Философия/ 2. Социальная философия

МАРЧЕВА Л. М.

ФГАОУ ВПО «Северный (Арктический) федеральный университет имени М. В. Ломоносова»

К ИСТОРИИ О САМОУПРАВЛЕНИИ

В АРХАНГЕЛЬСКОЙ ГУБЕРНИИ

С начала колонизации новгородскими переселенцами земель северного края, на которых позже будет располагаться Архангельская губерния, управление этой территорией осуществлялось посредством новгородских наместников. По мере удаления на восток от метрополии, власть Новгорода становилась слабее, а участие местного населения в решении хозяйственных дел увеличивалось [2, c. 676].

В 1505 году Москва заменяет новгородских посадников царскими наместниками. Иван Грозный уничтожил Земское Половническое право, и территория Севера, попав под влияние Москвы, утратила крупную частную собственность на землю, постепенно становясь страной черной земли и черносошного государственного крестьянства, которое объединялось в «самоуправляющиеся земские миры» [1, с. 8]. Управлялся Двинской народ земскими начальниками, избираемыми из народа, которым поручались казенные и судебные дела. Позже от царского двора были учреждены тиуны и воеводы. Указ Ивана IV «Приговор царской о кормлениях и о службах» от 1555 года, упразднявший наместников, но оставлявший право избирать управителей из местных жителей, дольше всего сохранялся как раз в Двинском крае, так как для этого там сохранялось благоприятное условие – самоуправление «мира» издавна жило под властью наместников и тиунов [10, 28-30].

Подчинение Севера власти московских государей преобразовало земельно-правовые отношения, но мало изменило основы земельного быта, которые формировались в суровых условиях северной природы. Вплоть до XX века одним из особенных факторов земельных отношений на Русском Севере была разработка новых пространств – расчистка и, следовательно, свободная мобилизация земельных участков. По праву двинского крестьянина XVI-XVII века нельзя было назвать собственником земли, но фактически он ей владел. В условиях севера лучшей формой существования было сотрудничество с родственниками или соседями. Такая форма называлась складничество – особый частно-правовой союз, основанный на договоре, для выполнения различных хозяйственных работ и более удобного несения тягла. М. Мартынов отмечает, что складничество имело мало общего с поземельной общиной, какая была распространена в Центральной России. С запретом мобилизации свободных земель в XVII веке, складничество пришло в упадок, а публично-правовые аспекты сосредоточились в волости, которая стала административным и хозяйственным центром местного населения, как и в других частях России [6, с. 5-9].

Московские князья получили Север с довольно развитой земской организацией, они не создавали земские миры, государство пользовалось складывавшимся помимо него мирской организацией, а реформа Ивана Грозного послужила толчком к формированию земских миров в XVI-XVII веках. Жалованные грамоты только санкционировали деятельность земских старост, которых избирало местное население. Также, в XVI веке земские грамоты возлагали на мирских выборных обязанности по сбору и доставке в Москву податей и отправлению правосудия, таким образом устраняя промежуточное звено наместников. Что касается выборных постов губного старосты и целовальника, то этих кандидатов назначал московский князь, а местное общество его принимало в принудительном порядке. В значительной мере судебные и финансовые функции государство предоставляло обществу, сохраняя только высшее руководство и контроль. Мир начинает исполнять публично-правовые действия не только потому что исполнял их раньше, но и по поручению государства. «Мир» на Севере – самоуправляющийся, публично-правовой общественный союз. Это как бы часть федеративного целого. В XVII веке был очень развит институт «добрых людей», где несколько членов «мира» присутствовали при сделках и актах, выступая хранителями права.

Средствами выражения воли «мира» были «мирской совет», становой сход, всеуездный совет, земский (всеземский) совет, эти земские съезды действовали в течение всего XVII века. Волостной сход – простейшее земское учреждение Севера, имеющее зачатки сложной организации, которая охватывала всю социально-экономическую и даже нравственную жизнь Заволочья. Эти учреждения могли иметь место только на территории, где люди были лично свободны. Земельные отношения, сложившиеся на Русском Севере, формировались под влиянием особых земельных и тягловых отношений, и были отличны от тех же в других областях. Потому самостоятельность в решении местных хозяйственных вопросов допускалась, так как была при сложившихся природных и экономических условиях необходима и незаменима.

