Политология/7. Глобалистика

 

Кунец М.С

слушатель магистратуры

Сибирского института

международных отношений

и регионоведения,

специалист в области МО,

Россия, г.Москва

 

Теоретический аспект концепции единой политической власти.

Глобальные изменения в эпоху глобализации, затронувшие состояние международной безопасности, обусловили актуальность исследуемой проблемы. В среде научных дискуссий и исследований важную роль занимает  рассмотрение природы изменений, главной причиной которых стало появление такого феномена, как стремление США к использованию процессов глобализации для установления своего доминирования в мире, а также постепенная реализация глобалистского евроатлантического проекта, основанного на идеологии мондиализма. Данные термины и процессы периодически освещаются с различных сторон, но все же требуют дальнейшего осмысления.

Определением для государства как территориальной организации, имеющей национальные, религиозные и др. корни у народов, населяющих эту территорию, а также общие климатические условия, географические и другие значения, является политическая структура особого рода. Данная структура  возникает на определенном этапе общественного развития и представляет собой центральный институт власти в политической системе конкретного общества. Само же общество становится самим собой совместным желанием, путем преобразования основной массы в единый народ. Такой народ, объединенный общими значениями и императивом целей, ставит над собой высшие ветви власти, которые мирным способом регулировали бы взаимоотношения внутри государства и между каждым его членом. Образуя собой некое ядро, представляющее различные общественные связи, конкретный народ является фундаментальной основой для организации функциональности и жизнеобеспечения государства. Создаваемая народом государственная система – общественный механизм, обеспечивающий совместное движение к поставленным целям, таким как сохранение безопасной среды для дальнейшего существования народа, благоприятное развитие различных сторон общественной жизни, соблюдение порядка всей государственной системы. Таким образом, общество само организует государство и самоорганизуется за счет него, а это значит, что зарождение, как и существование государственности, невозможно без наличия конкретного общества и его интереса к существованию в нем. Следовательно, отсутствие народного общества (нации) или отстранение его от созданного им общественного механизма государственности ставит под вопрос дальнейшее движение к поставленным целям системы не только государства, но и всего общества в нем.

В течение многих столетий среди государств происходили различного рода интеграционные и дезинтеграционные процессы. Начиная с первых лет истории, государства вступали друг с другом в различные союзы. Объединение государств в конечном итоге означало для участников выработку направленной стратегии проведения общей политики, а также определения совместных действий по таким вопросам, как усиление военного потенциала, наращивание возможностей национальных экономик и др. Анализ государственных союзов как сегодня, так и в известной нам истории показывает, что путь от однородного до совместного может осуществляться только двумя способами: через процесс внешнего принуждения и путем общей договоренности.

 Процесс внешнего принуждения выражается военным и невоенным вмешательством. Конечной точкой вмешательства является полное или частичное уничтожение суверенитета принуждаемого государства с целью установления контроля над его действиями. Основной чертой, характеризующей принуждение, могут быть любые проводимые государством-захватчиком операции, которые ограничивают свободу суверенного государства, к примеру, под предлогом невыполнения диктуемых обязательств. Одним из основных актов, относящихся к принуждению невоенного воздействия, является манипулирование. Манипулирование – это принуждение к выполнению определенных действий под предлогом включения каких-либо ограничений принуждаемому государству (пр. экономических и др.). Конечной целью манипулирования, как и любого другого невоенного вмешательства извне, является частичный захват суверенитета государства, выражаемый перенаправлением проводимой государством политики, или смещение вектора международных интересов государства в удобную для манипулятора сторону. В отличие же от действий невоенного принуждения, путь военного вмешательства подразумевает полное завладение суверенитетом государства и последующее его применение захватчиком в своих целях. Так как внедрение программы действий в обоих случаях внешнего принуждения происходит под различной степенью давления, то для манипулируемого государства любые действия, совершенные посредством такого союза, являются эксплуататорскими. С этого момента государство, находясь под внешним принуждением, больше не является естественным носителем суверенитета и единственным представителем своего населения, а становится участником союза интересов той стороны, чьи взгляды под давлением она осуществляет. Стоит отметить, что союз, совершенный под любым из представленных процессов, является  патогенным для государства, т.к в этом случае происходит потеря необходимой эластичности в независимости выбора движения к поставленным целям. Государство лишается системного общественного механизма и становится стратегической точкой для размещения геополитических интересов внешнего представителя (напр. сырьевой базой) для государства извне.

Другой способ образования государственных союзов - путь общей договоренности. Данный способ представляет собой процесс добровольного образования союзов или объединений государств в общую политическую структуру в целях достижения совместного благополучия в поставленных перед участниками задачах. Решающим звеном в принятии решения о создании интеграции государства в общую политическую структуру всегда является его национальный народ. С течением времени союзы государств  позволяют нациям выработать тесное и благоприятное сотрудничество друг с другом в различных областях жизни: политической, экономической, военной, общественной, культурной и др. Символично, что образование государственных объединений фундаментально схоже с процессом образования государства обществом. Правда, во втором случае масштаб процесса кардинально отличается.

