Международная конференция «Научная мысль информационного века»

Музыка и жизнь: 1. Музыка: изучение и преподавание.

О.С. Крупко

Луганский областной колледж культуры и искусств, Украина

Особенности образного строя в фортепианных пьесах П.И.Чайковского

Каждый педагог знает, как трудно играть фортепианные миниатюры П.И. Чайковского. Легкость их интерпретации – результат сравнительной доступности фактуры – не больше, чем иллюзия. И, однако, эта кажущаяся доступность приводит к тому, что пьесы Чайковского играют все, даже дети и подростки. «Проблема фортепианного Чайковского» существует и горячо волнует педагогов.

Цель работы – систематизировать закономерности, присущие образному строю и драматургии фортепианных произведений П.И.Чайковского и найти пианистические средства, необходимые для воплощения особенности музыки композитора.

Задачей работы является определение некоторых сторон специфической выразительности музыки П.И.Чайковского в ее различных средствах.

В исследовании музыкального языка композитора сделано не так много. Несомненную ценность представляют работы Б.Асафьева, статьи Д.Житомирского, в которых было рассказано о некоторых важнейших явлениях в музыкальном языке П.И.Чайковского. Много проницательного содержит капитальный труд А.Альшванга «П.И.Чайковский». Ряд важных проблем поднимает и решает книга Л.Мазеля «О мелодии» (раздел «Основные черты мелодики Чайковского»). В аналогичном отношении существенна глава, посвященная П.И.Чайковскому, в учебнике «История русской музыки» Ю.Розановой. Аналитические находки имеются в работе В.Цуккермана «Выразительные средства лирики Чайковского».

Самое своеобразное и впечатляющее в интонационном языке Чайковского принадлежит лирике, достаточно широко понимаемой. Лирика у Чайковского есть основное; она излучает свои способы выражения в другие области; средства драматизма в значительной степени коренятся в средствах напряженной лирики [6,с.6]

П.И. Чайковский никогда не рассматривает явления однолинейно: в светлом нередко находит теневое, в волнении – еще большую его интенсивность, в грустной тоске – тревожную силу. Каждая эмоциональная ситуация вскрывается как конфликтная, со всеми заложенными в ней противоречивыми устремлениями. Композитор придерживается определенного принципа внутреннего развития. В начале пьесы обычно помещается краткий тезис – исходный психологический импульс, который сменяется музыкальным развитием, противоположным по эмоциональному смыслу. Начинается продолжительная борьба двух контрастирующих устремлений. Действие концентрируется на одном важнейшем мелодическом обороте. Его развитие, чаще секвенционное, образует волну эмоционального подъема. Она может быть единой по своему внутреннему дыханию либо состоит из ряда более мелких волн. Это своего рода душевная реакция на первичное состояние. В результате общая психологическая ситуация обогащается и круто осложняется. Такое характерное обострение отчетливо прослеживается в большинстве фортепианных пьес П.И. Чайковского [4, c. 6]. Вскрыть на примере самых различных пьес смысл этого явления, показать черты, общие для стиля П.И. Чайковского, – вот первое пожелание педагогу, первое условие успешной работы студента.

Попытаемся проследить основную нашу мысль на примере пьес «Детского альбома». Вслушаемся в «Утреннее размышление». Ребенок еще только просыпается, мир и покой в его душе. Но уже сразу рождается будто вопрос-сомнение. Окружающее видится не светлым и лучезарным, а с переходами к намечающейся грусти, томлению. Первые два такта – полный покой, статика. Второй двутакт заключает устремление в иную душевную тональность, поворот к чему-то печальному, какой-то вопрос. Следующий далее единый по дыханию четырехтакт содержит развитие этого состояния.

Во втором предложении волной объединяются четыре такта, кульминация достигает еще большей остроты. В «Утреннем размышлении» процесс обострения играет двоякую роль: с одной стороны, вносит оттенок щемящей тоски, а с другой – просветляет общий колорит. Так, каждый раз намечающееся отклонение в минор неожиданно переключается в мажор, возвращает слушателя к более спокойному, умиротворяющему настроению. Тут как бы борются две тенденции – к созерцанию, неподвижности и к оживлению (как своего рода динамическая реакция на стремление к покою).

В пьесе «Новая кукла» обострением служит ведущее к кульминации второе предложение с отклонениями в до минор и ре минор. И здесь два настроения: восторженная детская радость и волнение с оттенком грусти.

Аналогичная картина и в пьесах «Игра в лошадки», «Мама», «Старинная французская песенка»: экспозиция исходного образного «зерна» уступает место контрастирующим состояниям. В пьесе «Игра в лошадки» это некоторая драматизация (средний раздел). Дети беззаботно резвятся, забавляются – и посреди игр вторгаются полосы нарастающей тревоги, омрачения, словно опасности, подстерегающие шалунов. Прозрачно светел облик матери (пьеса «Мама»). Тепло, ласка защищают дитя от жизненных невзгод и неприятностей, но тоскливое волнение набегает и здесь: появляются более взволнованные, «озабоченные» интонации [1, c. 38]. В «Старинной французской песенке» – переход от тихой печали к усилению щемящего начала. В «Похоронах куклы» сдерживаемая сначала тихая скорбь сменяется нагнетанием напряжения. Центральный раздел словно концентрирует всю боль, дает прорыв сдерживаемого растущего горестного чувства. Музыкальное развитие неудержимо увлекает к драматической кульминации.

