К. филол. н. Сидорова Ю.Е.

Донской государственный технический университет, Россия

«АЛЫЕ ПАРУСА»: МИФОЛОГО-СИМВОЛИЧЕСКОЕ ТОЛКОВАНИЕ ТЕКСТА

Сказка-феерия «Алые паруса» представляет собой удивительно живой текст, построенный на основе множественной символики, фольклорных мотивов, анимистических элементов. Герои придуманного мира А. Грина часто наделены экстраспособностями. Ассоль обладала даром, так как «сверх общих явлений видела отраженный смысл иного порядка». Грэя интересовало все то, что нельзя было понять вдруг; он находил в недосказанности особую ценность.

Автор использует эпитеты для характеристики художественного времени, породившего Ассоль и Грэя, словно объясняя закономерность появления своих персонажей. Удивительный мир населяют закономерно удивительные люди. Другие персонажи (мать Грэя, население Каперны, дети, которые сторонились Ассоль, – чуждые этому миру организмы).

Ассоль и Грэй принадлежат разным социальным группам, однако автор придает вторичность данному факту. Оба героя наделены гораздо более важными свойствами, подчеркивающими их схожесть: высокой чувствительностью, силой воображения, стремлением к мечте.

А. Грин переворачивает представление о соотношении социального и природного начал в человеке. Период становления личности у Ассоль и Грэя характеризуется отчуждением от ровесников, становлением странной самодостаточности, возможностью реального осязания воображаемого мира. Общим символичным пространством для героев, как бы предсказывающим их встречу, является море. Автор удивительно разнообразно описывает настроение моря, которое дымится, шипит, завывает, показывает ярость. Цветовая гамма (седой, золотой, стальной, синий, черный, белый, алый) и «звучание» морской воды («завывающая пальба огромных взлетов воды», «ярость валов», «шипел тихий прибой», «грохочущий бег», «стоны и шумы») позволяют читателю видеть, слышать, чувствовать настроение моря.

Морская доминанта переносится и на систему сравнений: автору видится подобие моря в других веществах и предметах: «Табак страшно могуч; как масло, вылитое в скачущий разрыв волн…», «…на плиту выплескивалась тогда дымная пена, и пар, поднимаясь с зашумевшей плиты, волнами наполнял кухню». А. Грин придает настроение стихиям и явлениям природы, очеловечивая их. Природа у Грина человекоподобна, ее портреты глубоко анимистичны: «…Влажные цветы выглядели как дети, насильно умытые холодной водой. Зеленый мир дышал бесчисленностью крошечных ртов…», в растениях обнаруживались «человеческие намеки - позы, усилия, движения, черты и взгляды».

Мифологическое, фольклорное организует магический интерес к тексту произведения. Упоминания о фавне, гноме, присутствие странника Эгля, имена персонажей, переложения обрядов, – мозаика мифолого-символических элементов предельно разнообразна. Море испытывает Грэя: мудрость и возмужание укрепляются в нем во время морского путешествия. Ассоль, не имея подруг, не становится злой или асоциальной, насмешки людей не меняют ее намерения дождаться предсказанной встречи. Своеобразную инициацию проходят оба героя: Грэй – через морское путешествие, Ассоль – через испытание чувством отчужденности от общества.

Сиволичны и имена героев. Как замечает Н.Б. Мечковская, «верой в магические свойства имени пронизан весь фольклор» [1, 59]. Волшебник, узнав, что девушку зовут Ассоль, восхищается: «Хорошо, что оно так странно, так однотонно, музыкально, как свист стрелы или шум морской раковины…». Имя главного героя, думается, тоже может быть истолковано как звуковая ассоциация. Состоящее из одного слога, включившее упругий звук [р], оно содержит в себе напоминание о чем-то ветрено-морском: волне ли, шторме ли… (Грэй), подводит к «лучшему представлению вещей и действий сильных, великих <…> великолепных» [1, 25].

Чувственное восприятие автора и персонажей находит свое языковое выражение в описании различных предметов, характеристике сил природы.

Объединяет Ассоль и Грэя способность видеть и слышать больше, чем другие люди; глубже понимать, сильнее верить. Волшебное, тайное представляется им естественным, простое не привлекает их внимания: «…Он не знал ни ее, ни ее имени, ни, тем более, почему она уснула на берегу, но был этим очень доволен…»; она «видела сверх видимого. Без этих тихих завоеваний все просто понятное было чуждо ее душе».

Предельно символичны и цвета, чаще прочих используемые автором: белый и алый, он же – яркий оттенок красного. В славянской мифологии эти цвета трактуются как символы брака: белая палуба под огнем алого шелка, громада алых парусов белого корабля, белый утренний час, белый муслин (платье Ассоль), белизна мачт и снастей и т.д. Перечень символов брака дополняет кольцо, которое Грэй надевает на палец спящей Ассоль. Для Грэя будущее – «чудесная неизвестность»; при первой встрече Ассоль тем сильнее притягивает его, что он не знает о ней ничего. Ассоль, взрослея, вполне осознает себя невестой, у которой уже есть нареченный. Этимологический словарь разъясняет: «Невеста буквально значит неизвестная, незнакомая» [4, 146].

Таким образом, мифолого-символический опыт прочтения данного художественного текста показал, как удивительно многообразны и связаны все «волшебные» элементы, создающие в своем единстве сказку.

ЛИТЕРАТУРА:

1. Краткая энциклопедия славянской мифологии / Н.С. Шапарова. – М., 2001. – 624 с.

2. Ломоносов М.В. О звукосимволизме // Русские писатели XVIII-XIX веков о языке. Хрестоматия в 2 т. под ред. Н.А. Николиной. – М., 2000. – Т.1. – 432 с.

3. Мечковская Н.Б. Язык и религия: Пособие для студентов гуманитарных вузов. – М., 1998. – 352 с.

4. Этимологический словарь русского языка / О.А. Шаповалова. – Ростов н/Д: Феникс, 2009. – 238 с.