Филологические науки/2. Риторика и стилистика

К.филол.н. Максютенко Е. В.

Днепропетровский национальный университет им. Олеся Гончара, Украина

Эрнест Дилуорт о стихии чувствительности

в романах Л. Стерна

 

В 1948 г. в научном издательстве Колумбийского университета увидит свет труд Эрнеста Невина Дилуорта под названием «Несентиментальное путешествие Лоренса Стерна» (“The Unsentimental Journey of Laurence Sterne”). Полемическая направленность исследования заявлена автором уже в заголовке текста. Дилуорт поддержит мнение ряда современников писателя, влиятельных литераторов,  биографов   Стерна   (Колридж,  Теккерей,  У. Кросс,  Р. Патни,  С. Ли, Э. Бейкер, Э. Госс), усомнившихся в приверженности английского романиста этико-эстетическому комплексу чувствительности, не только определившему  художественный строй произведений писателя, поведение его литературных героев, меланхоличного Тристрама и пылкого Йорика, но и ставшему предметом иронической рефлексии их создателя. В предисловии к монографии Дилуорт напомнит читателям о репутации Стерна как великого комического художника, нередко использовавшего маску «плакальщика» в своих романах (“…a great comic artist and also our Master Sniveller”) [1, p. ix].

Эрнест Невин Дилуорт (Dilworth, Ernest Nevin, 1912–1996) – известный филолог, более двадцати лет преподававший в Лихайском исследовательском университете штата Пенсильвания, приобрел известность как переводчик Вольтера, Буало, знаток творчества Стерна и Уолтера Сэвиджа Лэндора. Монография Дилуорта о Стерне высоко оценивается специалистами. Ее не забывают, напротив, к ней непременно обращаются литературоведы, принимающие    либо   оспаривающие   идеи   критика   (Э. Эраметса, А. Кэш, Р. Бриссенден, М. Баттестин, Т. Кеймер).   

Весомые,    яркие    наблюдения    А. Кэша, Р. Бриссендена, М. Тронской, В. Харитонова, К. Атаровой о том, что в прозе Стерна «субъективно-чувствительное» восприятие мира и человека подвергается иронической переоценке, представлено многозначно, где нет предпочтения ни «человеку разума», ни «человеку чувства», но доминирует «диалектика души»,  не противоречат позиции Дилуорта. Последний отнюдь не видит в Стерне рассудительного прагматика, далекого от идеализации человека. Он скорее предполагает, что Стерн воспринимает отдельную личность в многоцветье эмоций, переливов чувств и настроений. Тем более что в душе его героев, в особенности «Сентиментального путешествия» (1768), действительно, смешиваются, соперничая друг с другом, оттенки мимолетных эмоциональных состояний. Однако при всей психологической неоднозначности персонажей Стерна восхищение красотой бытия и тяга к благожелательности чудесным образом сохраняются.           

В разделе монографии, посвященном «Тристраму Шенди» (1759–1767), Дилуорт пытается понять, как поэтика чувствительности присутствует в романе, с какими ситуациями, темами, рассказанными историями соотносится и насколько сентименталистская топика отторгается либо, наоборот, органично сочетается с образом рассказчика-ирониста, мистифицирующего читателя с тем, чтобы показать, как прекраснодушное представление о чувствительности проигрывает полноте переживаний земных, страдающих, смешных, вызывающих сочувствие персонажей «Тристрама» [1, p. 10–32].

Дилуорт обратит внимание критиков, как много утрат выпадет на долю  Тристрама, как часто приходится его близким, друзьям сталкиваться с печальными обстоятельствами болезни, ухода из жизни, физических и духовных страданий дорогих их сердцу людей. Дилуорт напомнит, что к моменту создания мемуаров Тристрама его родные давно покинут этот мир. Однако нарастание атмосферы чувствительности в романе будет проявляться не только при упоминании всех тех, кого любил Тристрам, но и в историях, составивших содержание «Тристрама Шенди», одновременно трогательных и смешных, которые вызывают у повествователя спектр различных чувств (трагикомические обстоятельства рождения и жизненного пути Тристрама, смерть пастора Йорика, погибающего от избытка остроумия, сердечная привязанность друг к другу Тоби Шенди и капрала Трима).  Казалось бы, убедить аудиторию в том, что отклик, который испытывает читатель на события романа, предполагает эмпатию, эмоциональную заинтересованность, сочувствие, не составит труда, но Дилуорт подчеркнет, что у стихии чувствительности в «Тристраме Шенди» есть и иная сторона, она сопряжена с эксцентричностью героев, комическими нелепицами и неожиданными преображениями упомянутых сцен из трагических в комические.

В третьем и четвертом разделах «Несентиментального путешествия Стерна» Дилуорт соотнесет философские установки великого романа с особенностями натуры, жизненной истории самого автора [1, p. 33–79]. Исследователь в духе  жизнетворчества напомнит о важной детали, когда психологический тип рассказчика в «Тристраме» окажется для автора ролевой программой общения, и возникнет эффект слияния образа персонажа и сочинителя, что будет поддерживаться Стерном на протяжении его писательской деятельности и приведет к тому, что Тристрам и Йорик окажутся не только героями его текстов, но и участниками литературной жизни Лондона.

Дилуорт вновь обратится к теме чувствительности теперь уже в «Сентиментальном путешествии» и увидит неорганичность жизнерадостного, легковесного Йорика-путешественника, который всегда находится в состоянии влюбленности в очередную хорошенькую француженку, патетике морального чувства, идее жертвенности, столь важной для этического сентиментализма [1, p. 80–107].  И это отчасти сделает убедительным положение Дилуорта и других исследователей о том, что Тристрам и пастор Йорик – “unsentimental heroes”.

 

Литература:

1.     Dilworth E. N. The Unsentimental Journey of Laurence Sterne / Ernest Nevin Dilworth. – N. Y.: King’s Crown Press, 1948. – 140 p.