Тафаев Г. И., Боровая М. А.

Чувашский государственный педагогический университет

имени И. Я. Яковлева

 

ТАТАРСКИЙ ИССЛЕДОВАТЕЛЬ Э. Р. ТАГИРОВ О

ПЕРИОДЕ КАЗАНСКОГО ХАНСТВА (XV – середина XVI вв.)

 

Приезд в Казань в октябре 2009 г. госсекретаря США Хиллари Клинтон и ее встреча с президентом Татарстана Минтимером Шаймиевым показали, что Запад заинтересован в сохранении национальных субъектов РФ.

Хиллари Клинтон прямо заявила о возможности прямого общения президента Республики Татарстан с президентом США Бараком Обамой и особо подчеркнула, что позиция М. Шаймиева всегда учитывается не только в США, но и на Западе.

Геополитики и политологи России понимают, что Запад пытался, и будет пытаться вмешиваться в дела РФ. Инструментом такого модульного проникновения являются: экономика, политика, техника, культура, религия.

На рубеже XX XXI вв. в мире произошла модульная революция мировых (модульных) цивилизаций (по Г. И. Тафаеву).

С. П. Хантингтон в работе «Столкновение цивилизаций» в главе VIII «Запад и остальные: межцивилизационные вопросы» писал, что в возникающем мире отношения между странами и группами из различных цивилизаций не бу­дут тесными и зачастую будут антагонистически­ми. И все же некоторые межцивилизационные от­ношения больше чреваты конфликтами, чем другие. На микроуровне наиболее напряженные линии разлома проходят между исламом и его православными, индуистскими, африканскими и западнохристианскими соседями. На макроуров­не самое главное разделение — «Запад и осталь­ные», и наиболее ожесточенные конфликты слу­чаются между мусульманскими и азиатскими странами, с одной стороны, и Западом — с другой. Самые опасные столкновения в будущем, скорее всего, будут происходить из-за заносчиво­сти Запада, нетерпимости ислама и синской са­моуверенности.

Запад — единственная из цивилизаций, ко­торая оказала огромный и временами разрушаю­щий эффект на все остальные цивилизации. Сле­довательно, взаимоотношения между властью и культурой Запада и властью и культурами дру­гих цивилизаций — вот наиболее всеобъемлю­щая характеристика мира цивилизаций. По мере того как относительное влияние других цивилизаций возрастает, утрачивается привлекательность западной культуры и не-западные жители все больше дове­ряют своим исконным культурам и все больше преданы им. В результате этого основной проблемой взаимоотно­шений между Западом и остальными стало несоответствие между стремлением Запада — особенно Соединенных Штатов — насаждать универсальную западную культуру и все снижающейся способностью делать это.

Падение коммунизма обострило это несоответствие, укрепив на Западе мнение, что идеология демократическо­го либерализма триумфально победила во всем мире, и по­этому она универсально приемлема. Запад, с его давними миссионерскими традициями, и главным образом Америка, полагает, что не-западные народы должны перенять запад­ные ценности демократии, свободного рынка, контролируе­мого правительства, прав человека, индивидуализма, гос­подства права и затем должны воплотить все эти ценности в своих институтах. Меньшинства из других цивилизаций с радостью принимают и поддерживают эти ценности, но в не-западных культурах преобладает другое отношение к этим ценностям: от широко распространенного скептициз­ма до жесткого противодействия. То, что для Запада — универсализм, для остальных — империализм.

Запад пытается, и будет продолжать пытаться сохра­нить свое высокое положение и защищать свои интересы, называя их интересами «мирового сообщества». Это выра­жение стало эвфемизмом (заменив «свободный мир») и призвано придать иллюзию правомочности в глазах всего мира действиям, отражающим интереса США и других за­падных держав. Так, например, Запад пытается интегриро­вать не-западные страны в глобальную экономическую сис­тему, в которой Он доминирует. При помощи МВФ и других международных экономических институтов Запад поддер­живает свои экономические интересы и вынуждает другие страны вести ту экономическую политику, которую счита­ет приемлемой. При любом опросе общественного мнения в не-западных обществах, МВФ несомненно заручился бы поддержкой финансовых министров и еще небольшого чис­ла людей, но подавляющее большинство высказало бы свое негативное отношение к нему. Люди согласились бы с Геор­гием Арбатовым, который описал чиновников из МВФ как «необольшевиков, которые обожают экспроприировать деньги других, насаждают недемократические и чуждые правила экономического и политического поведения и ду­шат экономическую свободу».

