Право / Гражданское право

 

 

 

К.ю.н. Гореявчева Е.А.

Дальневосточный филиал Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Всероссийская академия внешней торговли Министерства экономического развития Российской Федерации», Россия

 

Особенности сущности передачи вещи и ее виды при заключении реальных договоров

 

Гражданско-правовой институт передачи (традиции) – понятие собирательное, охватывающее как случаи передачи вещей (материальных благ), с передачей которых право собственности либо отдельные правомочия (например, владения, пользования) переходят от традента к приобретателю, так и случаи передачи имущественных прав, в частности исключительных, а также прав требования.

По мнению Б.Л. Хаскельберга и В.В. Ровного передача представляет собой фактическое действие участников гражданского оборота, имеющее юридические последствия, а потому является юридическим фактом. Передача, как акт волеизъявления, направленный на возникновение гражданских прав и обязанностей, является сделкой, опосредствует переход владения и требует участия не менее двух лиц и состоит из предложения передать и принять вещи.

Т.И. Илларионова отмечает: «В обширной категории актов право осуществления и исполнения обязанностей..., отнюдь не все действия требуют распространения на них режима сделок, поскольку либо они не наделены необходимой регламентирующей силой, либо на них распространяется иной правовой режим».

Тем не менее, признание передачи сделкой полностью соответствует легальному определению последней, т.е. в соответствии со ст. 153 ГК РФ сделки – это действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение и прекращение гражданских прав и обязанностей.

Несмотря на то, что передача является действием, направленным на возникновение правовых последствий, она не имеет статуса автономной сделки. Не будучи способной обусловить правовые последствия независимо от той сделки, во исполнение которой она совершается, передача – сделка вспомогательная, т.к. сама по себе и не во исполнение основной каузальной сделки она по общему правилу не может повлечь правовые последствия, связываемые с нею законом. Тем не менее, являющаяся вспомогательной, передача все же является сделкой, и для возникновения связываемого с ее совершением правового эффекта она должна соответствовать установленным законом требованиям для заключения сделок, а в случае несоответствия им может признаваться недействительной. «Сама по себе передача, - отмечает Д.О. Тузов, - может породить правовые последствия лишь в единичных, исключительных случаях, прямо указанных в законе, в частности, в соответствии с п. 4 ст. 1109 ГК РФ денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности».

Всякая передача основывается на взаимном волеизъявлении отчуждателя и приобретателя, а потому согласно принятой классификации сделок представляет собой договор (п. 1 ст. 154 ГК РФ), при этом ее правовому эффекту обязательно корреспондирует наличие каузы, цели (causa – причина, основание).

По мнению В.М. Хвостова традиция «есть сочетание двух воль, т.е. договор, притом до­говор вещный, так как он устанавливает вещное, а не обязательственное право».

Цель передачи определяет характер последствий и получает выражение в основном договоре, который и выступает в качестве основания перехода или передачи права. Например, цессия (замена кредитора либо уступка права требования) «сама по себе и вне зависимости от той сделки, во исполнение которой она совершается, не может влечь правовых последствий, т.к. её направленность получает выражение в основном договоре, который может предусматривать уступку права на различных условиях, в частности на условиях возмездности (договоры купли-продажи, мены) или безвозмездности (договор дарения)».

Отечественной цивилистической доктрине давно известно деление сделок на каузальные–из содержания, которых видно, какую цель преследуют её стороны. Действительность каузальной сделки ставится в зависимость от её цели, которая должна быть законной и достижимой и абстрактные– действительность не зависит от основания – цели сделки. Данное деление признавалось большинством советских юристов, а сегодня уже никем не ставится под сомнение, более того, расширение круга абстрактных сделок напрямую зависит от развития рыночных отношений.

По общему правилу сделка является каузальной (абстрактные сделки, напротив, представляют собой исключение). Учитывая, что по действующему российскому праву решающее значение имеет согласованное волеизъявление сторон не только относительно последствий передачи, но и ее каузы, в каузальности современной традиции можно не сомневаться. Например, если традент имеет в виду куплю-продажу, а его контрагент – дарение, то ввиду отсутствия согласованного, волеизъявления относительно каузы, передача не может считаться юридическим фактом, влекущим переход права собственности.

Каузальность передачи присуща всякому договору – как консенсуальному, так и реальному, несмотря на то, что в последнем случае традиция является не следствием, а предпосылкой установления договорных отношений, и основывается, по утверждению Б.Л. Хаскельберга и В.В. Ровного, на договоре «с отодвинутым эффектом», который и обеспечивает ее каузальность (т.е. в договоре «с отодвинутым эффектом» выражено определенное намерение сторон, а передача производится с целью его реализации).

