МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ОСНОВАНИЯ ТЕРАПИИ ИСКУССТВОМ В ПСИХОТЕХНОЛОГИЯХ ЛИЧНОСТНОГО РАЗВИТИЯ СУБЪЕКТОВ ОБРАЗОВАНИЯ.

Садыкова А.Б. магистр психолого-педагогических наук, психолог НИИ Психологии КазНПУ им. Абая.

Процесс гуманизации общества становится актуальной проблемой на современном мире и является неотъемлемой стороной благополучия людей. В этом контексте образование является фундаментом для продвижения новых тенденций, поскольку активно передает накопленный социокультурный опыт. Особая роль принадлежит технологиям передачи культурного опыта через междисциплинарные пути человекознания. Психологическая наука и практика занимает здесь ключевые позиции. Ведь в настоящее время запросы образовательной практики удовлетворяются за счет её новейших достижений. Группа исследователей НИИ Психологии КазНПУ им. Абая разработала принципиально новые подходы практикоориентированных инновационных психотехнологий, направленных на обеспечение психологической безопасности в развивающей образовательной среде с учетом этнокультурных аспектов.

Так, среди прикладных аспектов передачи социокультурного опыта для духовно-нравственного обогащения личности и здоровьесберегающих акмеоориентированных технологий в исследованиях сотрудников НИИ Психологии является применение немедицинской психотерапии творческим самовыражением. Многие результаты успешно внедряются в образовательный процесс, и нашли отражение в монографиях и учебных пособиях. Обучающие программы представлены на различных масштабны мероприятиях, среди которых Республиканские курсы повышения квалификации Института Семейного воспитания, РНПЦ «Дарын» г. Астаны, Семейный фестиваль UNITY г. Алматы, фестиваль «Привычка творить», организованный несколькими учреждениями совместно с НИИ Психологии КазНПУ им. Абая.

В данной статье мы рассматриваем научно-методологические основания для применения терапии творческим самовыражением в психотехнологиях личностного роста в образовательной среде. Эффективность терапией искусством и творческим самовыражением доказана многочисленными исследованиями. На данный момент все же нет единых в деятельности по психологическому сопровождению различных социальных сфер, отсутствует системность в применении технологий и методов. Это, очевидно, основная причина того, что эта деятельность не всегда приводит к ожидаемым результатам. Таким образом, возникает потребность в выработке обоснованных принципов и критериев эффективности применения арт-терапии в психологическом обеспечении учреждений различных социальных сфер.

Согласно международной классификации (European Consortium for Arts Therapies Education, 1999, 2002, 2005), психотерапия искусством представлена четырьмя модальностями: арт-терапией (психотерапией посредством изобразительного творчества), драма-терапией (психотерапией посредством сценической игры), танцевально-двигательной терапией (психотерапией посредством движения и танца) и музыкальной терапией (психотерапией посредством звуков и музыки). [1]

В мире отмечается все возрастающий интерес общественности к этому уже признанному направлению гуманитарной деятельности.
Но по причине многообразия теоретических представлений об арт-терапии и практических подходов к использованию арт-терапии, в настоящее время отсутствует ее общепринятое и исчерпывающее определение.
В дословном переводе с английского языка арт-терапия — (Art-therapy), означает «лечение, основанное на занятиях художественным творчеством» [1, c. 3], или «использование искусства как терапевтического фактора» [2, 3, с. 34]. В англоязычных странах арт-терпию (Art Therapy) «относят прежде всего к визуальным искусствам (живописи, графике, скульптуре, дизайну), к таким формам творчества, в которых визуальный канал коммуникации играет ведущую роль (кинематограф, видеоарт, компьютерное творчество, перфоманс и др.) [3, с. 3]. Более подробно это отражено в работах А. И. Копытина, Э. Крамер, М. Либман и других [1, 2]. По мнению В. Беккер-Глош в основе современного определения арт-терапии лежит художественное творчество, связанное с действием трех факторов: экспрессии, коммуникации и символизации [по 2]. М. Либман трактует арт-терапию, как использование средств искусства для передачи содержания психики человека с целью изменения структуры его мироощущения [4]. Мы придерживаемся понимания, предложенного Н. Д. Никандровым, где арт-терапию можно рассматривать, как слияние творчества и терапевтической (или консультационной) практики, как метод направленный на реализацию скрытой энергии в результате творческого осмысления, тренировки, личностного роста, как воздействие на мотивационную, эмоциональную, адаптивную сферу [5]. В зависимости от целей воздействия выделяют следующие четыре направления в арт-терапии: психофизиологическое, психотерапевтическое, социально-педагогическое, психологическое [6]:

