Емельянова Любовь Юрьевна, кандидат филологических наук,

доцент кафедры английской филологии

Российского государственного университета,

г. Москва

Понятие языковой категории

Многие проблемы, которые приходится решать когнитивной лингвистике на современном этапе ее развития, связаны с изучением языковых способов и механизмов представления знаний. Особое внимание при этом уделяется языковым категориальным системам, поскольку именно категориальные значения, по мнению Б.А. Серебренникова, выполняют важную роль в установлении обратных связей между языком и планом концептуального [32].

Основные процессы категоризации (отнесение к определенным рубрикам опыта – категориям) и концептуализации (осмысления и закрепления результатов познания в виде единиц знания – концептов) обнаруживают у людей общие закономерности. Эти закономерности находят свое отражение в языке в виде трех систем языковой категоризации: лексической, грамматической и модусной, или интрептерирующей [1, 2].

Процесс категоризации, таким образом, выступает «сегментацией и комбинацией» [37] знаний, которыми обладает индивид. На их основе происходит объединение ментальных репрезентаций как продуктов категоризации, которые стоят за познаваемыми сущностями, в категории, то есть определенные рубрики опыта или знания 15: 307].

Описанное понимание языковой категории в рамках когнитивного подхода может применяться к элементам лексической системы языка, а также к другим элементам различных уровней языковой системы – от фонем до текстов и дискурсов. Результатом является возможность получать различные таксономии языковых единиц, соотносимы со структурами памяти, составляющими основу языковой способности человека.

Тем не менее, понятие языковой категории значительно шире, чем представление о таксономии языковых единиц. Помимо грамматических категорий ученые выделяют целый ряд различных категорий, например, категории текста и др. Так, например, для обозначения многогоранного сложного явления сомнение может быть использован термин «категория», так как сомнение исследовалось с позиций лингвистики и достижений смежных наук, в которых сомнение трактуется и как состояние, и как эмоция, и как концепт. Мы решили объединить эти стороны изучаемого объекта и назвать сомнение категорией. Категория сомнения, как уже отмечалось, явление сложное, объединяющее в себе и когнитивный, и семантический тип.

Говоря об уровнях категоризации, необходимо установить, что является исходным для выделения категории – речевые произведения или языковая система. Таким образом, можно выделить системный и речевой уровни категоризации.

Очевидна связь категориальной семантики с категориями мышления, поэтому первый из трех традиционных признаков определяется не как значение, а как понятийный признак [22], лежащий в основе выделения категорий.

В настоящее время ученые говорят о трех системах логик, которыми пользуется человек в процессе категоризации окружающего мира: логика научная, логика языковая, логика эмпирическая. Основу научной логики составляют метаязыки различных наук, Основа языковой логики – язык и та система категорий, которая традиционно именуется системой грамматических и понятийных категорий. В основе эмпирической логики находятся практический опыт каждого человека.

В связи с данными системами логики интересным представляется изучение категорий культуры. Категории культуры накладывают свой отпечаток на сознании носителя языка, что обязательно находит свое отображение в языке. Категории культуры – это «некоторая сетка координат, наложенная на живую, пульсирующую и изменяющуюся действительность» [10: 11]. То, что существует и адаптируется в языке, соответствует ментальности народа. В языке ассимилируются только те знания, которые совпадают с существующей в нем системой категорий. Г.Г. Почепцов определяет языковую ментальность как «соотношение между некоторым участком мира и его языковым представлением. Под миром в определении языковой ментальности мы понимаем не только окружающий человека мир, но и мир, создаваемый человеком и нередко в большей части своего объема прекращающий свое существование, когда исчезает его создатель и носитель – человек, то есть мир речевых действий и состоянии» [31: 111].

Е.С. Кубрякова подчеркивает, что не только вненаучное знание является прагматически ориентированным – наука тоже «вырастает» из обыденных потребностей человека: «когниция охватывает любые формы постижения мира, а начинаются они с первых контактов человека с окружающей средой» [15: 10].

Научная категоризация, таким образом, почти всегда учитывает результаты естественной категоризации, закрепленные в языке, и что категории, выделенные обыденным сознанием, являются своеобразным субстратом научных категорий.

И научное, и естественное познание человеком окружающего мира имеет общую направленность – от перцептуального опыта к абстракции, от единичного к общему.

Однако научная категоризация отличается целенаправленным характером, обусловленным четко поставленными задачами, для решения которых каждая наука обладает специфической методологией и набором инструментов. А.Е. Бочкарев отмечает, что «классическая организация знаний предполагает иерархическую упорядоченность идей в умах людей в виде стройной системы подчиненных друг другу и четко определенных категорий – «сети маршрутов» с некоторыми узловыми точками в виде сложившихся в рамках объективного знания понятий» [4: 38].

Системность категориального освоения реальности достигаются наукой благодаря выявлению не только типичных характеристик объекта категоризации, но и вниманию к остальным его характеристиками, что не свойственно вненаучному познанию. Известно, что «при выделении предмета из ряда других происходит, по выражению В.Г. Гака, «поворачивание» его разными сторонами к субъекту. Человек видит эти разные стороны, но не все в одинаковой степени отчетливо – в связи с практическим освоением данного объекта, в соответствии с интересами и целями данного языкового коллектива [33: 49-50].

Стремления научной категоризации учесть все характеристики изучаемого явления ведет к более детальному структурированию научных категорий и к более высокому уровню абстракции.

Представление о категориях науки более точно раскрывает суть процесса категоризации и определяет категорию как формат знания, интегрирующий «в себе различные структуры знания: 1) знание общего концептуального основания для объединения тех или иных объектов; 2) знание самих объединяемых объектов и 3) знание принципов и механизмов их объединения, то есть категория может рассматриваться как определенная конептуальная структура интегративного типа [1: 29].

Список литературы