Жители не-Запада также не упускают случая указать на расхождение между принципами и поступками Запада. Лицемерие, двойные стандарты, излюбленный оборот «да, но...» — вот цена претензий на универсализм. Да, мы под­держиваем демократию, но только если она не приводит к власти исламский фундаментализм; да, принцип нераспрос­транения должен касаться Ирана и Ирака, но не Израиля; да, свободная торговля — это эликсир экономического рос­та, но только не в сельском хозяйстве; да, права челове­ка — это проблема в Китае, но не в Саудовской Аравии; да, нужно срочно отразить агрессию против обладающего не­фтью Кувейта, но не нападение на обделенных нефтью боснийцев. Двойные стандарты на практике – это неизбежная цена универсальных стандартных принципов.

Добившись политической независимости, не-заладные общества пожелали освободиться от экономического, во­енного и культурного господства Запада.  Восточноазиатские страны быстрыми темпами идут к тому, чтобы поравняться с Западом. Азиатские и исламские страны ищут быстрые пути сравняться с Западом в военном пла­не. Глобальные притязания западной цивилизации, сниже­ние относительной масти Запада, а также растущая куль­турная самоуверенность других цивилизаций делают дос­таточно   сложными отношения   между   Западом   и остальными. Природа этих взаимоотношений и степень их антагонистичности, однако, сильно различаются и делятся на три категории. С цивилизациями, бросающими вызов — исламской и синской, — Запад скорее всего, будет иметь в целом натянутые и зачастую антагонистичные отношения. Что касается отношений с Латинской Америкой и Африкой, то более слабые цивилизации, которые в определенной мере зависят от Запада, будут куда менее конфликтны, особенно Латинская Америка. Взаимоотношения Запада с Россией, Японией и Индией будут, вероятно, чем-то средним между двумя предыдущими категориями: здесь будут и сотрудничество, и конфликты, и эти три стержневых государства будут примыкать то к цивилизациям, бросающим вызов, то к Западу. Это «колеблющиеся» цивилизации между Западом, с одной стороны и исламской и синской цивилизациям с другой [1].

Таким образом, США и Запад в мире Минтимера Шаймиева и Татарстана хотят видеть своего геополитического союзника. Из разговора госсекретаря США Хиллари Клинтон с президентом Республики Татарстан стало ясно то, что США и Запад заинтересованы в контролировании мусульманскими территориями Российской Федерации.

Как отмечает С. П. Хантингтон, ислам должен проводить прозападную политику и иметь прозападное правительство. Казанское ханство ориентировалось на исламский мир и опиралось на татарские ханства: Сибирское, Ногайское, Крымское, Астраханское. Союзницей была Османская империя.

А. Дж. Тойнби в своей работе «Ислам, Запад и будущее» о борьбе западной цивилизации с исламской отмечал, что в прошлом ислам и Западный мир воздействовали друг на дру­га несколько раз в различных ситуациях и с переменным успехом.

