Серманизова Б.С.

Преподаватель Алматинского индустриального колледжа

магистрант КазНУ им.алъ-Фараби, г. Алматы

Пушкинское начало в «Анне Карениной» Л.Н. Толстого

Проблема пушкинских традиций в творчестве Л.Н. Толстого - одна из актуальных проблем русского литературоведения начиная с семидесятых годов XIX века. Впервые ее обстоятельно изложил в своих статьях философ и критик Н.Н. Страхов [1, 67-111]. Обпше для обоих писателей принципы создания образа героя были исследованьз Б.М.Эйхенбаумом [2, 167-184] и С.А. Розановой [3, 285]. Известно, что объектом внимания Толстого были и поэзия, и проза Пушкина, причем первое впечатление о пушкинской прозе было критическим: в 1853 году, во время работы над «Запискамн маркера» и «Отрочеством», Толстой записал в дневнике: «Я читал Капитанскую дочку и увы! должен сознаться, что теперь уже проза Пушкина стара - не слогом - но манерой изложения. Теперь справедливо - в новом направлении интерес подробностей чувства заменяет интерес самых событий. Повести Пушкина голы как-то» [4, 35].

Осознанное общение и освоение пушкинских традиций началось в шестидесятые годы и достигло расцвета в период работы над «Анной Карениной». «Вчера вечером он мне сказал, - пишет Софья Андреевна в своем дневнике 24 февраля 1870 года, - что ему представился тип женщины, замужней, из высшего общества, но потерявшей себя. Он говорил, что задача его сделать эту женщину только жалкой и не виноватой, и что как только ему представился этот тип, так все лица и мужские типы, представлявшиеся прежде, нашли себе место и сгруппировались вокруг этой женщины. «Теперь мне все выяснилось», - говорил он»[5, 501]. Толстой не отрицал, что именно Пушкин, а точнее. судьба Татьяны Лариной, вдохновили его начать «Анну Каренину».

Несомненно, что «Анна Каренина» была начата при непосредственном воздействии прозы Пушкина - его стиля, его манеры, об этом не раз говорил сам Толстой. Поскольку «Анна Каренина» продолжала или, вернее, заканчивала линию семейного романа. постольку в этом романе чувствуются историко-литературные связи с «Евгением Онегиным» - произведением, которое Толстой, при всем своем равнодушии к поэмач? Пушкина, всегда выделял. Как считает Б.М. Эйхенбаум, тут дело идет, конечно, уже не с прямом воздействии, не о «влиянии», а об естественном историческом родстве [2, 180].

«Анна Каренина» - пушкинский роман Толстогов самом глубоком значении этого слова (Пушкин «как будто разрешил все мои сомнения»), Поэтому было бы неверным сводить «влияние Пушкина» в «Анне Карениной» к одному только отрывку «Гости съезжались на дачу...». Или даже только к одной прозе Пушкина. Ведь сюжет романа в известной мере связан и с пушкинским «романом в стихах». Пушкин как бы подсказаі Толстому форму современного свободного романа. В первоначальных набросках героиню даже звали Татьяной», - говорит Э.Г. Бабаев в своих комментариях к роману [6. 421].

Известно, что А.С. Пушкин первым вступит в спор со своим веком о праве женщины на свободу, о ее способности к нравственному выбору и поведению. Его Татьяна Ларина - идеальный образец русской женщины, личности нравственной, ответственной за себя и свои поступки, самая совершенная героиня нашей литературы [7].

