История/ 1.Отечественная История

К.и.н. Горюшкина Н.Е.

Юго-Западный государственный университет, Россия

«Брали – а кто Богу не грешен?»: откупное взяточничество в воспоминаниях современников

Питейный откуп складывался в России столетиями – «охочий человек, наддавший денег [в казну – авт.] более других особ» становился откупщиком. Публичные торги устраивались каждое четырехлетие. Организацией торгов ведали губернские казенные палаты под надзором вице-губернатора.

Но откупные законы оставались на бумаге, на деле – просители откупа для получения выгодного откупа давали взятку «соответствующему» лицу [1, с. 45-46]. Получив желаемое, откупщик «по этикету» шел к начальнику губернии и «молил» принять «почесть». Так, богатейший откупщик России Д.Е. Бенардаки «жалобно» просил симбирского губернатора И.С. Жиркевича взять деньги: «Мы, откупщики, имеем коренное правило − ежемесячно часть нашей прибыли уделять начальству, − и я смею просить вас оказать мне такую же благосклонность, как и предместники ваши допускали: дозволить, в случае нужды, предлагать от души пособие» [2, с. 78].

Губернаторы от откупной «почести» не отказывались. По данным III Отделения Собственной Его Императорского Величества Канцелярии, в конце 1840-х гг. в России было только 2 губернатора, которые взяток не брали: киевский − И.И. Фундуклей, весьма богатый человек, и ковенский − Радищев, сын А.Н. Радищева [3, с. 156]. Откупные взятки брались губернаторами открыто, без «срама». Л.Н. Толстой в «Воспоминаниях» писал: «Дед [казанский губернатор – авт.], как мне рассказывали, не брал взяток, кроме как с откупщика, что было тогда общепринятым обычаем» [4, с. 24]. Откупные подношения, «самые нестыдные взятки», по замечанию Н.В. Гоголя, брали и честные чиновники, «потому что от этого никому нет утеснения» [5, с. 355].

Сенатор М.П. Веселовский, начинавший службу в Нижнем Новгороде, замечал: «Откупщик вернее, чем Табель о рангах или штатные положения, определял удельный вес каждого должностного лица. Тот, кому откупщик платил много, высоко стоял в служебной иерархии; кому он платил мало − стоял низко; кому он вовсе не платил, − представлялся не более как мелкой сошкой» [6, с. 34].

«На откупе» состояли и администрации, и суды; в уездных городах не было государственного служащего, который бы не получал положенного «поклона» деньгами или вином. В воспоминаниях акцизного управляющего Б.К. Кукеля упоминается бедный почтмейстер, который известие об отмене откупов счел личной трагедией и «не мог переварить мысли, что ежемесячное откупное жалование и даровые наливочки от него ускользнули» [7, с. 185].

Примерные суммы, за которые покупал расположение владелец среднего по величине откупа, выглядели следующим образом: губернатору на улучшение города и детских приютов каждый откупщик, содержавший губернский откуп, платил 3 тыс. руб., на канцелярию губернатора уходило – 1,2 тыс. руб., городничему – 1,2 тыс руб., приставам – по 720 руб, становым, советникам питейного отделения, столоначальниками, винным приставам – по 600 руб. каждому и т.д. В среднем расходы откупщика на губернский откуп составляли в середине XIX в. 13 тыс. руб., а по уездному откупу – 3,7 тыс. руб. в год.

Штатные расписания, не менявшиеся в течение десятилетий, оправдывали в глазах общества стремление чиновников наградить себя «откупным» путем. Денежные подачки откупщика в чиновничьей среде не считались взяткой, скорее − добавкой к жалованию. Отказывающиеся от откупных взяток слыли идеалистами, лишались содержания, а порой и службы. Есть у Н.А. Некрасова строки о таком чиновнике: «Человек он был новой породы,/ Исключительно честь понимал/ И безгрешные даже доходы/ Называл воровством, либерал!» [8, с. 321]. К «либералам» относился курский губернатор В.И. Ден, который не принял от откупщиков «писанки» в 15 тыс. руб., разгромил питейное отделение Казенной палаты, но вскоре был отправлен в отставку [9, с. 544].

1 января 1863 г. откуп пал. Одним из важнейших его результатов стало очищение от откупного взяточничества. Никто не возьмется спорить с тем, что производители спиртных напитков стремились скрыть реальное количество водки, произведенное ими, чтобы иметь возможность продавать какую-то часть без уплаты акцизного сбора, что содержателей питейных заведений прибегали к разбавлению, недоливу спиртных напитков и другим видам порочной практики прежней системы. Но обман при акцизе уже не был системным, он выступал лишь одной из возможных коммерческих стратегий, ей противодействующих.

Источники и литература

1. Берлин П. Русское взяточничество, как социально-историческое явление // Современный мир. 1910. № 8. С. 169-187.

2. Жиркевич И.С. Записки Ивана Степановича Жиркевича. 1789-1848 // Русская старина, 1875. Т. 13. № 8. С. 554-580.

3. Зайончковский П.А. Правительственный аппарат самодержавной России в XIX в. М., 1978. 288 с.

4. Гусев Н.Н. Лев Николаевич Толстой. Материалы биографии с 1828 по 1855 год. М., 1954. 380 с.

5. Гоголь Н.В. Полное собрание сочинений в 14-ти тт. М., Л. 1951. Т. 2.

6. Писарькова Л.Ф. К истории взяток в России в царствование Николая I (по материалам «секретной канцелярии» князей Голициных) // Отечественная история. 2002. № 5. С.89-111.

7. Кукель Б. К. Из эпохи уничтожения откупов. Воспоминания первого, по времени, назначения, акцизного чиновника // Русская старина. 1892. Т. XXIII. С. 177-189.

8. Некрасов Н.А. Сочинения в 3-х тт. М., 1959. Т. I. 358 с.

9. Решетов Н.А. Дела давно минувших дней. Русский архив. 1886. № 10. С. 221-239.

10. Джаншиев Г.А. Эпоха великих реформ. СПб., 1907. 1006 с.