Николай Львович Сенников

профессор, заслуженный работник науки и образования,

обладатель Ордена Екатерины Великой за заслуги в области науки и просвещения (РАЕ)

О КРИЗИСЕ СУДЕБНОЙ СИСТЕМЫ ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫХ ПРАВ!

Учреждение и открытие Суда по интеллектуальным правам России в 2013 году ознаменовало начало действия судебной системы профессионально защищающей права интеллектуальной собственности с перспективой проекта защиты прав нематериального содержания прямо и/или косвенно связанных с личными неимущественными интересами формирующиеся под эгидой исключительных, нематериальных, моральных прав и компенсатора моральных ущербов, неотделимых от авторства и интеллектуальной творческой деятельности, а может быть защиты даже всего такого, что сопряжено с интеллектуальным началом личности и имеющее продолжение в полноте содержания прав человека и гражданина.

Задача суда по интеллектуальным правам была очень сложной вследствие того, что законодательство регулирующее процессы создания, регистрации, использования - оборот интеллектуальной собственности содержало явные пробелы, и противоречия норм 4 части гражданского кодекса РФ и их не согласованности с другими частями гражданского кодекса и иных нормативных регуляторов законодательства России.

Это можно было бы разрешить, укомплектовав состав суда специалистами, профессионально занимающимися и знающимися вопросы исключительных имущественных и личных неимущественных прав интеллектуальной собственности. Однако это не произошло. Как же обеспечить функционирование механизмов столь инновационной структуры судебной системы?!.

Для этого на базе суда по интеллектуальным правам учреждался Научно консультативный Совет Суда по интеллектуальным правам. Этот Совет и призван был объяснить и разъяснить многие и многие несогласованности законодательства по интеллектуальной собственности, а также журнал суда по интеллектуальным правам призванный освещать полемические рассуждения о конкретных и перспективных темах оборота интеллектуальной собственности.

По логике в состав Совета должны были войти специалисты, обладающие специфичными знаниями и способные применить эти знания по месту, существу, кругу лиц конкретного факта прецедента защиты прав интеллектуальной собственности с учетом практики и научных подходов познания тем поставленных вопросов осмысления. Эти специалисты, непосредственно занимающиеся разнообразными аспектами исключительных имущественных и личных неимущественных прав авторов, изобретателей, инноваторов должны были бы быть свободными и независимыми от утвердившихся заблуждений - суждений, тем более, что они эти суждения настоятельно требуют фундаментального переосмысления и правоприменительного совершенствования для того, чтобы концептуально определить систему схемы функционирования интеллектуальных прав во всех категориях времени, пространства, круга лиц в дефинициях норм права интеллектуальной собственности. Этим специалистам и предполагалось стать координаторами полноты толкования объединенного множества правомочий подпадающих под регламент действия исключительных имущественных, личных неимущественных и определенных законом и обстоятельствами общих прав интеллектуальной собственности предполагающих разработку правоприменительных алгоритмов, формул со многими переменными решение которых обеспечили бы функционирование судебных процедур всемерными способами.

И что же получилось в итоге в состав Научно консультативного Совета Суда по интеллектуальным правам были, зачислены специалисты и цивилисты, которые занимались вопросами интеллектуальной собственности или имели к этим вопросам какое-то косвенное отношение, а вся координация деятельности Совета была передана не участникам этого собрания с последующими процедурами избрания Председателя, Ученого секретаря, Аудиторов и выработкой Положения деятельности Совета и правил принятия легитимных решений, а фактическому руководству Суда по интеллектуальным правам при этом руководство Суда объединило в своем лице и функции судейства и науки - председательствующего, ученого секретарства и арбитра определяющего правоту и силу содержания высказываний выступающих.

Это непосредственно отразилось сразу же в выборе тем и содержания вопросов обсуждения деятельности Совета. Темы, начиная с первого заседания и последующие за этим заседаниях, рассматриваемых вопросов Научно консультативного Совета последовательно не содержали системного рассмотрения вопросов интеллектуальной собственности, а если нет системы, системных ориентиров, поиска инструментария правового механизма интеллектуальной собственности то, как можно обсуждать частности, вопросы, являющиеся лишь следствием системы конструкции авторства - личных неимущественных прав, исключительных имущественных коммерциализирующих объекты и действие общих прав предоставляющих полную возможность доступа к произведениям литературы, искусства, науки, техники, инновационного предпринимательства, ноу-хау.

