К.ю.н. Агильдин В.В.

Байкальский государственный университет экономики и права, Россия

К.ю.н. Груздев В.В.

Администрация муниципального образования «Северо-Байкальский район», Россия

Кассационное производство в истории России

С 1 января 2012 года Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации (далее – ГПК РФ) действует с учетом предусмотренного Федеральным законом от 9 декабря 2010 г. №353-ФЗ нового порядка пересмотра судебных актов. Соответствующие изменения, внесенные в ГПК РФ, весьма ощутимы и выражают очередную для отечественного правопорядка реформу механизма исправления судебных ошибок.

Как известно, после присоединения Российской Федерации к Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 г. приобрела особую актуальность проблема обеспечения заинтересованных лиц эффективными внутригосударственными средствами судебной защиты, что прежде всего отразилось на надзорном судопроизводстве.

В процессуальной литературе справедливо отмечается, что право на обращение в суд надзорной инстанции с жалобой или представлением не является собственно субъективным правом, поскольку ему не корреспондирует какая-либо обязанность, в частности обязанность суда надзорной инстанции рассмотреть жалобу по существу в судебном заседании и вынести по ней судебное постановление; вернее говорить о праве «ходатайствовать перед судом» о пересмотре [1; 26-28].

По этому поводу Конституционный суд Российской Федерации в постановлении от 5 февраля 2007 г. №2-П высказался следующим образом. Введение предварительной процедуры допуска (фильтрации) надзорных жалоб (представлений), на которую не распространяются некоторые обязательные для иных судебных процедур процессуальные правила – об извещении и вызове сторон, о проведении судебного заседания и др., обусловлено целью обеспечить баланс публичного и частного интересов, не допустить превращение суда надзорной инстанции в обычную (ординарную) судебную инстанцию и исключить явно необоснованные обращения, что корреспондирует прецедентной практике Европейского Суда по правам человека, признающего возможность ограничения права на доступ к суду, в частности в связи с определением приемлемости жалобы, но при условии, что это право не будет ограничено таким образом или до такой степени, чтобы оказалась затронутой сама его сущность; допустимые ограничения данного права должны иметь законную цель, а между используемыми средствами и поставленной целью должна существовать разумная соразмерность.

Таким образом, экстраординарность надзорной инстанции приводит к необходимости фильтрации поступающих в нее обращений с целью определения их приемлемости. Как следствие, подача отвечающего установленным процессуальным требованиям заявления о пересмотре судебного акта не влечет за собой неизбежности такого пересмотра, т.е. рассмотрения заявления по существу в заседании суда соответствующей инстанции.

Другое дело – кассационное судопроизводство. В качестве самостоятельной стадии процесса оно появилось во Франции в далеком XVII веке. В соответствии с изданным в 1667 г. указом Людовика XIV судебный департамент короля (Совет Сторон) получил право кассировать (от лат. cassatio – отмена, уничтожение) незаконные решения судов, которые возвращались для нового обсуждения в парламент. В 1738 г., чтобы более четко разграничить кассационное (проверка судебных актов на предмет правильности применения материального закона или процессуальных норм) и апелляционное (повторный пересмотр дел) судопроизводства, был издан Регламент по рассмотрению дел в Совете короля [3; 137].

В России кассационный суд получил окончательное становление в ходе судебной реформы 1864 г., результаты которой нашли отражение в Уставе гражданского судопроизводства. В соответствии с данным законодательным актом все поступающие в Кассационный департамент жалобы рассматривались в распорядительном заседании Департамента с целью отделить те из них, которые не подлежали рассмотрению, частично в связи с тем, что поданы с нарушением установленных законом условий, а частично потому, что они не заключали в себе никаких указаний на поводы к отмене решения. Принятые жалобы распределялись между самим Департаментом и его отделениями. В заседании Департамента (присутствием Департамента) рассматривались те дела, по которым выявлялась необходимость в том, чтобы разъяснить смысл законов для руководства к однообразному их толкованию и применению, все же остальные дела рассматривались в заседаниях отделений Департамента [4; 342].

На протяжении последующей истории развития отечественного процессуального законодательства производство в суде кассационной инстанции неизменно конструировалось как ординарное средство судебной зашиты. Никоим образом не колеблет сделанного вывода существование в АПК РФ 1995 г. и АПК РФ 2002 г. института кассационного обжалования судебных актов, вступивших в законную силу. Ведь субъективному праву лица на подачу кассационной жалобы корреспондирует обязанность арбитражного суда кассационной инстанции рассмотреть данную жалобу по существу без предварительной фильтрации поступающих обращений.