Первое столкновение между ними случилось тогда, когда западное общество пребывало еще в младенческом возрасте, в то время как ислам был уже устоявшейся религией арабов в эпоху их подъема. Арабы к тому времени только что завоевали и объединили территории древних цивилизаций Ближнего Востока и пытались расширить свою Империю до всемирных масштабов. В этом первом столкновении мусульмане захватили почти половину владений западного обще­ства и едва не овладели ими целиком. Во всяком случае, они удерживали Северо-Западную Африку, Иберийский полуостров, голльскую «Готию»; а полтора века спустя, когда наша нарождавшаяся Западная цивилизация испытывала новый урон после падения империи Каролингов, мусульмане вновь выступили из своего африканского опорного пункта и на этот раз чуть не овладели Италией. Позднее, когда Западная цивилизация преодолела опасность преждевремен­ной гибели и начала стремительно развиваться, а исламское государство неудержимо клонилось к закату, роли по­менялись. Западные армии предприняли наступление по всему фрон­ту, протянувшемуся по всему Средиземноморью — от Иберийско­го полуострова через Сицилию до «заморской земли» Сирии, а ис­лам, атакованный одновременно крестоносцами, с одной стороны, и кочевниками Центральной Азии – с другой, был загнан в угол так же, как когда-то Христианский мир, вынужденный сдерживать непрекращающиеся набеги варваров с севера Европы и арабов с юга.

В этой смертельной схватке ислам, как и христианство, прежде, блистательно уцелел. Центральноазиатские захватчики были обра­щены в ислам; франкские оккупанты были изгнаны, а что касается земель, то единственным долговременным результатом крестовых походов оказалось возвращение в Западный мир двух исламских тер­риторий – Сицилии и Андалусии. Разумеется, экономические и культурные последствия этого временного отступления ислама были значительно весомее. В экономическом и культурном отношении побежденный ислам пленил своих завоевателей, подарив искусство цивилизации грубому, неотесанному Латинско-христианскому миру. В некоторых сферах человеческой деятельности, как, например, в архитектуре, исламское влияние распространилось на весь Запад­ный мир в так называемую эпоху средневековья;  что же касается двух отвоеванных территорий — Сицилии и Андалусии, то там ис­ламское влияние на государства-наследники Арабской империи было, естественно, еще шире и глубже. Однако, это был еще последний акт драмы, ибо попытка средневекового Запада искоренить ислам потерпела такой же полный провал, как и прежние попытки [2].

А. Дж. Тойнби и С. П. Хантингтон указали главной фактор – религию, являвшейся причиной в цивилизационной войны. Таким образом, становится понятно, что с эпохи Казанского ханства западные страны интересовались делами ислама в Московии, России. Возможно, к Казанскому ханству тяготела и Китайская империя.

                Татарские исследователи достаточно большое внимание уделяют этому отрезку своей истории (по Э. Р. Тагирову).

 

 

Я предлагаю следующие варианты цивилизаций:

1.     цивилизация кочевников (Империя хунну);

2.     цивилизация кочевников (Империя Аттилы);

3.     земледельческо-кочевая цивилизация (Волжская Болгария кагана Кубрата);

4.      земледельческо-городская цивилизация (Волжско-Камская Болгария);

5.     земледельческо-кочевая цивилизация (Золотая Орда);

6.     земледельческая цивилизация (Казанское ханство).

 

Геополитика Казанского ханства (1445-1552 гг.)

 

    

Э. Р. Тагиров в работе «Народ в пути…» о периоде Казанского ханства (XV - середина XVI вв.) пишет, что Казанское ханство появляется как новое феодальное государ­ство в результате децентрализации и распада Золотой Орды. В политико-административном устройстве казанские ханы вос­производят ордынскую государственную модель в уменьшен­ном масштабе. Динамичнее, чем в ордынский период, разви­вается хозяйство. Растет роль Казани как центра ремесла и активной внутренней и международной торговли. Казанское ханство становится одновременно и субъектом, и объектом геополитической конкуренции за гегемонию на востоке Европы, в которой активно проявляют себя три политические силы: Русское государство, Османская империя (чаще всего действо­вавшая через посредство вассального Крымского ханства), а также Великое княжество Литовское. Усиливается классовая диф­ференциация населения Казанского ханства, растут численность и влияние городских ремесленно-торговых слоев, развиваются образование и культура. Увеличивается население Казанского ханства, происходит этническое оформление и консолидация поволжских татар. Определяются основные элементы тюрко-татарской (казанской) субцивилизации: самодержавная власть хана, которая постепенно трансформировалась в сторону огра­ничения его компетенции, безусловный авторитет государственной власти и ее носителей, сословная и территориальная корпо­ративность, общинность и авторитет старейшин, коллективизм и личная свобода, исламское мировосприятие и религиозная веротерпимость.

