Философия/4.Философия культуры.

Д.ф.н. Хлыщева Е.В.,

магистранты  Мармилова М.А., Устинова Я.А.

Астраханский государственный университет

Проблема отношения к культуре Чужого

 

Мировой опыт свидетельствует, что различные части человечества в области культуры всегда были в общении друг с другом  и без этого общения обойтись не могли. Подтверждено, что способность одного народа осваивать достижения другого – один из главных показателей жизнеспособности его культуры. Именно на этом пути взаимодействия культур складывается общечеловеческая культура, единая и вместе с тем многообразная. Поэтому исследуя культуру любого народа, необходимо рассматривать ее не только как уникальный феномен мировой культуры, но и в полной мере  учитывать диалектическое превращение этого единичного в особенное, а особенного во всеобщее. Иными словами, культура каждого народа, имея свое неповторимое лицо, является частью культуры всего человечества, а любое общество вписывается в историю прежде всего благодаря своей культуре

На современном этапе мировое развитие рассматривается через призму процесса глобализации, что предполагает переход существующей системы в качественно иное состояние. Став ведущим процессом социальной трансформации, глобализация предъявляет к взаимодействию людей в мировом сообществе «свои» требования, предлагая  идеал человеческого единства, в который каждой культуре, и «старой», и «молодой», предстоит внести свой вклад, а всякому сообществу следует быть необходимым элементом общего разнообразия. Однако на деле эта проблема не имеет столь легких решений. Не так она проста, чтобы можно было решить ее одним махом с помощью глобального экономического развития, глобальной информационной сети и глобальной массовой культуры. Ясно одно, такому объединению менее всего могут способствовать военная агрессия и политическое давление.

Попытки установления единства демонстрировались в историческом аспекте множество раз. Но всегда возникала проблема: как подчинить грядущему единству входящие в его состав части без их гибели и исчезновения? Создание крупных империй сопровождалось разрушением более мелких «единств», неся в себе зародыш собственной гибели,  поскольку отсутствовало единство внутреннее. Не могла империя превратиться из исключительно политического образования в психологический организм, единственно способный сохранять и даже упрочивать единство. А потому, даже если материальные условия и побуждают к «великим переменам», но разум человека еще к этому не готов – «не стоит ожидать желаемых результатов до тех пор, пока сами люди не станут мудрее и не согласятся не только на внешнее переустройство жизни, но и на внутренние изменения»[1,c.12]. Никакой союз, удерживаемый исключительно политическими и административными средствами, не застрахован от распада после того, как он уже становится невыгодным. 

Вопрос об отношении к культуре Чужого сложен и связан с общей методологией изучения культурного многообразия. Вплоть до середины ХХ века (а зачастую и вплоть до нашего времени) концепция общей типологии культур была основана на бинаризме мышления. Это свойство человеческого менталитета накладывает свой отпечаток на видение окружающего мира и религиозные убеждения, на этические принципы и эстетические оценки.  Дуалистичность категориального аппарата сводит разнообразие и гетерогенность феноменов культуры к структурной определенности, заключающей в себе и аксиологический смысл.

Бинарность мышления проявляется в культуре в виде устойчивых ментальных конструктов типа «Свой/Чужой», «Традиция/Современность», «Запад/Восток». Именно эти оппозиции служили одним из главных принципов изучения Культуры Чужого, какие имена не получал бы этот «Чужой» - Восток, традиционное общество, архаическая культура и т.д.

Радикальные изменения последних десятилетий показывают тенденцию к отказу от субъектно-объектной дуальности в пользу культурного плюрализма. В названиях различных исследовательских проектов в последние годы звучат термины «диалог культур», «диалог цивилизаций», наполняя старую оппозицию «Восток/Запад» новым содержанием.

Процессы освоения обществом «Чужого» как «своего» становятся сегодня одним из важнейших в современных исследованиях. Сам термин «Чужой» в разные исторические времена имел различное содержание: «Иной», «Другой» мог рассматриваться как иноплеменник, иноверец, политический противник, представитель иной культуры. Но если Другой или Иной могут находится как вне данного общества, так и внутри него, то Чужой – это всегда пришелец, чужак, находящийся вне. Однако граница между Своими и Чужими не является данной раз и навсегда, а разворачивается в процессе исторического развития. Контакты с другой культурой приводят к изменению этой границы, а значит и к изменению самоопределения культуры.

