К.филос.н. Звонок Н.С.

Восточноукраинский национальный университет им.В.Даля, Украина

Глубинный символизм христианского храмостроительства

Архитектура, как и любой другой вид искусства, имеет свой собственный язык - язык архитектурных форм, тесно связанный с мировоззрением человека. Смысл храмовых архитектурных форм можно понять лишь рассматривая храм в его идее. Археологи и историки искусства в нач.19 века всячески подчеркивали символизм средневековой архитектуры. Символическое мышление было действительно распространенным в Средние века. Существует точка зрения, что символика Средневековья - христианской архитектуры - более шла вслед за практикой, а не являлась определяющей. Однако следует отметить, что идея христианского храма формировалась одновременно и внешне – архитектурно – и внутренне – в ее глубинной символике, что и пытается доказать автор в своей статье.

Проблема символики христианской архитектуры является актуальной потому, что в христианской церкви все имеет две природы –духовную и материальную. Материальное непосредственно доступно нашему восприятию, на духовное указывает символика. Изучать архитектуру отдельно от христианского учения невозможно, она развивалась вместе с богослужением, вместе с ним толковалась богословами. Вне христианского учения символика теряет свой смысл, поэтому любому человеку – христианину или нет – необходимо иметь о ней представление, чтобы владеть историей своего народа и его сегодняшним днем – православием.

Проблема символизма христианской архитектуры, в первую очередь православия, изучалась и изучается всесторонне уже на протяжении многих веков. Это Бусева - Давыдова И.А., Вагнер Г.К., архиепископ Сергий (Голубцов), Кудрявцев М.П., Кудрявцева Т.Н., Троицкий Н.И., Успенский Л.А. и другие представители светской науки и богословия. Однако проблема раскрывает себя все более многогранно.

Первые три века существования христианства, когда оно находилось в положении недозволенной религии в пределах Римской империи, условия для строительства храмов были неблагоприятны, так как христиане старались скрывать внешние проявления своей религиозности.

По данным историков, специальные здания для своих собраний христиане начинают строить в к.2-нач.3 веков нашей эры, вид их во многом зависел от материальных средств общины. Храмы первых христиан могли возникать только в тех местах, где христиане не подвергались преследованию язычников, и где правители пусть не были к ним благосклонны, но хотя бы относились к ним безразлично. Это не были монументальные храмы, построенные с роскошью, скорее это были молитвенные дома, отмеченные крестом или еще каким-либо образом. Христианские апологеты, на упрек язычников, что у них нет никаких храмов или жертвенников, соглашаются с этим, и. наоборот, видят в этом достоинство христианского учения в сравнении с языческими религиями. С точки зрения Оригена, христиане не строят храмов, потому что тела их есть храмы Божии.

Какими бы духовными ни были представления о первых храмах христиан, духовное воздействие требует внешнего воплощения идеи для воздействия на человека. На Востоке синагога и Иерусалимский храм не могли выполнять эту роль, на Западе же катакомбы - подземные храмы – крипты и капеллы - и ранние христианские базилики, построенные по примеру языческих, не удовлетворяли в полной мере общественных служений. Должно было пройти время, прежде чем христианская духовность смогла найти свое видимое воплощение. Во времена Константина главной формой христианского храма была базилика. Языческая базилика римского времени во многом напоминала греческий периптер, который считался жилищем божества и хранилищем его имущества. В прямоугольную форму базилики уже на заре христианства вкладывался определенный смысл. Апостольские Постановления 3 века рекомендуют строить храм продолговатым образом «подобно кораблю», имея ввиду ветхозаветное храмовое устройство.

«В отличие от языческого храма, служившего жилищем божества, иудейский храм был только местом молитвы Богу, остающемуся невидимым, обитающем в мировом пространстве»,- считает искусствовед Вагнер Г.К. Уже не эмпирический гармонический человек выступает мерой всех вещей, в том числе храма и космоса, а представление о трансцендентном Боге, обитающем в безграничном пространстве[1;163].

Ориген и Василий Великий сравнивали мироздание с храмом, а храм – у Оригена церковь – с мирозданием. Христианский храм мыслился не как жилище Бога, а как дом молитвы. Мысль о том, что видимые вещественные предметы обозначают мир невидимый и мистическим образом связывают небо и землю через видимые духовные символы изложено в «Книге о храме» Симеона митрополита Солунского и в трактате Дионисия Ареопагита «О небесной иерархии».

