Философия /4.Философия культуры.

К.ф.н. Сапенок О.В.

Санкт-Петербургский государственный лесотехнический университет, Россия

Изобразительное искусство и наука: феномен рефлексивной симметрии (к постановке проблемы)

Переосмысление места и роли науки в культуре во многом обусловлено интеграцией научного знания в рамках его постнеклассического этапа развития. В настоящее время указанная интеграция характеризуется не только междисциплинарностью, но и взаимным обменом методами между гуманитарными и естественными науками, ориентацией на общие идеалы и нормы. Идеалы постнеклассической науки в целом обозначили преодоление резкого противопоставления естественнонаучного и социогуманитарного знания, технократического отрыва науки от общекультурных и гуманитарных ценностей, что по-новому выявило проблему отношения науки с другими формами культуры, в том числе с искусством.

Противопоставление науки и искусства имеет свою историю. Для античной культуры было несвойственно резкое разведение художественной и научной практики. Искусство Древней Греции (да и Рима тоже) тяготело к научности: яркими примерами этому стали знаменитое «золотое сечение», классический канон и энциклопедичность античных романов. Доминировавший в культуре того времени идеал единства истины, добра и красоты, требовал от теоретического мышления подчинения эстетическим требованиям. И в пифагорейской и в платоновской эстетике искусство рассматривалось как равное науке и философии средство познания мира. Даже в средневековой культуре с ее абсолютизацией сакральности искусства эти формы культуры не противопоставлялись: они существовали в целостности «семи свободных искусств» и были связаны между собой иерархическими отношениями. В рамках же ренессансной культуры искусство решало важнейшие научные задачи того времени. В этом плане оно выполняло функции научного познания, опережая зарождавшееся естествознание. Не случайно одна из центральных идей становящейся науки, что «Книга Природы» написана на языке математике, то есть математика является языком науки, была высказана Леонардо да Винчи и как художником, и как натурфилософом.

Обособление науки от искусства и искусства от науки началось в Новое время, в эпоху становления классической науки с ее сугубо механистическими установками. Тем не менее, наука, доминировавшая в культуре Нового времени, освободившись от синкретичности истины, добра и красоты, оказывала влияние на искусство, диктуя рационалистические идеалы и нормы такого художественного стиля как классицизм. Дальнейшему разрыву науки и искусства способствовало господство в культуре XIX века позитивистских установок, приведшее, в конце концов, к резкой поляризации «двух культур» - художественной (гуманитарной) и научной (естественнонаучной).

Однако ставшее традиционным к началу XX века противопоставление «рацио» науки эмоциональности и образности искусства не исключало признания того, что наука и искусство могут влиять друг на друга. В это время обсуждались возможности применения к науке эстетических критериев: так о красоте как критерии истинности математического доказательства (да и математической теории в целом) говорил французский математик и философ А. Пуанкаре [4]. Тогда же возникла и оформилась в целостную концепцию идея влияния научных и философских принципов на искусство. Например, в работах отечественного исследователя Е. Спекторского было проанализировано проникновение рационализма и геометрии в рамках художественной программы классицизма в искусство XVII века [9]. Однако следует признать, что за некоторым исключением (прежде всего, концепция Е. Спекторского) проблема взаимосвязи науки и искусства как форм культуры разрабатывалась преимущественно искусствоведами, а не философами. В отечественной традиции некоторые ее аспекты были затронуты и блестяще раскрыты в работах М.В. Алпатова, Б.Р. Виппера, Е.И. Ротенберга и других [1,2,5-8]. В зарубежной искусствоведческой традиции представителем школы М. Дворжака О. Бенешем на конкретном примере культуры XVI-XVII веков было проанализировано довольно часто встречающееся явление рефлексивной симметрии в истории науки и искусства. Речь шла об общности мировосприятия коперниканской астрономии и «пространственного виˊдения» Питера Брейгеля Старшего [2]. К сожалению, указанные идеи до сих пор не стали предметом философской рефлексии.

В настоящее время ощущается настоятельная потребность философского осмысления проблемы соотношения науки и искусства. Понимание науки в рамках социокультурной концепции как неотъемлемой составляющей общекультурного процесса, взаимодействующей с различными формами культуры – религией, искусством, моралью и т.п. позволяет по-новому осмыслить проблему соотношения искусства и науки и рассмотреть их как взаимопереплетающиеся и взаимодополняющие друг друга стороны единого процесса постижения и освоения человеком мира. Признание познавательной ценности искусства позволяет рассмотреть его в качестве особой формы познания мира наряду с обыденным и научным познанием. В отличие от обыденного художественное познание не ограничивается отражением единичного, а стремится к обобщениям, «схватывая» типическое (в чем можно увидеть родство «глаза художника» и «глаза ученого»). Чувствительность искусства к «духу эпохи» и выражение оного на специфическом языке – в образном строе и в устойчивых стилевых формах создают условия для функционирования искусства в качестве довольно ценного, исходного материала для социальных и гуманитарных наук.

В связи с этим следует признать эвристическую и методологическую значимость понятия «общекультурная картина мира». Ее выделение в качестве одного из понятий философского анализа науки и искусства вызвано необходимостью фиксации порождаемого каждой культурой обобщенного образа мира. На наш взгляд, ядро общекультурной картины мира составляют фундаментальные стержневые идеи конкретной эпохи, которые будучи связаны между собой, проникают во все сферы духовно-практического освоения мира – социогуманитарное, естественнонаучное, художественное, мировоззренческое и обыденное знание, приобретая в них специфические формы выражения в виде основных понятий, категорий и образов. На основе этих идей, по мере приобретения ими гносеологического и ценностно-нормативного статуса и формируется общекультурная картина мира, выражающая духовное единство и целостность конкретной культурной эпохи.

Таким образом, взаимодополнительность научного и художественного познания, а также феномен рефлексивной симметрии в науке и в искусстве различных культурных эпох можно выявить при исследовании общекультурных картин мира и характерных для них фундаментальных стержневых идей. Подобный философский анализ позволит пойти дальше обычных аналогий научной и художественной динамики и за привычным противопоставлением позитивного знания и художественного творчества обнаружить глубинные структуры, в рамках которых возникают данные различия.

Литература:

1. Алпатов М.В. Художественные проблемы итальянского Возрождения. - М.: Искусство, 1976. -288 с.

2. Бенеш О. Искусство Северного Возрождения. Его связь с современными духовными и интеллектуальными движениями. – М.: Искусство, 1973. – 264 с.

3. Виппер Б.Р. Введение в историческое изучение искусства. – М.: Изобразительное искусство,1985. – 580 с.

4. Пуанкаре А. О науке: Пер. с фр./Под ред, Л. С. Понтрягина.— 2-е изд.- М.: Наука. Гл. ред, физ.-мат. лит., 1990.- 736 с.

5. Ротенберг Е.И. Западноевропейское искусство XVII века. М.: Искусство (серия «Памятники мирового искусства», Вып. 4), 1971.- 520 с.

6. Ротенберг Е.И. Искусство Италии XVI – XVII веков. Избранные работы. М.: Советский художник, 1989. - 335 с. 

7. Ротенберг Е.И. Искусство готической эпохи. Система художественных видов. - М.: Искусство, 2001. - 233 с. 

8. Ротенберг Е.И. Искусство романской эпохи. Система художественных видов. М.: Индрик, 2007. - 255 с. 

9. Спекторский Е.В. Проблема социальной физики в XVII столетии. – М.: Наука, 2006. Т.2. – 540 с.