Однако, как бы ни говорилось о равенстве культур, в реальности признается наличие  как минимум двух составляющих: доминирующей культуры и культуры «меньшинства». Чужие общества  оцениваются как традиционные, которые в результате мультикультурного контакта должны приспособиться к индустриальному обществу.  Но этого, как правило, «Чужие» не хотят, а потому возникают проблемы социального характера, решить которые крайне сложно. Все это, естественно, не находит поддержки у местного населения принимающей страны, которое не понимает, почему приезжие (чужие) могут не соблюдать нормы поведения, установленные в стране, куда они приехали на постоянное место жительства.

И, пока власти безуспешно пытаются с помощью политики мультикультурализма прийти к согласию с иммигрантами, рядовые европейцы считают, что «чужак близок лишь в той мере, насколько мы чувствуем с ним сходство национальных или социальных, профессиональных или общечеловеческих черт. Он далек нам, поскольку те же черты присущи очень многим»[4,c.185]. Союз  людей, чужих друг другу, возможен лишь как «некое мимолетное объединение, созданное в качестве оппозиции существующему сообществу. Не будь его, не появился бы и этот союз»[5,c. 21].

Решающими факторами приспособления к культурному разнообразию являются осознание и одобрение различия и сходства в окружающем мире. При этом необходимо обладать следующими навыками:

·                   культурной эмпатией, т.е. способностью понимать эмоции и чувства Других, лояльно относится к мыслям и внешности людей другой культуры;

·                   эмоциональным равновесием – способностью сохранять спокойствие в стрессовой ситуации;

·                   гибкостью – умением регулировать поведение в соответствии с нормами принимающей страны;

·                   открытым и непредвзятым отношением к культурному разнообразию групп, нормам и ценностям;

·                   иметь ясные цели, желание работать, решать проблемы, не искать конфликтных ситуаций, связанных с культурными различиями  [10,c.14]. Поэтому целесообразна свободная конкуренция различных культурных традиций, нет необходимости насильственного сохранения культур, противоречащих главному императиву демократического общества – соблюдению прав Человека. Необходимо расширение возможностей для знакомства с элементами любой культуры и их добровольного усвоения [2,c.157] этого предлагается межкультурный диалог, который  делает осуществимым соединение идеалов ценностей личности и общечеловеческой солидарности.

Практика показывает, что знание культурных различий и умелое использование этих знаний повышают эффективность действий как на повседневном уровне, так и на уровне международных отношений. Национальные и другие групповые различия между людьми более убедительно можно объяснить целостным своеобразием их культур, нежели несходством отдельно взятых антропологических или этнографических признаков.

Культуры формируются в комплексном диалоге и взаимодействии друг с другом, а разделительные линии между ними подвижны и проницаемы. Поэтому культурные образы в сложных, плюралистических обществах должны стремиться к такому общественному признанию их специфики, которое не отрицало бы их подвижности.

Возможности взаимопонимания и взаимодействия пред­ставителей различных культур, социокультурных групп, незнакомых друг с другом индивидов, понимания культурных текстов прошлого ука­зывают на то, что люди обращаются к более глубинным общим для них основаниям, обеспечивающим такую взаимность. Соответственно встает вопрос о поиске природы таких оснований, о шкале перехода от обще­человеческих, антропологических свойств через типологические харак­теристики, присущие определенным группам людей, к индивидуальным, личностным чертам. в одних и тех же ситуациях разные люди ведут себя неодинаково и отыскиваются при­чины и факторы, определяющие такое несходство. При таком подходе динамика и многообразие культурных явлений интерпретируется через разнообразие личностных типов, черт, особенностей.

Люди в любой культурной среде развиваются постепенно через социализацию, приобретая целый комплекс познавательных, эмоцио­нальных и мотивационных процессов, которые позволяют им нормаль­но адаптироваться и функционировать в данной культурной среде. Индивидуальные психологические системы должны быть координированы с культурной системой, где проживают эти личности. Без этого люди не смогут чувствовать себя естественно и комфортно. В случае аккультурации в иностранной культуре, индивиды могут развить модель личности, соответствующей данной культурной среде (например, способности всего добиваться самому, как в США). В дальнейшем поведение данной личности будет зависеть от того культурного контекста, где она в данный момент находится. Кроме того, личность сможет варьировать свое поведение и "пере­ключаться" в зависимости от обстановки.