Центрально-купольные здания, хотя и не были более удобными для богослужения, содействовали формированию новой символической образности. Историческое прочтение, как и базиликальная основа, сохранялись, дополнившись куполом как более совершенным образом мира. Создается архитектурный образ упорядоченного космоса в виде «Большой церкви» Констанция, позднее названной Софией, которая имела пять нефов и массивный купол. Это была предшественница Юстиниановской Софии.

Новой моделью мироздания стал храм Софии Константинопольской (532-537), в которой зодчие Анфимий и Исидор возродили уже известную ранее форму купольной базилики. Храм сравнивался с грандиозным «кораблем», с » маяком», и само посвящение храма Софии указывает на мирообразующий характер его глубинной символики. Постепенно в восточно-христианском мире центрально - купольная система преобразуется в крестово-купольную. Сохраняется космологическая символика, однако общий смысл понимания храма меняется. Это не только «образ и изображение Бога», но также образ человека и, кроме того,» образ души», как считает Максим Исповедник (582-662).Храм-космос трансформируется в храм – земное небо, при этом архитекторы следуют прямоугольному плану, сохраняющему нартекс (для оглашенных), круговые обходы (для массы молящихся), хоры (для женщин), увеличивается число глав до трех и пяти, что объяснялось не только функционально (освещение алтаря и хоров), но и символически.

Здание православного храма строится или в виде креста (символ Христа), либо в виде круга (символ вечности), либо в виде восьмиугольника (символ путеводной вифлеемской звезды). Ориентированность храма на Восток (условно – это Иерусалим) символично восстанавливает «первособытие» сакральной истории в ее христианском измерении. Завершается храм куполом (символом тверди небесной). на котором ставят главу с крестом. Если византийский купол над храмом символизирует небесный свод, готический шпиль католического храма выражает стремление к небесам. Купола с крестами как бы связывают небесное и земное пространство в единый освященный мир. Древнерусские купола завершаются главой луковичной формы. напоминающей шлем, что характерно для периода ордынского ига. Она – как бы пламя горящей свечи. При этом каждое количество глав имеет свой глубокий смысл: если ставится одна глава – это символизирует самого Иисуса Христа, если две главы – божескую и человеческую природу Христа, если три – три лица Троицы и т. д. В куполе чаще всего изображается Христос-Вседержитель как глава церкви, а в парусах, поддерживающих купол, четыре евангелиста.

Православный храм, по выражению Е.Трубецкого, это «собор всей твари», от ангелов до человека. Человек, желающий приобщиться к древним традициям, глядя на «земное» в христианском храме, должен видеть «град Божий», а для этого необходимо знать глубину смысловой нагрузки храмовой архитектуры и живописи. Для византийско-православного искусства характерен не просто канон, но канон-символ, где важна не только внешняя форма, но глубинное выражение религиозного догмата.

Рассмотрение в историческом развитии архитектурных форм с применением метода – от изображения архитектурной формы к ее смыслу – дает нам возможность представить систему символики православного храма в его идее. Знание символики влияло как на восприятие интерьера храма, так и на построение конкретной архитектурной формы. Изменения во времени – это свидетельство изменения оттенков содержания, но не его основной идеи.

ЛИТЕРАТУРА

1. Вагнер Г.К. Византийский храм как образ мира// Вагнер Г.К. Византийский временник. - Т.47.-М.:Наука, 1986.-C.163-181.

2. Голубцов А.П. Из чтений по церковной археологии и литургике. //Голубцов А.П. - С.-Пб. - Сатис,-1995.-C.81-86.

3. Архиепископ Сергий (Голубцов). Символика русского храмоздательства//Архиепископ Сергий (Голубцов). К свету. - М.- 1997.-№17.-C.48-59.

4. Кудрявцев М.П., Кудрявцева Т.Н. Русский православный храм. Символический язык архитектурных форм. //Кудрявцев М.П. К свету. - М.-1998.-№17.-C.65-87.

5. Успенский Л.А.Символика храма//Успенский Л.А.Журнал Московской патриархии. - М.-1948.-№1.-C.37-47.