История/1. Отечественная история

К.п.н. Евдокимова Е.В.

Новосибирский государственный педагогический университет, Россия

ЧАСТНЫЕ ЛИТЕРАТУРНО-ХУДОЖЕСТВЕННЫЕ ЖУРНАЛЫ НОВОНИКОЛАЕВСКА 20-Х ГГ. ХХ В.

Большинство частных сибирских изданий, выпускавшихся группами журналистов, литераторов и художников в начале 20-х гг. ХХ в., оказались недолговечными. Не вызывает возражения устоявшаяся точка зрения исследователей по поводу основных причин быстрого исчезновения журналов из медийного поля: поверхностное отражение ими проблем хозяйственного развития страны, ориентация на избранного читателя (интеллигенцию), отсутствие конкретного объекта критики в обличении недостатков – все это не давало возможности сибирским журналам стать конкурентноспособными среди изданий подобного типа.

Однако, по нашему мнению, основная причина, в результате которой частные журналы не могли продолжить свое существование, заключалась непосредственно в их характере, с которым не смогли смириться ни местные власти, ни редакции государственных печатных изданий.

В 1922 г. в Новониколаевске вышел частный литературно-художественный журнал «Таежные зори», который редактировал Константин Соколов.

В открытом письме, опубликованном в первом номере, К.Соколов заявлял о своем выходе из числа постоянных сотрудников журнала «Сибирские огни», который только что сам начинал свое существование, но уже претендовал на роль ведущего литературно-художественного сибирского журнала: «Архаичность редакции и стеснение в нем свободного проявления творческих достижений в области художественной литературы для себя считаю неприемлемым. Впредь до изменения остаюсь вышедшим» (Таежные зори, 1922, №1).

В связи с данным утверждением обозначалась цель нового издания: «Журнал ставит своей целью исключительно высшую художественность литературы и искусства вообще. В журнале будут помещаться все достижения сибирских писателей, поэтов, художников, без различия литературных и художественных школ и направлений» (Таежные зори, 1922, №1).

В первом номере журнала были опубликованы рассказы А. Смолякова «Путь», К. Урманова «Сказки степи – цветы мысли», Н. Алтайского «Взбудораженная заводь», стихотворения К. Соколова, Г. Вяткина, И. Воробьева, Б. Благодатного.

Планировался второй номер, сообщалось, что для него уже собран редакционный портфель. По замыслу К.Соколова, «Таежные зори» должны были состоять из 9 отделов. Главное место, несомненно, отводилось отделу беллетристики, в котором предполагалась публикация литературных произведений: рассказов, повестей, пьес и стихов. Не менее важное значение придавалось отделу под названием «Литературный мир», в котором должны были помещаться статьи и обзоры по вопросам литературы; отдел «Музыка» предполагал публикацию новых нот и статей; в отделе «Общее и прикладное искусство» планировалось воспроизведение художественных произведений сибирских художников, искусствоведческих статей; отдел «Театр» должен был включать статьи, обзоры сибирских театров, хронику, фотографические снимки. Разная информация по городам Сибири должна была найти отражение в отделе «У сибирских писателей, поэтов и художников». Особое значение придавалось отделам «По сибиреведению» и «Из прошлого», в которых предполагалось публиковать статьи «только выдающегося характера». Завершал журнал отдел «Библиография».

В качестве художественных бесплатных приложений журнал обещал высылать подписчикам картины и книги современных писателей.

Реакция «Сибирских огней» на появление нового журнала была моментальной: автор критического обзора вышедших в Сибири новых печатных изданий в основном критиковал «Таежные зори» за частный характер: «Подчеркивание характера журнала рассчитано на внимание брюзжащего на революцию мещанина-обывателя» (Сиб.огни, 1922, №3, с.174). Закономерно, что второй номер журнала так свет и не увидел.

Подобная участь постигла и сатирический журнал «Язви-те!», появившийся в Новониколаевске в апреле 1922 г. (редакторы — В. М. Мацкевич и И. Г. Калигин). Первый номер журнала вышел на 12 полосах, с одноцветными иллюстрациями, тираж составлял 4500 экз.