Игрушечно параден «Марш деревянных солдатиков». А в среднем разделе как блик – маленькое обострение. «Зимнее утро» раскрывает не только настроение бодрости, несколько холодноватой суровости, но и порывы настоящего волнения.

В некоторых случаях обострение появляется не сразу, а после более длительной экспозиции первоначального состояния. Например, в «Вальсе» веселое кружение танца несет не только беспечность, счастливое упоение, но и эмоции, далекие от детской безмятежности. Драматизация происходит в среднем эпизоде до минор. Главный тезис в «Мазурке» – мужественная энергия, страстный призыв – уже во втором четырехтакте сменяется грациозной капризностью, нерешительностью, возможно, и грустным сожалением или мольбой. В «Бабе-яге» страшное особенно нагнетается в мрачной концовке пьесы.

Многие из упомянутых контрастных состояний в «Детском альбоме» едва угадываются, проявляются иногда лишь намеками, в виде ростков тех мощных психологических движений, которыми насыщенны другие фортепианные произведения П.И. Чайковского [3, c. 103]. Из этого вытекает второе пожелание педагогу: сопоставить моменты обострений в различных фортепианных произведениях композитора.

Думается, нам и нашим учащимся (или студентам) легче будет почувствовать и легче понять смысл обострений и в каждом конкретном случае, и во всей музыке П.И. Чайковского, если привести сравнения родственных ситуаций и ощутить их глубинную, кровную связь. Ведь любая, самая маленькая пьеска композитора отражает и какие-то иные закономерности, и вне этих контактов нельзя постичь ее истинную сущность.

Третье пожелание педагогу – сопоставить внутри цикла пьесы контрастного содержания, чтобы студент (или учащийся) смог полнее почувствовать своеобразие процессов обострения. В результате сравнения пьес эмоциональная окраска каждой миниатюры для пианиста будет меняться.

Четвертое пожелание педагогу – помочь студенту (или учащемуся) осознать пианистические средства, необходимые для звуковой реализации рассматриваемой особенности музыки П.И. Чайковского.

Интонирование мелодики П.И. Чайковского ставит перед пианистом труднейшие задачи. Она сочетает в себе несколько противоположных свойств: большую хрупкость, сердечность, тонкость с напряженностью. Одна фраза стремительно подхватывает другую. В этом смысле пьесы композитора строятся на едином дыхании [2, c. 113].

Весьма существенно значение и средних голосов. В одном из средних голосов помещается мелодия, контрапунктирующая главной. Это способствует драматизации общего звучания.

Чтобы достичь большой внутренней насыщенности ведущего голоса, необходимо и линию развития баса слышать как выразительнейшую мелодию.

И наконец, последнее пожелание педагогу – помочь студентам (или учащимся) почувствовать прием обострения как особое качество, присущее всему строю музыки П.И. Чайковского. А переживаются эти чувства у композитора как конфликтные, пробуждающие в душе могучие силы. Обострение есть признак жизненного динамизма, а не слабости и безволия. Тем самым оно обогащает наше представление о мире. Отсюда вытекает и прямая задача педагога – научить студентов (или учащихся) видеть мир «глазами Чайковского», мир сложный, конфликтный.

Вывод: подготовка сознания студента (или учащегося) к восприятию подлинной глубины жизненных явлений, неоднозначности человеческих чувств, борьба с примитивными представлениями о П.И. Чайковском, с заземленностью и прямолинейностью трактовки его фортепианных пьес как преимущественно элегических есть одна из важных забот педагога. А как эту задачу решать в каждом индивидуальном случае – пусть ищет сам педагог.

Литература

1.Арутюнов Д. Сочинения П.И. Чайковского в курсе анализа музыкальных произведений/Д.А. Арутюнов. – М.: Музыка, 1989. – 112 с.

2.Вопросы музыкальной педагогики / [ред.-сост. В. Натансон] – М.: Музыка, 1979. – 160 с.

3.Прибегина Г. П.И. Чайковский/Г.А. Прибегина. – М.: Музыка, 1990. – 224 с.

4.Тюлин Ю. Произведения Чайковского/Ю.Н. Тюлин. – М.: Музыка, 1973. – 276 с.

5. Тюлин Ю. Произведения Чайковского/Ю.Н. Тюлин. – М.: Музыка, 1973. – 276 с.

6. Цуккерман В. Выразительные средства лирики Чайковского/В.А. Цуккерман. – М.: Музыка, 1971. – 247 с.