Однако в связи с внесенными в ГПК РФ новеллами ситуация в корне изменилась. Ординарное кассационное производство, учитывавшее отечественные исторические традиции, а также мировой опыт и полностью отвечавшее целям защиты нарушенных (оспоренных) прав и законных интересов личности, в гражданском процессе, по сути, ликвидировано.

Напротив того, учитывая явное несовершенство существовавшей системы пересмотра судебных актов мировых судей, от законодателя логично было ожидать разумного решения этой проблемы путем введения дополнительной ординарной инстанции, роль которой могла бы выполнять именно кассация (как это предусмотрено Уголовным процессуальным кодексом Российской Федерации применительно к приговорам мировых судей и постановлениям апелляционных судов). Однако указанная инстанция не только не введена, но и кассация утрачена: созданы две инстанции, которые только именуются «кассационными», но на поверку оказываются прежними надзорными, экстраординарными. Особенно остро нехватка кассации ощущается в ситуациях, когда в соответствии с ч. 5 ст. 330 ГПК РФ дело судом апелляционной инстанции рассмотрено по правилам производства в суде первой инстанции. В подобных случаях лица, участвующие в деле, и иные лица, права и обязанности которых затрагивает судебный акт, должны иметь безусловное право на его пересмотр. Возникает вопрос о конституционности норм ГПК РФ, предусматривающих процедуру фильтрации жалоб и представлений, поступающих по указанным делам в президиум суда субъекта Российской Федерации.

Таким образом, в действующем гражданском процессуальном законодательстве кассация оказалась всецело поглощенной советским изобретением – надзорным производством, признать которое эффективным внутригосударственным средством судебной защиты, несмотря на его неоднократные реформы, по-прежнему трудно. Нужна ли такая «кассация» лицам, обращающимся в суд? Вопрос риторический.

Для исправления создавшейся ситуации необходимо принять меры, направленные на воссоздание кассационной инстанции ординарного образца и на дальнейшее усиление ее роли в обеспечении законности и единообразия судебной практики. С этой целью в судах субъекта Российской Федерации (областных и приравненных к ним судах) нужно образовать кассационные инстанции, которые рассматривали бы обращения о пересмотре вступивших в законную силу судебных актов без проведения процедур фильтрации. В результате на субъектный суд окажутся возложенными действительные функции кассационной инстанции, подобной тем, что с завидным успехом выполняют сегодня федеральные арбитражные суды округов. Праву кассационного обжалования будет корреспондировать обязанность рассмотреть кассационную жалобу по существу с вынесением соответствующего постановления. Одновременно президиумы судов субъектов Российской Федерации, в состав которых зачастую входят судьи, являющиеся специалистами в области уголовного права, следует лишить возможности пересмотра судебных актов по гражданским делам. В дальнейшем, после создания для этого необходимых организационных предпосылок, должны быть образованы кассационные суды по известной, хорошо зарекомендовавшей себя арбитражной модели. Потребность в таких судах, учитывая низкий профессионализм и высокий корпоративизм многих судей судов субъектов Федерации, более чем очевидна. Что касается коллегий Верховного Суда Российской Федерации, то они должны играть ту же роль, что до 1 января 2012 года.

Так, далеко не секрет, что в одном и том же суде субъекта Российской Федерации аналогичные дела нередко разрешаются по-разному. И это притом, что процент судебных актов, пересматриваемых президиумом этого же суда, стабильно низок (не более 5-7). При таких условиях возложение на субъектный суд функций ординарной кассационной инстанции уже сегодня будет, вне сяких сомнений, способствовать формированию единообразной судебной практики в соответствующем регионе Российской Федерации.

Литература

1. Балашова Н.И. Порядок возбуждения и рассмотрения гражданских дел в надзорной инстанции. Саратов, 2006.

2. Боннер А.Т. Гражданский процессуальный кодекс РФ. Проблемы применения. М., 2005.

3. Борисова Е.А. Апелляция в гражданском и арбитражном процессе. М., 1997.

4. Нефедьев Е.А. Учебник русского гражданского судопроизводства. Краснодар, 2005.