Волость и посад входили в совет через выборных волостных и посадских людей или через особо избранных депутатов – приговорных. Снабжая своих избранников полномочиями, мир контролировал их деятельность: по окончании срока службы, они должны были предоставить отчет. Со своей стороны мир оказывал избранникам денежную помощь и был обязан помогать советом в делах [1, с. 311].

Так, реформа Ивана Грозного узаконила выборные земские власти, которые традиционно имелись в обществе Русского Севера. При этом выборные земские власти приобрели двойственный характер: оставаясь земскими по происхождению, они стали государственными по источнику своих полномочий, которые давались им государственной властью с целью исполнения ими государственных интересов. Причем земство имело средство защиты своих прав и интересов перед государством или его агентами: помимо суда существовало мирское ходатайство, к которому прибегали, когда не было пострадавшей противоположной стороны, пострадавшей от государственного порядка. Таким образом, земство не замыкалось в рамках только личных потребностей, а занималось общественным благом, что является важным проявлением земской жизни. Областное деление Поморья слагалось исторически, его не изменили территориально-административные реформы Петра I в 1708 году (создание 8 губерний, в том числе Архангелогородской с 20 уездами) и Екатерины II в 1766 году (деление на губернии и уезды, осуществленное по строго административному принципу, без учета географических, национальных и экономических условий). Московское правительство не считало нужным менять областное деление Севера, это придавало хозяйственному и административному укладу Поморья большую устойчивость.

В 1718—1724 годах земские избы в городах были заменены магистратами, на которые были возложены в основном судебные и административно-финансовые функции. Выборные члены коллегиальных присутствий поступили в полное распоряжение центральной правительственной власти. Фактически значение выборов сводилось к тому, что население должно было поставлять для правительства из своей среды исполнительных агентов и ручаться за их исполнительность [11]. Что касается Архангельска, то он сначала находился в ведомстве города Холмогоры, которым управляли воеводы и где пребывали царские наместники. В 1705 году указом Петра I главное гражданское правительство было переведено в Архангельск. С этого времени Архангельск числится губернским и портовым городом и играет важную роль в государстве, пока ее не отнимет расцветший Петербург [8, с. 81]. В 1710 году в Архангельске была учреждена Губернская Канцелярия, которой управлял уже не воевода, а губернатор и вице-губернатор. В течение всего XVIII века в Архангельске открываются учреждения не только местного, но и государственного значения.

В XIX веке реформы, касающиеся местного самоуправления, Русский Север не затронули. Вопрос об Архангельском земстве тянулся с самого начала земских реформ XIX века. Манифест об отмене крепостного права Александра II 1861 года не касался этой территории России, поскольку закрепощенного крестьянства здесь не было. «Положение о губернских и уездных земских учреждениях» 1864 года и пересмотренное «Положение» 1890 года оставили Архангельскую губернию за пределами земской реформы. Земское дело строилось на трех базовых элементах: 1. территория, пригодная для эксплуатации; 2. население, способное к общественной деятельности; 3. развитая хозяйственно-промышленная жизнь. Правительство отрицало наличие этих элементов на Русском Севере, добавляя еще одно негативное обстоятельство – большое государственное землевладение [3, с. 50-54].

Решение о введении земства на Крайнем Севере приняло Временное правительство. Эта реформа сводилась к двум главным действиям: участию в местном самоуправлении всех полноправных граждан и предусматривала создание более мелких, чем раньше самоуправляющихся единиц. В Архангельской губернии земство было учреждено в июне 1917 года. Поскольку в Архангельской губернии не существовало давних земских традиций, создание демократической системы местного самоуправления здесь начиналось практически «с нуля». Своеобразие становления земства в губернии проявилось в том, что организационной и финансовой основой, на которой в короткие сроки смогла появиться новая организация местного самоуправления, стала северная кооперация. А такая форма взаимодействия отлично работала на Севере на протяжении многих веков. Возникновение земского самоуправления в губернии, началось «снизу», а не по указке каких-либо правительственных органов или политических организаций «сверху».