На Руси в этот период завершается образование централизо­ванного феодального государства, происходит его территориальное расширение пока что за счет присоединения ранее самостоя­тельных русских княжеств к Москве. Централизация выражается в укреплении монархической власти, однако развиваются и политические институты сословно-представительной монархии (боярская дума, земские соборы), создается централизованный аппарат управления (приказы, система «кормления» на местах). Складываются традиционные основы российского типа цивилизации: неограниченная власть монарха, особая роль государства. Оформляются сословно-представительные и абсолютные монархии. Важным общественным явлением становится Реформация. В Юго-Восточной Европе и на Ближнем Востоке господствует Османская империя, которая в середине XVI в. достигает пика своего развития.

С момента основания она  была военно-феодальным госу­дарством, типологически сходным с другими империями Востока. Военно-ленная система земледелия предусматривала передачу государственных земель феодалам-воинам при условии несения ими службы. Османский феодализм с его военно-феодальной системой мог существовать лишь при условии расширения военной экспансии. Но, в отличие от феодализма европейского типа, османский строй не порождал в процессе своего разложения новых, более прогрессивных, экономических форм.

Расширение связей Казанского ханства XV —XVI вв., тради­ционно находившегося на исламско-христианском пограничье, оказавшегося на пересечении евроазиатских торговых путей и в связи с этим — в зоне столкновения интересов крупных восточноевропейских стран, делает его активным участником межцивилизационного диалога. Казань оказывает заметное куль­турное влияние на жизнь народов Поволжья, Приуралья, Сибири, России, Крыма, Литвы, Средней Азии. При этом усиливается и их обратное цивилизационное воздействие на процессы эволюции Казанского ханства.

Богатый исторический опыт строительства различных форм государственности, а также выгодное срединное геополитиче­ское положение между различными мирами предоставляли Казанскому ханству исторический шанс превратиться в модель централизованного национального государства, в субъект само­бытной цивилизации, равной другим мировым величинам. Но воспользоваться этим шансом не удалось. История отпустила ему для своей трансформации слишком короткое время [3].

Говоря о казанском периоде, Э. Р. Тагиров не затрагивает народы Среднего Поволжья, которые входили в его состав. Он считает, что основой (корнем) являлась Золотая Орда, но отдает должное и Волжской Булгарии.

 

 

Э. Р. Тагиров пытался объединить «булгаристов» - сторонников Волжско-Камской Булгарии (Болгарии) и «татаристов» - сторонников Золотой Орды.

Основную территорию Казанского ханства составляли север­ные и западные земли бывшего Булгарского государства, прости­равшиеся от реки Суры на Западе до реки Белой на востоке, от Верхнего Прикамья на севере до устья Черемшана на юге. Этни­ческий состав государства был представлен тюркскими и угро-финскими народами — булгарами, которых стали называть казан­цами или мусульманами, чувашами, черемисами (марийцами), вотяками (удмуртами) и др. Коме того, вместе с Улуг-Мухаммадом пришли и ордынцы, представлявшие кыпчакско-татарский элемент. Все вышеуказанные этнические общности приняли участие в формировании этноса казанских татар.

Население ханства распределялось по его территории не­равномерно. Наибольшая плотность населения характерна для Заказанья, что обусловливалось защищенностью края от набегов ногайцев [4].

Автор отмечает:

1)     казанцев (булгар);

2)     булгаро-мусульман (по Э. Р. Тагирову тюрки);

3)     чувашей, черемисов (марийцев), вотяков (удмуртов) – финно-угорские народы;

4)     татаро-кыпчаки (ордынцы).

Он считает, что все эти этносы приняли участие в этногенезе казанских татар. Такое утверждение верно, но следовало бы указать также на то, что чуваши формировались из «худых болгар» (по И. Н. Смирнову, Н. И. Ашмарину, В. Ф. Каховскому, Г. И. Комиссарову, В. Д. Димитриеву, Г. И. Тафаеву, Б. В. Каховскому, В. П. Иванову).