В иммигрантских обществах приезжие часто ощущают себя живущими вне четко очерченных границ. Различия распылены настолько, что с ними сталкиваются повсеместно. В такой ситуации влияние групп на своих членов гораздо слабее, что позволяет иммигрантам порывать со своими групповыми связями и смешиваться с большинством населения. Идет непрекращающееся смешение лиц с неопределенной идентичностью.

Существуют проекты, свободные от всех видов общепринятой идентичности и стандартного поведения. Цель таких проектов – создание общества, в котором «множественные местоимения «мы» и «они» не будут иметь постоянного обозначаемого» [3,с.104.]. Этот проект должен привести к самому совершенному виду индивидуальной свободы. Одним из ярких представителей такого проекта является Ю. Кристева, которая призывает понять мир «Чужих», ибо «только чужое обладает всемощностью» [8,р.105]. Но самое главное – это умение «признать Чужого в самом себе» [8,р.105], ведь если Чужие все, тогда «никто никому не Чужой: не обладая сильным чувством тождества, никто не может воспринимать окружающих как Других» [8,р.106].

Такой проект вызывает сомнения, ибо, рассматриваемый в отрыве от своего прошлого, индивид «обречен на обеднение и сужение своей культурной сферы»[6, с. 107]. Видимо смысл состоит не в том, чтобы совсем устранить «Чужих», «Других, «Иных», а в том, чтобы обеспечить их мирное сосуществование и взаимодействие.

Срез культур отдельных народов убеждает, что линия развития культуры где-то повторяла движение в других частях мира, где-то приобретала свой неповторимый след. При этом развитию культуры были присущи и зигзаги, и тупики, и попятные скачки. Подтверждено, что способность одного народа осваивать достижения другого – один из главных показателей жизнеспособности его культуры. Иными словами, культура каждого народа, имея свое неповторимое лицо, является частью культуры всего человечества, а любое общество вписывается в историю прежде всего благодаря своей культуре.

Подлинное взаимопонимание в межкультурном общении – сложный и достаточно длительный процесс, требующий пристального вни­мания представителей обществоведческих наук, и прежде всего спе­циалистов, способных к умелому, чуткому восприятию историческо­го наследия и своей, и иной культуры. Изучение механизмов данно­го процесса, разработка рекомендаций, приносящих практические ре­зультаты - одна из актуальнейших задач сегодняшнего дня в свете происходящих глобальных перемен и мощного потока миграции.

 

Литература

1.                 Ауробиндо Гхош Идеал человеческого единства. СПб.:Издательство «Мирра», 1998.-с.12.

2.                 Бенхабиб С. Притязания культуры. Равенство и разнообразие в глобальную эру /перевод с англ. Под ред. И.Л. Иноземцева. М.:Логос,2003.

3.                 Гайслер Х. Национальное государство или мультикультурное общество?// «Русский журнал», 2002. №5(25)

4.                 Зиммель Г. Эссе о Чужаке/Социальное пространство: Междисциплинарные исследования/отв.ред.Гирко Л.В..-М.:ИНИОН,2003.-с. 181.

5.                 Кристева Ю. Чуждые самим себе: мечта об исключительности/Керни Р. Диалоги о Европе.-М.:Изд-во «Весь Мир», 2002.

6.                 Уолцер М. О терпимости.-М.:Идея-Пресс:Дом интеллект. книги, 2000. -3

7.                 Ilcan S. Social spaces and micropolitics of differentiation: an example from Northwestern Turkey// Ethnology.-Pittsburgh, 1999.-Vol.38.-N3.-p.248.  (243-256)

8.                 Kristeva J. Nations without Nationalism.-N.Y.:Columbia University Press,1993. 7

9.                 The Harper Collins Dictionary of Sociology.L.,1991.

10.            Van Der Zee, K.I.,& Van Oudenhoven, J.P. The Multicultural Personality Questionnaire: A multidimensional instrument of multicultural effectiveness// European Journal of Personality, 2000.