По всем признакам первое заседание Научно консультативного Совета Суда по интеллектуальным правам должно было бы поставить задачи рассмотрения конструктивных особенностей всех форм факторов правовой защиты персональных прав авторства оформляющихся личными неимущественными интересами и связанными прямо или опосредованно с коммерческо имущественными исключительными интересами собственника объекта интеллектуальной собственности, а также порядком действия прав общества на гражданский оборот произведений, изобретений, инноваций, а вместо этого на повестку были вынесены вопросы которые должны были бы рассматриваться только после того как нашли свое утверждение категории защиты права авторства и права интеллектуальной промышленной собственности, прав на средства индивидуализации товаров, работ, а также мест их происхождения. Поскольку необходимое сделано не было, а поставленные на обсуждение вопросы являлись вопросами последовательно не логичного характера и из них вопросы, требующие чрезвычайно внимательного рассмотрения, например - это вопрос о добросовестности использования интеллектуальных прав и вообще по решению председательствующих лиц были приостановлены в обсуждении в процессе начала их рассмотрения еще до момента оформления, формирования правовой формулы понятия в юридической конкретизации категории рассмотрения.

«Дальше больше в смысле еще меньше» в смысле результатов последующего действия на заседаниях Совета – например заявленный вопрос обсуждения «права преждепользования» сразу же столкнулся с очевидным правовым нонсенсом, ведь никакого права преждепользования нет и никогда не было – есть факт преждепользования результата интеллектуальной творческой деятельности используемого без предусмотренного законом оформления этого результата в виде объекта интеллектуальной собственности и порождающий в свою очередь право послепользования (факт порождает право послепользования у его создателя) согласующееся с законом интеллектуальной промышленной собственности. Это очевидная вещь при внимательном осмыслении и соответственно данное несоответствие необходимо было бы должно правильным образом толковать на Совете и принять надлежащий документ, разъясняющий смысловое содержание понятия «права преждепользования» как «факт преждепользования» влекущий за собой законное «право послепользования». Но это вызвало бурю не согласия и председателя и большинства присутствующих на Совете участников, тут же выяснилось, что в Совете действуют какие-то «фракции» которые не позволят инакомыслящим говорить «вещи» не совпадающие с их «фракционными» суждениями. Комментарии как говорится, излишни наука права интеллектуальной собственности в Научно консультативном Совете Суда по интеллектуальным правам понимается как политика по интеллектуальным правам!!!

Интересно также отметить, что вся деятельность Совета протоколировалась и записывалась на видео в прямом доступе ведь это же фактический и документальный материал – так вот протоколы заседаний Совета по интеллектуальным правам не совпадали с содержанием выступлений на Совете, они писались кем-то в вольном виде, можно даже сказать в форме фантастики, и даже в текст выступлений на Совете включались лица не присутствующие на заседаниях но видимо каким то таинственным образом передающие свои идеи писавшим лицам эти протоколы заседаний Совета (и им этим отсутствующим даже приписывались новации озвученные другими выступающими докладчиками), – невольно вспоминаются цитаты из недавней классики государственного строительства … - они эти отсутствующие на Совете лица и теперь и всегда были, есть и будут в Совете, а может быть заседания совета проводились ими этими отсутствующими лицами в спиритическом сеансе!

Но есть ведь видео материалы, которые очень просто позволяют исключить неточности писавших протоколы заседаний Совета – именно это видимо и послужило к тому, что все видео материалы заседаний Совета по интеллектуальным правам были безвозвратно удалены их интернет доступа. То же можно и сказать о публичном рупоре научном журнале Суда по интеллектуальным правам, который таковым явно не является, потому что находится под контролем тех же «фракций».

В итоге, более правильно было бы написать «в остатке» научная и практическая деятельность Научно консультативного Совета Суда по интеллектуальным правам не проявила себя ни по содержание, ни по форме, ни по процедуре исполнения, а если нет сущностной и содержательной конструкции механизма защиты прав интеллектуальной собственности, то, как можно осуществить их защиту в натуре?!