Филологические науки/Язык, речь, языковая коммуникация

к.филол.н., доцент Черкасова Н.А.

Липецкий государственный педагогический университет, Россия

К проблеме функционирования заимствованных единиц в немецком языковом пространстве

Интеграция иноязычной лексики в иную языковую систему процесс сложный и многоэтапный, однако именно он позволяет пополнять и обогащать словарный состав языка-рецептора новыми лексемами и понятиями.

В ходе исторического развития тот или иной язык становился языком-донором, что было обусловлено как лингвистическими, так и экстралингвистическими факторами. Этимологию происхождения слов мы можем выявить по морфемной структуре и понять причины таких заимствований.

Немецкие язык так же не является исключением, на определенном этапе он выступал как язык-донор, например, для русского, голландского, датского языков, однако все больше он являлся и является языком-рецептором, перенимая большое количество заимствований.

В последние время особый интерес вызывают англицизмы, интегрированные в немецкий язык, однако в пределах данной языковой системы функционируют заимствования и из французского языка, а в определённых сферах им отводится ведущая роль.

Процессы интеграции заимствованной лексики в национальные узусы вполне соответствуют тенденциям немецкого литературного языка, хотя при этом обнаруживается ряд дифференциальных признаков. Как правило, эти расхождения заключаются в отборе и составе заимствований, качестве адаптации и темпах ассимиляции.

Так, например, для австрийского узуса характерно большое количество заимствований из итальянского языка, которые придают самобытность этому варианту и выступают, зачастую, синонимами к французским заимствованиям в немецком языке Германии [1,112].

При тождественности отбора иноязычной лексики из одного языка, заимствования нередко получают различное графическое, фонетическое, грамматическое оформление или обнаруживают различие структурных форм при идентичности значений, а также могут по- разному проявлять свою словообразовательную активность:

нем. Paspel – авст. Passepoil;

нем. der Dress – авст. die Dress;

нем. die Maronen – авст. die Maroni;

нем. Prozent-al, isch – prozentisch, prozential;

авст. Prozent – ell – prozentell;

Как указывает Домашнев, причины таких различий кроются в географическом положении Австрии и Швейцарии, характере их межъязыковых контактов (славянские государства, южная Европа), в исторические прошлые страны (многонациональные государства, Австро-Венгерская монархия, оккупация Швейцарии войсками Наполеона) [1,118].

С другой стороны, дифференциация обусловлена последствиями экстралингвистических явлений. Так, большинство заимствований известных в австрийском и швейцарском узусе не актуальны для немецкого языка Германии, в силу того, что пуристические тенденции в последней достаточно сильны.

Х. Риццо-Баур отмечает, что в начале 17 века в Германии наблюдается движение против иноязычного влияния, в конце 19 был основан «Общенемецкий языковой союз». В этот период значительное количество иностранных слов изымались из обращения и замещались соответственными немецкими понятиями [2, 60].

Следует подчеркнуть, что пуристические движения в Германии не оказали сильного влияния ни на Австрию, ни на Швейцарию; это, отчасти, привело к тому, что определенное количество заимствованных слов в настоящее время неизвестны немецкому узусу, но продолжают активно жить в швейцарском и австрийском варианте.

Основные интеграционные процессы, характерные для системы немецкий язык, наблюдаются и в диалектах/регионалекты, однако отмечается ряд особенностей, позволяющий констатировать тот факт, что диалекты/регионалекты обладают большей внутренний силой для адаптации иноязычного материала.

Так галлицизм Pommes frites (от французского pommes de terra frit), не смотря на длительный период присутствия в системе немецкого языка (начало 20 века), сохранил свою иноязычную форму и функционирует в качестве варваризма, а иногда и вкрапления практически на всем языковом пространстве.

Однако в немецкоязычной Швейцарии регистрируется форма Pommfritt, которая, предположительно, возникла в субсистеме при опосредованном заимствовании данного галлицизма из бельгийского языка. Более того, следует отметить, что в Австрии и Западной Германии данная форма также находит свое распространение. На Севере Германии распространена форма Pommfritts.

При этом стоит подчеркнуть, что на всем языковом пространстве также регистрируется форма Pommes, которая расширила свое значение в немецкоязычном языковом пространстве, так как в языке-доноре оно имеет значение «картофель», без указания способа приготовления (от французского pommes de terre).

Особый интерес вызывает функционирование данного галлицизма в Кёльне, в долине реки Мозель, а также в Заарланде, где регистрируется форма Fritten, что представляет собой заимствование от бельгийского диалектизма fritten/frieten, при этом в самой Бельгии функционирует лексема patat с синонимичным значением «картофель фри» [3; 4; 5; 6].

Таким образом, специфика функционирования заимствованных единиц заключается в том, что, не смотря на единую языковую систему они по-разному интегрируются и адаптируются в подсистемах языка-рецептора, расширяя свое значение, изменяя графическую и грамматическую форму и возникая в субсистеме опосредованного, а в иных случаях являясь результатом заимствования диалектизмов иного языка-донора. Данный факт доказывает, что система принимающего языка располагает богатыми внутренними ресурсами для адаптации иноязычного материала. Процессы интеграции заимствованной лексики в национальные узусы вполне соответствуют тенденциям немецкого литературного языка, несмотря на ряд дифференциальных признаков.

Литература:

1. Домашнев, А. И. Современный немецкий язык в его национальных вариантах /А.И. Домашнев. – М.: Наука, 1983. -345 с.

2. Greule, Al. Germanische Sprachpflege: Geschichte, Praxis, Zielsetzung. – Darmstadt, 2006. – 258 S.

3. Variantenwörterbuch des Deutschen. – Berlin: Walter de Gruyter, 2004. – 954 S.

4. www.ostarrichi.org

5. www.philhist.uni-augsburg.de

6. www. alporg. de