Пилипец И.В., Дивакова О.Ю., Чистохина А.В.

ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ ПОДРОСТКА С ОГРАНИЧЕННЫМИ ВОЗМОЖНОСТЯМИ ЗДОРОВЬЯ С КЛАССОМ

Сибирский федеральный университет

г. Красноярск, Россия

Одной из наиболее актуальных проблем школы на сегодняшний день является проблема инклюзивного образования. Термин inclusion, часто используется для обозначения радикально противоположных феноменов. Это и неквалифицированный энтузиазм (преимущественно управленческих структур) по поводу возможности полной инклюзии, и воодушевленная пропаганда философии инклюзии, базирующейся на идее моральной и нравственной, а также социальной ответственности и прав человека. Это также обозначение реальных возможностей совместного обучения обычных детей и детей с особыми образовательными потребностями, подтвержденные пока сравнительно небольшим эмпирическим опытом, который обнаруживает как преимущества, так и недостатки такого совместного обучения [1].

Инклюзивный подход предполагает понимание различных образовательных потребностей лиц с ограниченными возможностями и предоставление услуг в соответствии с этими потребностями через более полное участие в образовательном процессе, привлечение общественности и устранение сегрегации и дискриминации в образовании.

Данная система образования России не имеет сегодня ни концепции, ни технологий, ни движущих сил, ни средств, ни, самое главное, привлекательных мотивов для осуществления каких-либо внутренних изменений под задачи инклюзивного образования.

Инклюзивное образование предъявляет повышенные требования ко всем участникам образовательного процесса. От школьника с ограниченными возможностями здоровья оно требует чрезвычайного напряжения сил – интеллектуальных и психологических ресурсов, от условно-здоровых школьников- толерантности, понимания, готовности оказывать помощь, то есть проверяет их на предмет человечности и этики. Однако это в то же время и вызов учителям, работающим в классах, где есть учащиеся с ограниченными возможностями здоровья.

Для изучения проблемы инклюзивного образования, мы провели исследование в одной из школ г. Красноярска, где обучается восьмиклассник с ограниченными возможностями здоровья. Он с полностью сохранным интеллектом при нарушениях функций опорно-двигательного аппарата (ДЦП). В плане обучения он имеет высокую мотивацию получения знаний.

Максим Д., подросток с детским церебральным параличом, будущий дизайнер, шумный, активный, противоречивый. Как говорит его мама, Макса собирали по клеточкам, сколько операций, реабилитаций, больниц пережил этот хрупкий подросток, никому не пожелаешь. Но семья не сдавалась.

Придя в первый класс, мальчик плохо ходил, имел проблемы со зрением, но очень хотел быть успешным. Первая учительница приняла ребёнка и после разговором с родителями, консультации со специалистами и после глубокого собственного анализа деятельности, изменила привычную систему преподавания.

Вообще, наиболее актуальный и сложный аспект проблемы инклюзивного образования - учитель нового типа, он должен не только владеть соответствующими профессиональными психолого-педагогическими умениями, но быть личностью подлинной гуманитарной образованности, способной понимать современную социокультурную ситуацию в стране, обладать высокой нравственной культурой, видеть смысл собственной жизни в служении ребенку, людям [2].

Первое, что было сделано – создана группа помощи. Максиму каждый день помогали разные дети: собирали вещи, провожали до нужного кабинета, поднимали вещи, подбадривали и т.д. Забегая вперёд, скажем, что это совсем не стало обузой для ребят. До 7 класса многие хотели занять место рядом с Максимом за партой, он всегда был щедрым, открытым, с различными интересами человек, да ещё и умный, сам мог подсказать нужное на уроке.

Учитель всегда прислушивался к желаниям мальчика, где и с кем он хотел бы посидеть, шла ему на встречу. Мальчик обладает феноменальной памятью, что помогало ему в обучении, а развитые навыки анализа, раннее освоение компьютера, поддержка папы и мамы, позволяли делать доклады не только на уроках в классе, но и на школьной Научно-практической конференции.