В статье редактора на первой полосе поэтично рассказывалось о появлении нового журнала: «Сегодня в страшных муках родился «Язви-те!». Мальчик, а может быть, и девочка, пока пол его окончательно не определен экспертами, щупленький, худенький, но злой, капризный и прожорливый. В первый же день он съел 10 пудов бумаги, гросс карандашей, полпуда типографской краски, одного неосторожного спекулянта и бюрократа. От разных лиц и учреждений прислано много поздравительных писем, телеграмм и подарков. От группы объединенных коммерсантов и просто спекулянтов лаконичная записка - «Разбойник» («Язви-те!, 1922, №1, с.1»).

Содержание журнала было направлено против нэпманов и обывателей. Первый и единственный номер журнала имел высокую информативность: в нем содержались призывы оказать помощь голодающим Поволжья и критика тех, кто отказывался им помочь; критиковался журнал «Сибирские огни», был представлен дружеский шарж на «бытописательницу Сибири» Л. Сейфуллину; значительное место отводилось сатире на международные темы: осмеивались «генуэзский концерт», огорчения белоэмигрантов в связи с упрочением позиций Советской России на международной арене и т. п.

Литературные произведения и карикатуры подписывались псевдонимами: Блок-нот, Пили Пильщик, Иван Стрелянный, Синяя птица.

Журнал сразу вызвал пристальное внимание со стороны местной власти, но не содержательная модель издания стала камнем преткновения, основные претензии были связаны с кандидатурой одного из редакторов «Язви-те!».

12 мая 1922 в Новониколаевский губком РКП поступило заявление И.Г. Калигина с просьбой одобрить его участие в сатирическом журнале. И.Г.Калигин, будучи членом партии, уверял, что он рассматривает свое участие в печатном издании для оказания на него партийного влияния, «при полном отсутствии препятствий к участию в «Язви-те!» со стороны сибирского областного государственного издательства». (ГАНО, Ф.10.Оп.1, д.382, л.89)

Реакция на заявление последовала незамедлительно. По поводу участия И.Г. Калигина в редакции «Язви-те!» особое мнение высказал заведующий орготделом Новониколаевского губкома РКП(б) А.И. Равдель. Возмущение органов местной власти вызвал сам факт появления несанкционированного журнала, который объявлялся «литературой, рассчитанной на буржуазного читателя с весьма низкопробным материалом». Однако главным предметом критики стал сам факт редактирования беспартийного журнала членом партии. В официальном письме А.И. Равделя акцентировалось внимание на постановлении ХI партсъезда об участии коммунистов в беспартийной прессе только в исключительных случаях, на что требовалось разрешение парткома.

И.Г. Калигин обвинялся в стремлении улучшить свое материальное положение редактированием «дешевенькой литературы», в удовлетворении желания беспартийной редакции, «стремящейся дискредитировать власть под каким угодно соусом» (ГАНО, Ф.10.Оп.1, д.382, л.91 12.05.22).

Через несколько дней, на заседании Сиббюро 18 мая 1922 г. был рассмотрен вопрос об участии коммунистов в частных изданиях. В результате губкомам предлагалось рассматривать ситуацию в каждом отдельном случае, принимая во внимание характер издания. Втором пунктом в резолюции был наложен запрет на участие коммунистов в журнале «Язви-те!». (ГАНО, Ф.10.Оп.1, д.382, л.89. 18.05.22).

Таким образом, частные сибирские литературно-художественные журналы не могли рассчитывать на длительное существование даже в условиях НЭПа. Ограничить сферу влияния частной периодики власть стремилась путем формирования общественного мнения с помощью авторитетных журналистов государственной прессы, а также принятием документов запретительного характера.

Литература

ГАНО, Ф.10.Оп.1, д.382, л.91.

ГАНО, Ф.10.Оп.1, д.382, л.89.