Согласно нашим опросам, проведенным среди более 3000 специалистов образовательной сферы терапия искусством и творческим самовыражением, как метод немедицинской психотерапии признается доступным и эффективным способом работы. Регулятивная и коммуникативная функция реализуются в процессе формирования у человека ценного социального навыка, помогающего раскрыть логику и доводы ранее несознаваемых поступков, отклонений в своем поведении, воздействия собственной личности на окружающих и т. д. Катарсическая функция состоит, с одной стороны, в разрядке чувств, а с другой, в том, что арт-терапия (как исцеление) — это, прежде всего, собирание целостности личности [6]. Введение арт-терапии в психологическое обеспечение профессиональной и образовательной деятельности за счет уникального арт-терапевтического пространства, возникающего в процессе арт-терапии, создает в едином арт-терапевтическом процессе сочетание трех других: процесса индивидуализации, социализации и профессионализации личности учащегося, придавая этому процессу гуманистическую направленность.

Процесс индивидуализации в арт-терапии к примеру связан с формированием жизнестойкой и поленезависимой картины мира. Как отмечает Р. М. Грановская «Здесь надо иметь в виду, что существенная часть любой психотерапии — формирование на той же эмпирической базе более благоприятной картины собственной жизни. Новый взгляд на собственную историю помогает изменить свою жизнь и свое отношение к миру…» [7]. Творческая деятельность позволяет удовлетворять глубинные потребности личности, а обучение творчеством увеличивает вероятность замены деструктивных путей самоактуализацией.

В этом контексте НИИ Психологии КазНПУ им. Абая исследует арт-терапию как метод, включенный в инновационные психотехнологии, в рамках которых применялись методы терапии творческим самовыражением: «Аквариум», Мозговой штурм, технология «Открытое пространство» (ТОП), метод Кейс-Стади, технология «Интегратор», «Ролевая игра», технология «Push-pull», тренинги личностного роста и СПТ. Критерием применимости психотехнологии и метода в образовательный процесс мы выбрали их соответствие цели создания оптимальной развивающей среды. Такими составляющими среды учреждения являются: имидж учреждения и каждого участника, информационное содержание, коллектив учреждений. Условиями выступают здоровье (психологическое, физическое) и творческое личностно-профессиональное развитие.

Практическая психология и психотерапия нуждаются в новом содержании технологий и методов при психологическом обеспечении деятельности субъектов образовательного процесса, что позволит успешно осуществлять модернизацию национальной системы образования.

Литература

1. Копытин А.И. Теория и практика арт-терапии. СПб.: Питер, 2002. -368 с.

2. Пурнис Н. Е. Арт-терапия в психологическом сопровождении персонала М. Издательство «Речь», 2008

3. Психотерапевтическая энциклопедия / Под ред. Б. Д. Карвасарского. СПб.: Питер, 2000. 752 с.

4. Kramer E. Art as therapy. Collected Papers. New York. 2001. 272 p.

5. Никандров Н. Д. Духовные ценности и воспитание человека // Педагогика, № 4. 1998. С.3–8.

6. Артпедагогика и арттерапия в специальном образовании: учеб. для студ. сред. и высш. пед. учеб. заведений / Е. А. Медведева, И. Ю. Левченко, Л. Н. Комиссарова, Т. А. Добровольская. М.: Академия, 2001. 248 с.

7. Грановская Р. М. Творчество и конфликт в зеркале психологии. СПб.: Речь, 2006. 416 с.