 

 

По Э. Р. Тагирову:

 

Подпись: позиция 
чувашских 
исследователей

 

Большая часть крупных селений традиционно располагались вдоль берегов больших рек, что позволяло активно заниматься торговой деятельностью. В меньшей степени было заселено Закамье, поскольку эта территория стала объектом ногайских набегов.

Государственный строй Казанского ханства, по мнению М. Г. Ху­дякова, сложился из двух составляющих — из старой булгарской основы и татарского элемента.

 

 

Характерной для татарских ханств была специфическая система управления и феодальное устрой­ство, в значительной мере наследовавшие ордынскую традицию, поскольку основателями ханства были джучиды. Так, ведущую роль в политической жизни, как минимум, трех государств — Казанского,  Касимовского и  Крымского ханств — играли «карачи» — представители четырех родов-кланов (Ширин, Барын, Аргын и Кыпчак). Позднее таким родом стал Мангыт, а М. Г. Ху­дяков называет также Седжеут и Мансур. Карачи составляли диван (совет) при хане, власть которого особенно возрастала при малолетних ханах. Сам же хан, располагаясь на верхней ступени властной иерархии и являясь верховным собственником земли, не обладал всей полнотой власти, так как она ограничивалась диваном. В ведении этого органа власти находились практически все важные сферы деятельности государства: финансы, управ­ление на местах, внешняя политика, войско. Особым институтом власти в Казанском ханстве был курултай — собрание с законо­дательными или даже учредительными функциями. В курултае участвовали, во-первых, представители духовенства, во-вторых, военные, в-третьих, князья и мурзы. Таким образом, курултай можно считать формой представительного собрания [5].

Аристократия была:

1)    из старой болгарской знати;

2)    из новой татаро-кыпчакской знати.

Следует отметить и то, что часть ассимилированной аристократии («худых болгар», черемисов, мордвы, вотяков (удмуртов)) была привлечена на службу ханству.

 

 

Социальная структура Казанского ханства была типичной для феодального государства. Здесь четко выделялись привилегированные сословия и основная масса населения. К числу первых относились князья, эмиры и беки. Большая часть феодалов была представлена мурзами (аналог русского дворянства), атланами (сравнимыми по статусу с детьми боярскими) и казаками (ратниками-дружинниками). Несмотря на то, что булгарская династия казанских правителей была смещена, местная булгарская знать инкорпорировалась в высшие слои нового государства. Основной функцией феодалов-тарханов являлась военная служба. Сообразно с нею вассал вместе с ополчением своей округи должен был явиться, но первому зову хана для участия в военных действиях. За эту службу хан жаловал ему суюргал, т.е. землю вместе с крестьянами. При этом хан оставлял за собой право лишать своего феодала земельных пожалований, если тот не выполнял условий договора.

Особое положение в ханстве занимало мусульманское духо­венство. Это объяснялось не только важностью духовно-идеоло­гической функции религии, но и ее регулятивной ролью, что особенно присуще исламу. Дело в том, что в Казанском ханстве, как и в других исламских государствах, правовые взаимоотно­шения в обществе регулировались нормами шариата. Сообразно с этим важная роль в государственной системе отводилась зна­токам мусульманского права.

В зависимости от светских и духовных феодалов жил простой люд — «халык» (народ), «куллар» (дворовые слуги). Сельское население обычно жило общинами. Хотя существовала торговля пленными или привезенными из других земель рабами, работорговля и использование рабского труда не достигли такого развития, как в большинстве стран Востока. Пленным («чуралар») нередко давали землю, они, получив свободу, становились крестьянами [6].

О мусульманском духовенстве Э. Р. Тагиров пишет, о языческом – нет. Как известно, татары составляли до 30% населения ханства, остальные были чуваши, марийцы, удмурты, из которых 99% оставались в язычестве, и лишь 1% - принял ислам (из народов Среднего Поволжья). Необходимо учитывать и то, что в ханстве до 100 человек было русских пленных (христиан).

