Алиева Л.А.

 соискатель ДГУ

 

 

Особенности формирования   памятников права народов Дагестана: Постановления Рустем-хана уцмия  Кайтага

 

 

«...Правдивое государство

прославляется и никогда

ни в чем не рас­каивается.!!!

 Рустем-хан  уцмий Кайтага

 

Одним из интересных и значимых государственных образований Дагестана является Кайтагское уцмийство. “Кайтак – название одного из наиболее могучих народов Восточного Кавказа”- пишет Г.Ю. Клапрот [1814].

       Письменных памятников о Хайдаке, как и во многих дагестанских языках, сохранилось немного. Одним из таких  считается «Постановления Кайтагского уцмия Рустем-хана», жившего в 15-16 веке. Сюда включен подлинный сборник Уцмиевских адатов, написанный на хайдакском языке. При переводе на русский язык, по неимению переводчика, знавшего хайдакский и русский языки, сборник подвергся переводу сначала на арабский, а потом на русский.

А. В. Комаров пишет: “Из владетельных лиц, обращавших особое внимание на адаты, известны: Кайтагский уцмий Рустем-хан, составивший из адатов и своих постановлений особый сборник, отданный им на хранение и для руководства кадию села Киша.

К нему обыкновенно обращались все жители Кайтага за справкой и указанием в сомнительных и спорных случаях… Омар-хан (Умма-хан) Аварский, умерший в 1082 году (дата по хиджри.), который старался установить единообразные адаты для своих владений и ввел много новых адатов.” Составленные таким образом своды: были введены в научный оборот, начиная с Х1Х века. Нами уже отмечалось, что почти в каждом сельском обществе, независимо от того, входило ли оно в их союз или в состав феодального владения, взаимоотношения его членов регулировались местными адатами. Дагестану принадлежат древнейшие сборники местных адатов. Анализируя их содержание, М. М. Ковалевский утверждал, что многое из того, что со­ставители относят к области обычного права, на самом деле имеет источником шариат. В качестве примера он ссылался на получившие широкое распространение в Дагестане формы судеб­ной присяги под названием хаттун-талах. «Из древнейших сборников дагестанских адатов, – указывал Ф. И. Леонтович, – нам известны в настоящее время четыре памятника: Сборник адатов аварского народа, составленный в XI в. (хиджры. – Л.А..) Омар-ханом (Умма-ханом) Аварским; Сборник адатов Кайтаха XII в. Он составлен местным уцмием Рустам-ханом; Сборник Кайтагских адатов, XVI в. Он составлен Кайтагским уцмием Ахметом, сыном уцмия Гасан – Али; Бежитские адаты». Далее он отмечал: «Есть основание думать, что собственно «перевод» адатов Бежидского округа составлен в новое время (чуть ли не в 60-х годах), в виде извлечения из нескольких древних арабских сборников, бывших исстари в употреблении в отдельных «наибствах» округа и сведенных в нашем «переводе» в один общий сборник».

Уже в начале XVI в. Кайтагское уцмийство выступает в Дагестане как значительное феодальное политическое объединение. Русский путешественник Афанасий Никитин, который побывал в Кайтаге в 1466 году, отмечал, что это было сильное княжество.

С ростом феодальной собственности усилилась эксплуатация крестьян-общинников, что вызвало их острое недовольство, нередко перераставшее в открытые выступления против местной знати.

В XVII веке Кайтагское уцмийство имело свой свод заповедных законов, состоявший из 7 глав и 107 статей, являвшихся регламентацией общественной и частной жизни кайтагцев на все времена. Главы своды имели название, и каждая из них начиналась со слов: «Кто будет беречь род свой, у того и голова будет цела».

М. М. Ковалевский на основе изучения хранившихся в Дербенте рукописей права датировал происхождение упоминаемого памятника годами правления уцмия Рустем-хана, вступившего во владение Кайтагом в 1601 году. То обстоятельство, что Рустем-хан был кайтагским уцмием в начале XVII в. подтверждается данными многих источников. Например, в документе о происхождении уцмиев, упоминается, что у Хан-Магомеда-уцмия был сын по имени Рустем-хан, который после смерти своего дяди Эмир-Хамзы (1588) стал уцмием в области Кайтаг. «Этот Рустем-хан был человеком весьма распорядительным. Он составил и утвердил письменно государственные законы. Население Кайтага в некоторые моменты обращалось к нему относительно затруднений в государственных делах». М. М. Ковалевский в статье, посвященной исследованию «Постановлений» Рустем-хана приводит убедительные доказательства, подтверждающие его вывод относительно времени возникновения кайтагского свода. В частности, он ссылается на А. Олеария, который, описывая свое путешествие, указывает: «14-го апреля вступил я в область Осман, иначе Исмин называемую, князь которой Рустем держит свой двор в местечке того же имени». Кроме того, М. М. Ковалевский ссылается на сохранившиеся три грамоты на имя Рустема: две грамоты выданы Рустему персидским шахом Абассом (1609, 1610) и одна получена от его преемника шаха Сафии (1629).

В трудах по истории Дагестана, составленных А. К. Бакихановым и Г. Э. Алкадари на основании более ранних источников, также отмечается, что Рустем-хан после смерти Султан-Ахмеда в 1588 году стал уцмием в Кайтаге и составил сборник законов.