Дома у Максима много животных (кошки, попугаи), с ранних лет мальчик заботился о них, и в школе у него была зона персональной ответственности. Одно время он был ответственным за чистоту раковины (вызвался сам, так как приверженец чистоты и порядка везде, всегда является эталоном ухоженности и аккуратности), потом вместе с подругой вел ежедневную физминутку (это при врождённом физическом недостатке!). А в прошлом году, будучи уже семиклассником, Максим целый год вел кружок «Рукастики» для детей начальной школы, где они мастерили различные поделки, открытки, подарки для друзей и близких.

Чтобы выявить отношения одноклассников к данному подростку, нами была проведена социометрия. В результате были получены следующие результаты: в данном классе выявились два лидера и 4 человека являются референтным ядром между лидерами и ядром существует взаимодействие, а это в свою очередь говорит о том, что класс является сплочённым или имеет тенденции к сплочению.

Нас удивило, что Макса не выбрал никто – не в лидеры ни в аутсайдеры он не попал. Только личное интервью с одноклассниками прояснило ситуацию. Этот учебный год для всех ребят оказался кризисным: взрослеют, по-другому строятся отношения с учителями, появляются личные интересы и приоритеты, меняются отношения со сверстниками. Все эти процессы усилились в связи со сменой классного руководителя.

Желание Макса быть всегда в центре внимания и добиваться успеха не могло реализовываться в полной мере и это приводило к неадекватному поведению.

В начальной школе у него была следующая реакция на неудачу: крик, раскидывание книг, канцелярских принадлежностей и т.д. Не каждый ребёнок сразу научается культурным способом разрешать собственные затруднения, и в случае с Максимом был найден единственный способ реагирования детей и учителей в такой ситуации – пауза. Как человек умный, мальчик довольно быстро успокаивался, брал себя в руки, всегда извинялся перед окружающими, и продолжал работать.

Повзрослев, мальчик научился лучше контролировать своё поведение, но в стрессовой ситуации самоконтроль ослабевал, и взаимодействие с одноклассниками затруднялось, в связи с тем, что одноклассники сейчас тоже находятся в кризисном подростковом возрасте. Проведение данного исследования как раз и попало на этот период общего отчуждения.

В ходе последующего интервью было выяснена причина полученного результата социометрии: «Макс «классный» друг, интересный собеседник и очень хорошо, что он учится в нашем классе. Он такой же, как все, мы в принципе ничем не отличаемся друг от друга».

Вообще Максим всегда сам хочет быть как все: учиться не на домашнем обучении, а как все в классе и получать оценки в журнал, как все маршировать, петь, выступать на сцене, приглашать на день рожденья всех детей из класса. Хочет чувствовать себя как любой ребёнок – значимым и нужным людям.

Но главную поддержку ему оказывали, конечно же, родители. Папа всегда интересовался жизнью сына, помогал ему в освоении компьютера и организовывал для его друзей-одноклассников экскурсии на свою работу на телевидение. Мама полностью посвятила себя сыну. Одно время мальчик даже стеснялся того, что мама «как всегда не работает». «По договорённости с папой я отвечаю за тебя», – парировала мама, и стала действительно другом и помощником собственному ребёнку. У мамы сложилось такое конструктивное поведение в отношении жизни своего ребёнка: не панический страх, стремление любой ценой защитить своего особенного сына, а именно конструктивная помощь и взаимодействие со всеми взрослыми и детьми, окружающего мальчика.

Подводя итог, мы считаем, что полноценная интеграция людей с ограниченными возможностями здоровья требует от всего общества психологической готовности к ней. Ждать, пока эта готовность вызреет сама, пришлось бы очень долго. Реальная практика образования делает совместное обучение лиц с ограниченными возможностями здоровья и их здоровых сверстников реальностью и, таким образом, готовит почву для полноценной инклюзии и способствует гуманизации образования и общества в целом.

Без решения проблемы гуманизации массового сознания не решить ни проблему инвалидов, ни проблему инклюзивного образования. Инклюзивное образование – это проблема всего общества и решать эту проблему необходимо совместно с представителями всех ключевых направлений в сфере образовании, законодательства, государственных структур, юристов и т.д.

Список литературы

1. Инклюзивное образование. За и против. 2011 год [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.webkursovik.ru/kartgotrab.asp?id=-64444

2. Инклюзивное образование: проблемы совершенствования образовательной политики и системы: Материалы международной конференции. 19–20 июня 2008 года. — СПб.: Изд-во РГПУ им. А. И. Герцена, 2008. — 215 с.