В первых двух главах мы воспринимаем ее как искренную, чистую и наивщ своих желаниях к счастью девушку. Став женой уважаемого человека, она не измени внутренне. Татьяна та же, ей так же противно лицемерие, которое царит в Петербург! обществе. Татьяна несчастна, но совесть ее чиста. В своей жизни Татьяна пережи много разочарований, ее судьба трагична. Но независимо от всего, она не изменяет се(

Трагедия Анны разворачивается медленно, естественно, безжалостно перед боль аудиторией социальных миров, двух столиц, в сельской местности, и в других ме< Толстой, который сам был влюблен в Анну, в ее щедрую и сияющую природу, стрем показать, что она является такой же жертвой лицемерия высшего общества, ка собственные страсти. Если роман Анны был одним из многочисленных романов времени и общества, общество не осудило бы ее при условии, что она должна была ( сдержанной и соблюдать приличия, которые могли сделать этот роман допусти» Пострадал бы ее муж, но это было общепринятым порядком вещей. Прежде всего, Д01 была быть обманчивая внешность благоразумия. Мать Вронского думала, что совершенно «нормально», что ее сын в связи с очаровательной светской женщиной, те как Анна. Прелюбодеяния и измена Стивы Облонского легко принято обществом, но I не катастрофа.

Анна, однако, не является просто «нормальной светской женщиной». Ее любе Вронскому - глубокая и прочная страсть, ради которой она готова нарушить все зако; света и общества и пожертвовать своей честью. Она ставит себя вне своего социаль класса, но только потому, чтоей отвратительна лицемерная мораль высшего обществ! страдания начинаются не тогда, когда она покидает мужа, а когда она чувствует жал близких ей людей и самого Вронского. Незадолго до рождения своего ребенка Л' приезжает посетить Анну. Она принимает его с манерами женщины высшего обще< женщины естественной и образованной. Левин сразу же проникается к ней довери очарованием, как если бы он знал ее с детства. Но когда он возвращается домок страдает от чувства отвращения и, ободренный Кити, он думает, что Анна - пад женщина. Анна отрезана от спокойной и размеренной жизни семьи, разлучена с люби сыном. Действительно, контраст между любовью Левина и Кити, которая чиста и ист) крепка, любовь Вронского и Анны, которая разрушительна и губительна, убеж Толстого просить своих читателей судить ее строго, но с состраданием.

Анна пошла навстречу своей любви, вопреки всем правилам и законам, несмотх то, что и она «была отдана другому».

Л.Н. Толстой по - своему прочитал продолжение романа пушкинской Тать которая замужем за нелюбимым мужем. Поэтому «Анна Каренина» начинает выгля своего рода продолжением и окончанием «Евгения Онегина». Биография пушкин Татьяны кончается словами: «Но я другому отдана и буду век ему верна». Но биогр; героини русского семейного романа не завершена. Измена неизбежна, и в ро] Толстого раскрывается эта ее роковая судьба. Поэтому кажется логически оправдан перерождение наивного девического сна Татьяны в мистический кошмар Анны. Врон - второй Онегин, более примитивный, но зато более решительный. Самая фам!

Но Л.Н. Толстой всю жизнь истово настаивал на том, что женщина тем совершеннее, чем меньше в ней личностного начала, чем полнее она способна раствориться в детях, в муже, в семье. Открыто, откровенно - в письмах, более тонко, художественно - в романах и рассказах. Исследовательница проблемы феминизма в России XIX века С.Г.Айвазова приводит для доказательства своей гипотезы одну сцену из романа «Анна Каренина». В этом сюжетном эпизоде, предназначенном служить фоном для события значительного - повторного сватовства Константина Левина к Кити Щербацкой после их разрыва, есть принципиально важный для автора момент. Герои спорят о необходимости женского образования, о свободе женщин, их «правах» и «обязанностях». Стива Облонский, человек не самой безупречной репутации, горячо вступается за право женщин быть образованными, независимыми, за их стремление взять на себя исполнение традиционно мужских обязанностей. Его жена Долли, героиня идеальная, столь же горячо возражает ему, доказывает, что основное дело любой женщины - в семье, своей или чужой. Ее поддерживает старый князь и заявляет, что все эти новомодные женские притязания абсурдны, равнозначны тому, «что я бы искал права быть кормилицей...» [8, 456-457].