По мнению Д.О. Тузова, «передача может выполнять и выполняет разные функции (значение): с ее совершением связывается исполнение и прекращение обязательства, а в случаях, когда для заключения договора закон требует передачи имущества, традицией определяется момент заключения договора, она является способом приобретения и определения момента перехода права собственности от одного лица к другому, а также передача – это способ передачи вещи во владение (фактическое обладание), при этом воспринимается как принцип, что передача всегда обеспечивает переход владения».

В соответствии с п. 2 ст. 433 ГК РФ конструкция реального договора связывается с актом передачи, понятие и виды которой сформулированы в ст. 224 ГК РФ. Право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента её передачи, если иное не предусмотрено законом или договором (п. 1 ст. 223 ГК РФ). По мнению Б.Л. Хаскельберг и В.В. Ровного требующаяся для заключения реального договора передача вовсе не предполагает обязательного перехода права собственности. Во-первых, при рассмотрении передачи как предпосылки заключения реального договора приоритетное значение имеет само передаточное действие, а не вид передаваемого блага. Во-вторых, не любой реальный договор направлен на переход права собственности от одного контрагента к другому и в этой связи должен иметь корреспонденцию со ст. 223 ГК РФ.

В соответствии со ст. 224 ГК РФ можно выделить четыре способа (виды) передачи:

- вручение вещи непосредственно приобретателю или указанному им лицу (п. 1);

- сдача вещи перевозчику или организации связи для ее отправки приобретателю (п. 1);

- передача вещи, уже находящейся во владении приобретателя (т.е. ранее уже переданной ему) - передача короткой рукой (п. 2);

- передача коносамента или иного товарораспорядительного документа на вещь (п. 3).

Анализируя ст. 224 ГК РФ, Б.Л. Хаскельберг и В.В. Ровный отмечают, что, во-первых, данная статья относится к передаче не любого имущества, не ограниченного в обороте, а только вещей, включая ценные бумаги, удостоверяющие права на товар, в этой связи предусмотренные ст. 224 ГК РФ способы передачи неприменимы в тех реальных договорах, по которым происходит передача нематериальных объектов; во-вторых, для осуществления передачи необязателен «прямой контакт»традента и приобретателя как относительно друг друга, так и по отношению к предмету передачи; в-третьих, закон закрепляет несколько способов передачи, учитывая различные условия и обстоятельства, в которых передача может быть осуществлена и должна признаваться состоявшейся; в-четвертых, правила рассматриваемой статьи сформулированы императивно, а перечень способов передачи – как исчерпывающий.

Вручение вещи (передача из рук в руки) - наиболее простой способ передачи, применяется для заключения любого из реальных договоров, предметом которого является движимая вещь (включая деньги и ценные бумаги).

Согласно п. 1 ст. 224 ГК РФ вручением признается поступление вещи во владение приобретателя или указанного им лица. Во многих реальных договорах (об отчуждении движимого имущества под выплату ренты, займа, банковского вклада, страхования и др.) вручением определяется и момент перехода права собственности. Аналогичным образом обстоит дело, если вещь отчуждается без обязательства ее доставки, а потому передача осуществляется посредством сдачи вещи перевозчику (в организацию связи) для отправки (пересылки) приобретателю (например, договор займа денег посредством их перевода заемщику через организацию связи). В тех случаях, когда предметом реального договора является вещь, передача товарораспорядительного документа (в частности, коносамента) в силу прямого указания закона приравнивается к передаче вещи (п. 3 ст. 224 ГК РФ).

Не исключена, например, ситуация, когда договор займа, предметом которого выступают родовые вещи, заключается посредством и в момент передачи простого или двойного складского свидетельства (ст. 913-917 ГК РФ). В отличие от передачи вещи посредством ее вручения, а также сдачи для отправки или пересылки, передача товарораспорядительного документа возможна, если в конкретной ситуации такой документ существует и может существовать в принципе. Специфика данного современного способа передачи (т.е. символической передаче), имеет место в тех случаях, когда в целях передачи вещи вблизи ее нахождения совершался акт передачи ключей от места ее хранения (в частности, от склада), который и символизировал передачу вещи.