Можно выделить такие термины, которые обозначаются по-чувашски (староболгарский язык):

1)     халǎх – халык – народ;

2)     чура – чуралар – раб;

3)     тарçа – работник

Экономическая жизнь Казанского ханства базировалась на сельском хозяйстве, торговле и ремесленном производстве. В сельском хозяйстве доминировали земледелие и скотоводство. Земледельческая культура основывалась на традициях булгарской цивилизации. Обработка почвы производилась орудиями труда, известными еще со времен Волжской Булгарии. В зависимости от типа почвы использовался либо сабан - тяжелый плуг, либо двузубая соха Ассортимент выращиваемых культур был весьма обширным: пшеница, гречиха, просо, рожь, полба, горох, чечевица. Скотоводство было стойлового типа.

Отметим, что Э. Р. Тагиров использует термин «булгарская цивилизация». Мы знаем, что еще в начале XX века русский профессор И. Н. Смирнов ввел понятие «болгарская цивилизация», а мною еще в 1999 г.  на основе работ И. Н. Смирнова широко внедрялись термины:

·        древнеболгарская цивилизация;

·        болгаро-суварская цивилизация;

·        генезис древнеболгарской цивилизации;

·        древнечувашская (древнеболгарская) цивилизация;

·        новотюркская цивилизация;

·        старотюркская цивилизация.

Необходимо указать, что в изданной книге нет историографии проблемы.

Э. Р. Тагиров в теме «Казанское ханство в системе геополитической конкуренции и межцивилизационного диалога на Востоке Европы» о борьбе между Казанией и Московией пишет, что Сахиб-Гирей вел в отношении Руси достаточно успешную внешнюю политику. Ему удалось заключить мирный договор с Василием III на условиях выплаты дани «по уставу древних времен».

Русское государство не могло смириться с потерей контроля над Казанским ханством. Набор средств и методов восстановления влияния в регионе варьировался в зависимости от ситуации в тот или иной период как в самом Русском государстве, так и в Казанском ханстве. К примеру, вскоре после того, как в 1524 г. Сахиб-Гирей, оставив казанский престол племяннику Сафа-Гирею, покинул Казань (чтобы занять крымский престол), русские войска напали на столицу ханства. Они разорили посад, но овладеть крепостью не смогли.

Безрезультатные попытки взять Казань силой, а также успеш­ные действия казанских отрядов в тылу врага вынудили Василия III действовать иным способом — через промосковскую партию в Казани. Смена тактики оказалась удачной: в 1531 г. Сафа-Гирей был свергнут, и на ханский престол пригласили касимовского царевича Джан-Али.

Следует отметить, что промосковская группировка опиралась на:

1)     представителей аристократии Горной и Арской стороны (чувашей);

2)     чувашскую аристократию, но худоболгарская аристократия не желала:

a)     ассимилироваться;

b)    исламизироваться;

c)     отказываться от чувашского языка;

d)    платить большие, непосильные налоги Казани;

e)     принимать активное участие в военных походах против Московии (России).

Конечно, исламско-казанская знать не хотела терять Горную сторону, где проживало от 180 до 200 тыс. чувашского языческого населения.

Р. Г. Худяков четко указал, что одна из главных причин поражения Казанского ханства являлось «отторжение Горной стороны» и «невозможность вовлечения населения данной территории в казанское ополчение».

Р. Г. Фахрутдинов отрицательно относится к  «отторжению Горной стороны».

Э. Р. Тагиров далее отмечает. Все мероприятия Джан-Али определялись инте­ресами промосковской группировки, что вызвало бурю негодо­вания среди значительной части казанского общества. Поэтому его правление, а точнее, правление московской партии продол­жалось недолго. Уже в 1534 г. Джан-Али был низложен, и на ханском престоле вновь оказался Сафа-Гирей.