Таким образом, можно считать, бесспорно, установленным, что сборник составлен в начале XVII в. кайтагским уцмием Рустем-ханом. Подлинник «Постановлений» Рустем-хана не сохранился, что серьезно затрудняет его исследование.

В рукописи, хранящейся в ЦГИА Грузии, указывается, что «при уцмие Рустем-хане все жители Уцми-Дарго (Кайтаг), собравшись в деревне Кишья, единогласно установили следующие адаты». А в его заключении все жители Кайтага призываются к беспрекословному выполнению установленных адатов.

Сборник Рустем-хана отражает сословное разделение общества и дает возможность определить правовое положение отдельных социальных групп. О степени развития феодальных отношений можно судить, исходя из тех норм сборника, где говорится о правах и привилегиях общества. Под термином «общество» следует подразумевать сельскую общину, или джамаат.

Судебные дела в общинах рассматривались беками. Свои судебные функции они осуществляли не единолично, а с участием созываемых для этой цели старейшин или, как сказано в «Постановлениях», «мудрых людей».

«Ежегодно, – читаем в «Постановлениях», – бек обязан собирать мудрых людей и по этим постановлениям разбирать тяжущихся и не оставлять без наказания ни вора, ни грабителя».

Бек не имел права единолично требовать от жителей, чтобы они вышли на войну: такое требование не подлежало исполнению. Если же он предварительно собирал «благоразумных людей», советовался с ними и на совете его требование утверждалось, то лицо, уклонившееся от участия в войне, подлежало штрафу в сто кари халбцалдика.

Когда бек нарушал этот адат и собирал войско самовольно, он также подвергался взысканию в пользу общества.

Обычаи ревниво охраняли вековые права кайтагских общин. Например, члену общины запрещалось под страхом штрафа спешить навстречу беку, объезжающему селения, и вообще являться к нему иначе, как по его вызову. «Если бек или чанка, – читаем в «Постановлениях», – приедет в какое-нибудь селение, то никто без позыва не должен приходить к нему. Если же кто пойдет к беку, будучи не позванным, с того брать сто кари хабцалдику»,что свидетельствует о существенном влиянии шариата на адаты, и в целом право народов Дагестана.

 Кайтагские джамааты, сохранявшие, относительную самостоятельность, осуществляли внутреннее самоуправление. При этом они руководствовались джамаатскими адатами.

  Возвращаясь, к историко-правовому анализу свода отметим что; источником судебника является обычное право кайтагов, уже получившее свое развитие в условиях становления феодального общества. Памятник свидетельствует о дальнейшем развитии и укреплении частной собственности; в период принятия судебника, т. е. в XVII веке, в Кайтаге, наряду с сохранением общинной собственности, была частная собственность на пахотные земли, скот, дома.

О росте и укреплении института собственности можно судить по нормам судебника, направленным на усиленную охрану частной собственности;-процесс укрепления частной собственности проходил параллельно с разложением семейной общины на индивидуальные семьи с отдельными хозяйствами.

Появление индивидуальной семьи вело, как видно из свода, к индивидуализации наказания и ослаблению кровнородственной солидарности; -нормы судебника отражают усиление неравноправного социального и имущественного положения членов общества в Кайтаге.

В отдельных нормах открыто провозглашаются привилегии феодальной знати. В период принятия памятника заметно стремление к укреплению политической власти уцмия как феодального владетеля.

Это вело к изживанию правового партикуляризма, что подтверждается установлением единообразных обычно-правовых норм на территории уцмийства, даже при похишении «когда же увезенная не пожелает вступить с увезшим ее в брак, то ее возвратить родственникам», то есть Постановление Рустем-хана все же допускает возможность криминального похищения и тут же закрепляет такое деяние наказанием «Если увезший женщину будет насильно удерживать ее, то убийство его считать безвозмездным».

Отсутствие в своде Рустем-хана гражданско-правовых норм (купли-продажи, наследования, завещания, дарения и др.) не говорит о том, что они не были известны в Кайтаге.

Все гражданско-правовые отношения регулировались шариатом. В «Постановлениях» Рустем-хана отражены такие уголовно-правовые понятия, как умысел, пособничество, стадии развития преступлений, отягчающие и смягчающие вину обстоятельства.

Перечисленные выше понятия являются категориями, возникающими в условиях классового общества. В Своде Рустем-хана не предусмотрены телесные и членовредительные наказания, лишение свободы и т. д.

Господствующими наказаниями были штрафы и выкупы значительных размеров, применение которых в интересах феодальной знати вело к усугублению неравноправного имущественного положения «Постановления» Рустем-хана подробно регламентируют кровную месть, ишкиль и другие институты патриархально-родовых отношений.

Несмотря на относительно широкое распространение обычаев кровной мести, ишкиля, похищения невест и др., они в Кайтагском обществе XVII века претерпели значительные изменения.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Источники и литература

1.     Комаров А.В. Народонаселение Дагестанской области ЭКОРГО, 1973, вып.8.

2.     Магомедов Р.М. Памятники истории и письма даргинцев XVII в. Махачкала, 1964.

3.     Минорский В.Ф. История Ширвана и Дербенда Х-Х1 веков. М., 1963.

4.     Темирбулатов А.  Газета « Дагестанская  правда» от 12.08.2011.

5.     Исмаилов М.А. История государства и права Дагестана. Часть I. – Махачкала: ИПЦ ДГУ. 2009