Сложнее обстоит дело, отмечают Б.Л. Хаскельберг и В.В. Ровный, с tradition brevi mаnu – ситуацией, при которой подлежащая передаче вещь к моменту заключения договора уже находится в законном владении приобретателя, а поскольку передача в таких случаях осуществляется между не владеющим вещью отчуждателем и фактическим ее обладателем (например, покупатель вещи является ее арендатором или хранителем и уже владеет вещью по соответствующему основанию), то необходимость и смысл в совершении акта передачи попросту отпадают.

Профессор Барон писал, что tradition совсем не требуется, если вещь уже находилась в юридическом владении лица, приобретающего право собственности. Итак, использованием tradition brevi mаnu могут заключаться договоры ренты, займа, хранения, дове­рительного управления имуществом, а также реальный договор ссуды, при этом соответствующий договор следует считать заключенным с момента его надлежащего оформления (например, нотариального удостоверения договора ренты – ст. 584 ГК РФ).

Сложность, состоит в том, что сама идея tradition brevi mаnu,  согласно которой признаваемая законом передача вещи опережает договор о ее отчуждении (п. 2 ст. 224 ГК РФ), как будто противоречит идее реального договора, который «считается заключенным, согласно п. 2 ст. 433 ГК РФ, с момента передачи соответствующего имущества».

Б.Л. Хаскельберг и В.В. Ровный считают, если реальный договор заключен посредством tradition brevi mаnu, то либо в данном случае вместо реального договора (в рассмотренном случае займа, а равно доверительного управления имуществом, ренты, хранения) имеет место аналогичный консенсуальный договор (!), либо реальный договор может заключаться необычным способом - «от передачи имущества к соглашению сторон», а значит, тезис о том, что передача в реальных договорах всегда основывается на договоре «с отодвинутым эффектом», знает исключение. Также ученые отмечают, «если первое предположение следует категорически отвергнуть, т.к. оно вступает в неминуемое противоречие как с положениями закона, который конструирует тот или иной договор как реальный, так и с общим правилом п. 2 ст. 433 ГК РФ, в силу которого модель реального договора определяется не доктриной, а законом. Что касается второго предположения, то даже если оно существенно корректирует все сказанное выше в контексте момента заключения реального договора, то, по крайней мере, не вступает в противоречие с правилом п. 2 ст. 433 ГК РФ, отсы­лающим к ст. 224 ГК РФ, которая в числе других способов передачи называет и tradition brevi mаnu, при этом ни п. 2 ст. 433, ни ст. 224 ГК РФ не делят способы передачи на «лучшие» и «худшие».

Анализируя способы передачи, как конститутивный элемент заключения реальных договоров, необходимо отметить, что Б.Л. Хаскельберг и В.В. Ровный выделяют и другие способы передачи, которые хотя и известны цивилистической доктрине, но прямо не предусмотрены в закрытом перечне способов передачи, содержащемся в ст. 224 ГК РФ (упомянутые в п. 2 ст. 433 ГК РФ). Данный перечень способов передачи указанный в ст. 224 ГК РФ, по мнению учёных, может быть дополнен такими способами, как: договорными, вытекающими из обычаев делового оборота или иных обычно предъявляемых требований; и соглашение о владении, договор, по которому владелец(собственник) непосредственно становится владельцем, т.е. отчужденная вещь остается у отчуждателя на каком-либо основании, например, по договору аренды. Последний способ передачи не может быть использован при заключении большинства реальных договоров, в частности грузовой перевозки, займа, банковского вклада, страхования, доверительного управления. Возможность использования такого способа передачи при заключении реальных договоров, может связываться только с отдельными видами договоров (например, с договором ренты).

Итак, передача является сделкой, которая требует участия не менее двух лиц и состоит из предложения передать и принять вещи. В реальных договорах передача, совершаемая в соответствии с договором «с отодвинутым эф­фектом»: является необходимой предпосылкой совершения реального договора, обеспечивает переход владения и определяет момент перехода права собственности. Реальный договор признается заключенным в момент передачи, право собственности здесь не может перейти ранее этого момента.

Идея реального договора давно преодолела узко-материальные этимологические рамки, поэтому передача как предпосылка момента заключения реального договора должна пониматься шире содержания ст. 224 ГК РФ.

Литература:

1.     Ровный В.В., Хаскельберг Б.Л. Консенсуальные и реальные договоры в гражданском праве. 2-е изд., испр.  М., 2004. .

2.     Тархов В.А. Гражданское право. Общая часть. Чебоксары, 1997.

3.     Хвостов В.М. Система римского права: Учебник. М., 1996.