А в это время в стороне от разговораКонстантин Левин и Кити Щербацкая заняты своим особым «каким-то таинственным общением»[8, 456-457]. Именно в этом таинственном общении, по Толстому, разгадка спора: любовь, семья, продолжение рода - здесь и только здесь все «обязанности» и все «права» женщин, здесь - поле для ее героизма. Это - ключ к роману «Анна Каренина». Это - позиция Толстого.

Он подтвердит ее четверть века спустя, в 1899 году, откликаясь на рассказ Чехова «Душечка», который будет толковать совершенно иначе, чем сам А.П. Чехов. Толстой напишет тогда, что высшее назначение женщины даже не столько в воспитании и кормлении детей, сколько «в полном отдании себя тому, кого любишь»; и делает вывод, что: «удивительное недоразумение весь так называемый женский вопрос, охвативший, как это должно быть со всякой пошлостью, большинство женщин и даже мужчин!» [9, 318].

Между тем эта проблема всерьез занимала Л.Н. Толстого. И роман «Анна Каренина» был задуман им в качестве противоядия по отношению к очень популярной в ту пору в русском обществе книге английского социального философа Дж.С. Милля «Подчиненность женщины». Книга вышла в России в 1869 году, мгновенно разошлась, была несколько раз переиздана. О ней шли бесконечные споры. Толстой живо интересовался полемикой известного критика Н.Н. Страхова с Миллем. На статью Страхова «Женский вопрос», появившуюся в журнале «Заря» (1870 г.), он откликнулся специальным письмом, в котором, рассуждая уже о судьбе одиноких женщин, в числе прочего замечал: «Никакой надобности нет придумывать исход для отрожавшихся или не нашедших мужа женщин: на этих женщин без контор, кафедр и телеграфов всегда есть и было требование, превышающее предложение. Повивальные бабки, няньки, экономки, распутные женщины. ...Женщина, не хотящая распутничать душой и телом, вместо телеграфной конторы всегда выберет это призвание, - даже не выберет... а сама собой... впадет в эту колею и с сознаньем пользы и любви пойдет по ней до смерти». И настойчиво подчеркивал: «Вы, может быть, удивитесь, что в число этих почетных званий я .включаю и несчастных б... этот род женщин нужен нам... этот класс женщин необходим для семьи при-теперешних усложненных формах жизни» [7]. Быть «б...», или «магдадиной», по Толстому, нравственнее и честнее, чем быть телеграфисткой, служащей, врачом, ибо «магдалина» служит высшей цели - по-своему способствует продлению рода. Только в этом - назначение женщины. А ее высший «героизм» - в готовности понять и признать это назначение. Как принимают его Наташа Ростова, Долли и Кити Щербацкая. Трагедия Анны Карениной - в притязании на свое собственное «желание», на любовь, не связанную с семейным долгом, на личное счастье. По Толстому, такое притязание равнозначно безнравственности, или утрате нравственной опоры, что, собственно, и обрекает Анну на смерть.

Литература

1. Страхов Н.Н., Л.Н. Толстой Сочинения гр. Л.Н. Толстого //Страхов Н.Н. Литературная критика. – М.: Художественная литература, 1984. – с.67-111.

2. Эйхенбаум Б.М. Пушкин и Толстой //Эйхенбаум Б.М. О прозе. – Л.: Художественная литература, 1969. – с. 167-184.

3. Розанова С.А. Лев Толстой и Пушкинская Россия. – М.:Наука,3000. – 285 с.

4. Дневники С.А. Толстой. 1860-1891, изд-во М. и С. Сабашниковых, М.1928. – 35с.

5. С.А. Толстая. Дневники. В 2-х томах, т. 1. – 501с.

6. Бабаев Э.Г. Л.Н. Толстой. Анна Каренина. Комментарий. – М.: Художественная литература, 1982. Т. 9. – стр. 421

7. http://owl.ru/win/books/rw/ol-2.htm

8. Толстой Л.Н. Собр. Соч.: В 22 т. Т.8. – М., 1963. – с. 456-457.

9. Толстой Л.Н. Собр. Соч.: В 22 т. Т.15. – М., 1983. –318 с.