРЕМЯ - ТОВАР - TIME IS A COMMODITY и метафоры ВРЕМЯ - ДЕНЬГИ - TIME IS MONEY.

Центральным концептом области источника в концептуальной мета­форе TIME IS A COMMODITY является концепт «торговля» ‘Trade’. Широкое распространение концепт времени-товара по­лучает в 18-19 вв. в США, где, в связи со сложившейся системой работор­говли, время человеческой жизни, онтологически не имеющее денежного эквивалента, продавалось и покупалось: ср.: “I have for a sale a very likely yellow woman, ... [with] between five or six years to serve. The balance of her time will be sold very low” (Бичер-Стоу); “He was a slave to a gentleman who allowed him to buy his time” (Бичер-Стоу). В русском языке такого эквивалента нет.

В современном английском языке ценность исполь­зованного времени уподобляется стоимости товара, что на языковом уровне отражают слова и словосочетания, эксплицитно/имплицитно со­держащие сему цены: “The ability to interact with welfare services electronically rather than through time-expensive modes of present organization can release time for single mothers...” [3: 692]. Понимаемое как товар, время становится стандартным, заме­нимым, покупаемым: “Linear time is commodified time, because time is money” [3: там же].

В 19 веке слово time «время» начинает использоваться для обозначения финансовых операций: time bill (1831) – «вексель, содержащий установленную для его оплаты дату»;

time deposit (1853) – «временной вклад»;

time draft (1863) – «временной чек».

В этот же период выражение on time приобретает новое значение – «в кредит» [3: 697].

В современном английском языке уподобление времени деньгам происходит посредством использова­ния единиц лексико-семантического поля ‘Money’: “Time Cents: The mone­tization of the Workday in Comparative perspective”; “Time-keeping passed into time-saving and time-accounting and time-ration­ing” [3: 694]. Обращение человека со временем уподобляется трате денег, капиталовложению: “...time-budget studies were…only studying how much time was allocated for the family, work, and leisure”; “prosperity has intensified the problem of ‘budgeting’ the day”. В русском языке наличие времени уподобляется богатству, а отсутствие времени – бедности: ср.: «дефицит времени», «отсутствие времени», «нехватка времени» - “different situations and time constrains would likely to impact on those who predominantly feel ‘time rich’ or ‘time poor’ so that they feel somewhat ‘richer’ or ‘poorer’” (Kaufman). Оказание помощи, для которой требуется время, уподобляется займу: “women often joined forces and exchanged time favours. In order to en­able a neighbour...to undertake her shopping, one woman would take care of the children of two households. When she in turn needed to ‘borrow time’...she would call in the ‘time debt’” (Turner).

Анализ концептуальных изменений в метафорах времени в англий­ском и русском языках позволяет сделать вывод о том, что движение концептов осуществляется как по вертикали – из одной источниковой зоны в другую, так и по горизонтали – в результате проецирования новых концептов источни­ковой зоны на целевую зону времени. В результате проецирования ме­няющихся концептов источниковой зоны на целевую зону время происходит отход от христианской метафоры ВРЕМЯ - ДАР БОЖИЙ - TIME IS GIFT OF THE GOD к эко­номическим метафорам типа ВРЕМЯ - ДЕНЬГИ (РЕСУРС, ТОВАР) - TIME IS RE­SOURCE/COMMODITY/MONEY. Таким образом, концептуальные сдвиги в метафорах времени отражают смену ценностных установок чле­нов языкового сообщества.

Литература:

1.     Новый Завет. М., 2006.  

2. Lakoff J. Selected works. L., 1990.

3. Mathews J. A New English Dictionary. NY, 2000.

4. Quinn S. New Cognitive Studies. Mass., 2006.