На этот раз он противопоставил себя не только московской партии, но и местной казанской знати. Ключевые позиции в ханстве заняли крымцы. В ответ на это местная аристократия организовала мятеж, в результате которого Сафа-Гирей бежал к ногайцам, а в Казани престол занял ставленник Москвы Джан-Али. Но вскоре Сафа-Гирей при поддержке ногайцев и крымцев вернул себе престол. Продолжив, поли гику возвышения крымской знати, он снова вызвал негодование казанцев, которое вылилось в вооруженное выступление местной знати. Москва, не оставлявшая планов возведения на казанский престол собственного ставленника, прислала Шах-Али. Однако последний, правил недолго, так как Сафа-Гирей, заручившись поддержкой тестя — ногайского мурзы и крымского хана, вскоре восстановил свою власть в Казани. После смерти Сафа-Гирея ханом был провозглашен его малолетний сын Утямыш-Гирей. Хотя официальным регентом при нем была мать-царевна Сююмбике, реальная власть принадлежала представителям крымской партии.

На фоне экспансии Русского государства в восточном направ­лении крымцы не сумели организовать эффективные контрме­роприятия. Более того, Москва навязала казанцам соглашение, в соответствии с которым на престол был посажен Шах-Али, а Утямыш-Гирей и Сююмбике были отправлены в Москву. Было ясно, что новая власть будет действовать в интересах русского правителя. Действительно, в 1551 г. курултай дал согласие на присоединение к Русскому государству правой стороны Волги.

1)     Делегаты (аристократия) от Горной и Арской земли оказались на курултае в большинстве.

2)     С октября 1546 г. вся Горная сторона (Чувашия) была освобождена в ходе национально-освободительной войны против Казанского ханства.

Э. Р. Тагиров, Р. Г. Фахрутдинов и многие татарские историки не признают факта освобождения от казанцев и мирного вхождения Чувашии в состав России.

Они придерживаются позиции:

·        отторжение;

·        оккупация;

·        присоединение.

 

Это решение вызвало бурю негодования в казанском обществе: Шах-Али был смещен, а престол занял астраханский царевич Ядыгар.

Однако этот шаг уже не мог спасти Казанское ханство в октябре 1552 г. Иван IV после месячной осады штурмом взял Казань и присоединил территорию ханства к Русскому госу­дарству.

Явив собой модель строительства и развития самодостаточной, ориентированной на внутренние ресурсы экономики и «высокой культуры», продемонстрировав во взаимоотношениях с соседями и на международной арене классические формы торговли и дипломатии, обогатив исторический опыт человечества традициями миростроительства и миротворчества, Казанское ханство как наследник и продолжатель хунно-тюрко-татарской цивилизации в силу сплетения внутренних и внешних причин, объективных и субъективных обстоятельств через два столетия сошло с исто­рической арены. После неоднократного «выброса» мощной пассио­нарной энергии Казанскому ханству, как и любой другой циви­лизации (субцивилизации), требовался «тайм-аут» — время для восстановления сил, «переналадки» структур общественного организма, поиска новых ресурсных источников. С задачами подобного рода обычно не справлялись цивилизации, исчерпавшие свои внутрисистемные ресурсы до полного обескровливания, до нарушения своей иммунной сути и генотипного кода. Казанская культура при всех нарушениях ритма развития и нормального функционирования была далека от стадии саморазрушения. До этого рубежа Казанское ханство успело выполнить своенравное историческое предназначение: продолжая движение в прототюркском цивилизационном русле [7].

1)     Следует отметить, что Э. Р. Тагиров не говорит о национально-освободительной войне Чувашии против Казании (1456-1552 гг.).

2)     Он отмечает, что «в 1551 г. Курултай дал согласие на присоединение к Русскому государству правой стороны Волги».

3)     Мы считаем, что договор, заключенный Московией с Чувашией показал, что чувашская аристократия и народ добровольно вошли в состав России.

4)     С 1546 г. вся Горная сторона Чувашии была освобождена вооруженными силами объединенных русских и чувашских военных отрядов.

5)     Все татарские авторы отрицательно относятся к чувашскому восстанию и вхождению Чувашии в состав России.

6)     Автор данной статьи впервые стал использовать термины:

- тюрко-татарская цивилизация;

- татаро-кыпчакская цивилизация;

- казанская (татарская) цивилизация.