Советы, особенно крестьянские, возникали в северных губерниях весной-летом 1917 года параллельно с реформированием уже существующего земства. Они не сильно отличались друг от друга, поскольку и в земствах, и в Советах преобладали крестьяне-земледельцы. По мере перехода власти в местных Советах к большевикам и их укрепления, земства становились ненужными для новой власти, и III Всероссийский съезд Советов в январе 1918 года вынес решение о повсеместной ликвидации земств [9, с. 13]. Для Беломорского Севера принцип организации работы Советов был близок к традиционному, земство же не успело доказать свою жизнеспособность.

Русский Север, Архангельская губерния в частности, всегда обладал социально-экономическими отличиями, такими как удаленность от центра страны и обширность территории при малочисленности населения. Характер самого населения формировался суровыми природными условиями и исторически сложившимися реалиями: коллективизм, кооперативность, самостоятельность, личная свобода – были всегда присущи поморам. Все эти факторы способствовали достаточно высокому уровню развития самоорганизации населения Архангельского края.

В настоящее время процесс становления местного самоуправления в Архангельской области прошел необходимые стадии своего развития. Как и в остальных областях и субъектах Российской Федерации, произошел переход от советской модели местного управления к муниципальной организации местной публичной власти.

А.С. Константинов указывает на противоречивость процесса развития местного самоуправления в Архангельской области. Она состоит в том, что теперь формирование института местной публичной власти происходит не «снизу», а «сверху». Новая система местной власти проходила без учета особенностей социально-экономического развития территорий, исторического и социального опыта участия населения в самоуправлении [4]. Природно-климатические и социально-экономические особенности данной северной территории прямо влияют на содержание местного самоуправления. Низкая плотность населения и слабо развитая инфраструктура и освоенность территории создают трудности в управлении, ведут к некоторой самоизоляции местного населения на огромных просторах Беломорского Севера. Ю.Ф. Лукин отмечает, что высокая себестоимость продукции и услуг, серьезные проблемы в сфере ЖКХ при недостаточном финансировании местного самоуправления требуют не только развития МСУ, но и активного воздействия государства на протекающие здесь процессы [5, с. 117-118].

Литература:

1. Богословский М. М. Земское самоуправление на Русском Севере в XVII в. / М. Богословский. - Москва: Изд. Имп. Общества истории и древностей российских при Московском университете, 1909. Т.1 с.8.

2. Иванов А. Север и земство // Известия Архангельского общества изучения Русского Севера. - 1913. - № 16. С.676.

3. Колычев А. Земство на окраинах Архангельской губернии // Известия Архангельского общества изучения Русского Севера. – 1909. – № 8. С. 50-54.

4. Константинов А.С. Местное самоуправление в Архангельской области: состояние и перспективы развития http://www.arhcity.ru/?page=199/8

5. Лукин Ю.Ф. Становление новой модели местного самоуправления в северных территориях // Вестник национального комитета «Интеллектуальные ресурсы России». – №11. – 2006. – С. 117-118.

6. Мартынов М. Страница из истории русского землевладения на Севере // Известия Архангельского общества изучения Русского Севера. - 1919. - № 5-6. С. 5-9.

7. Молчанов К.С. Описание Архангельской губернии. - Санктпетербург: Императорская Академия Наук, 1813. с. 81.

8. Осипов В. В. Земства европейского Севера России в 1917 - 1920 гг. Архангельск: Издат. центр АГМА, 2000. С. 13.

9. Островская М. Известия Архангельского общества изучения Русского Севера. - 1910. - № 13. С. 28-30.

10. Уткин Э.А., Денисов А.Ф. Самоуправление в России с древних времен до Великой реформы 1861 года. http://www.bg-znanie.ru/article.php?nid=20193