Почему Чувашия восстала и обратилась за помощью к России? Выдающийся чувашский историк и археолог В. Ф. Каховский о положении чуваш писал, что не отличались от тех порядков, какие раньше существовали в Зо­лотой Орде. Верховная власть принадлежала хану и крупным феодалам. Они имели обширные земельные владения.

Татарские феодалы жестоко угнетали подвластные народы — чувашей, марийцев, мордву и удмуртов, которые вынуждены были платить хану десятинную подать (ясак) натурой и деньга­ми. Кроме того, крестьяне платили подать за свои земельные участки, выполняли разные тяжелые феодальные повинности: должны были служить в ханской армии, снабжать ее продоволь­ствием и т. д.

Плодородные земли Чувашии были захвачены приближен­ными хана, представителями казанской администрации, мусуль­манского духовенства и военнослужилыми людьми. В своих владениях казанские феодалы жестоко угнетали крестьян поко­ренных народов и русских пленных, захваченных во время похо­дов на русские земли. Трудовое население угнетали также чувашские князья и служилые люди  (тарханы), которые за усердную службу хану были освобождены от налогов и повин­ностей. Крестьяне, принадлежавшие землевладельцам, находи­лись на положении крепостных людей. Основная масса крестьян Чувашии вынуждена была платить большие налоги (ясак и другие подати) и выполнять тяжкие повинности. Это были ясачные люди. Они владели землей, которая считалась собственностью хана.

Чувашский народ испытывал национальный гнет: ханская администрация состояла в основном из татарских феодалов, ко­торые пренебрежительно относились к языческим обычаям и нравам чува­шей. Мусульманские феодалы насильственно насаждали среди чувашей ислам.

В Чувашском крае господствовало натуральное хозяйство. Чуваши по-прежнему усердно трудились на полях. Земля обра­батывалась с помощью тяжелого плуга старобулгарской конст­рукции. Чувашские крестьяне выращивали рожь, пшеницу, пол­бу, ячмень, овес, горох, коноплю и лен. В земледелии преобла­дала двухпольная система, лишь местами внедрялось трехполье, а в лесных районах сохранялись и подсечный, и переложный способы.

Поскольку земледелие являлось ведущим занятием чувашей, то их жизненный уклад определялся земледельческим календа­рем, в котором названия месяцев связаны с теми или иными ви­дами сельскохозяйственных работ: ака уйǎхě — месяц яровой пашни (апрель, часть мая), çěртме уйǎхě — месяц паровой паш­ни (июнь), утǎ уйǎхě — сенокос (июль), çурла уйǎхě — месяц серпа (.август), авǎн уйǎхě — месяц молотьбы (сентябрь) [8].

Чувашский народ как мог, сопротивлялся грабительским набегам татар, но силы  были неравными. В борьбе за освобождение от ханского ига чуваши обратились к русскому народу за помощью.

Выводы

1.     Чувашия очистила свою территорию от ханской аристократии в ходе национально-освободительной войны 1546 – 1552 гг.

2.     Чувашская аристократия и народ добровольно вошли в состав России.

3.     Татарский исследователь Э. Р. Тагиров, используя термины «болгарская цивилизация», «казанская цивилизация» не указывает на историографию проблемы.

4.     Разногласия по многим проблемам татарской и чувашской истории будут сохраняться и в последующие годы.

 

Литература:

1.     Хантингтон, С. П. Столкновение цивилизаций / С. П. Хантингтон. – М., 2003 . – С. 281-284

2.     Тойнби, А. Дж. Цивилизации перед судом истории / А. Дж. Тойнби. – М., 2003. – С. 381-382

3.     Тагиров, Э. Р. Народ в пути / Э. Р. Тагиров. – Казань, 2008. – С. 37-38

4.     Тагиров, Э. Р. Там же. – С. 145

5.     Тагиров, Э. Р. Там же. – С. 146

6.     Тагиров, Э. Р. Там же. – С. 147

7.     Тагиров, Э. Р. Там же. – С. 155-156

8.      Каховский, В. Ф. Родной край для 7-8 классов / В. Ф. Каховский. – Чебоксары, 1977. – С. 24