Различные объединения, созданные как в результате внешнего принуждения, так и в результате общей договоренности, осознанно или нет, но образовывали экономические системы, которые в связи с увеличением объема и масштаба кооперации требовали локальное, региональное, а затем и вовсе глобальное управление. Таким образом, в ходе движения финансового потока за счет увеличения объема продаваемой продукции, услуг и информации создавались управленческие центры, отвечающие за движение указанных ценностных категорий или же готового капитала из одной стороны в другую. В случае патогенного союза такое движение истощало государственные ресурсы одного государства в пользу другого, в случае общей договоренности - насыщало. Со временем уменьшения зоны свободного экономического пространства и увеличения влияния финансовой составляющей к государственной центры образовывали целостные экономические системы корпоратократов. К началу XXI века процесс формирования системы неизбежно привел к созданию институциональной основы глобального управления в планетарном масштабе и органов для ее обеспечения. Сегодня главным органом функционирования основ глобального управления является Федеральная Резервная Система США, де- факто "завод" по производству мировых денег; де-юре "завод" по навязыванию и обеспечению национальным государствам собственных интересов.

На глобальном уровне производитель денег является финансовым богом, обеспечивающим "кровоток" между остальными участниками рынка. В таком случае мировая система немедленно эволюционирует в живой организм, где каждый орган выполняет заданную функцию. Одна страна делает автомобили, другая – ширпотреб, третья – сельхозпродукцию, четвертая поставляет энергоресурсы, но так как все участники мирового рынка зависят от единой кровеносной (финансовой) системы, на смену государственной независимости приходит абсолютная зависимость [4.481]. Ввиду этого усилившаяся волна экспорта системы глобального управления в виде поставки определенных финансовых клише средствами глобализации и стереотипов либерального сознания средствами глобализма бьет не только по экономикам суверенных стран, но и другим областям внутренней составляющей жизнеобеспечения государств. Сегодня глобализация в институциональном и целостном отношении рассматривается как тип социальной трансформации. Она лишь позволяет развивающимся странам перенимать либо имитировать существующие структуры западного общества в лице США, поэтому процесс глобализации для развивающихся стран стал процессом противоположным процессу модернизации, особенно в области национального производства, т.к. поставил вопрос ребром: догонять или имитировать? Но в любом случае абсолютно неважно, какой выбор будет сделан, ведь означать он будет прогрессирующее отставание. Поэтому термин «американская мечта»,  применимый к глобализации, становится действительностью, потому что именно американские компании сегодня снимают сливки. Тем самым происходит сужение национальных возможностей влияния стран на свою экономику. Такое положение дел уже само отвечает на вопрос допустимости построения социального государства в развивающихся странах.

В чем бы ни состояла сущность глобализации, одна из предпосылок вечного мира – формирование права всемирного гражданства, выдвинутая Кантом, – все еще не выполнена. Раньше надежды на более мирное и справедливое будущее связывались со становлением единства человечества, которое поэтапно завоевывалось бы капитализмом, модернизацией и глобализацией[6.310]. Но сегодня, оценивая роль таких идей в становлении единства, отслеживается факт, не требующий излишних аргументов, – вместе с глобализацией постепенно наступает эпоха усиливающегося беспорядка, имеющего глобальную природу, и проводимая политическая деятельность США есть прямое свидетельство тому. Не только в мировой политике, но и в системе международных отношений уже произошла подмена принципов международного права правом сильного, что позволяет говорить о наступлении некой "новой эпохи", ознаменованной быть решающей в противостоянии центра глобального управления и возможностей национальных государств. Присущее эпохи качество противостояния постепенно возникает в виде все более заметного возвышения единого диктатора и пролонгации его интересов всему остальному миру. Навязывая почти тоталитарными методами в качестве универсальных свое толкование многих гуманитарных прав человека и претендуя на универсализм своей демократии, США, с одной стороны, разлагают традиционные общества других цивилизаций, с другой - на деле сворачивают свойственные именно западному типу общества права и свободы в собственной стране, что превращает общий пафос борьбы за права человека в фарс и инструмент глобального управления миром [1.177]. Как мы видим, интересы политики США распространяются намного дальше естественных территорий своей государственности и, выходя за пределы основных принципов международного права, образуют собой грубые нарушения, ввиду невозможности и нежелания противостоять которым отвергают даже возражения на противодействие со стороны остального мира. Принцип "неприменения силы и угрозы силой" в продвижении системы глобального управления для нынешнего гегемона давно хлынул в небытие; а организация, подстрекательство, оказание помощи и участие в актах гражданской войны давно стали мэйнстримом по-американски.

Рассматривая процесс гегемонизации отдельного представителя объективно, можно выделить следующее: использование различного рода стратегий по увеличению зоны геополитического влияния в различных регионах мира намеренно или нет, но оставляет за собой шлейф многочисленных жертв и не только среди конфликтующих сторон, но и среди мирного населения. Данный факт прежде всего говорит о негативном, навязываемом характере ведения именно такой международной политики, которая чаще всего устраивает лишь самого претендента на гегемонию. Проще говоря, складывающаяся система международных отношений в области международной безопасности и экономики становится все более неконтролируемой международным сообществом. Причиной тому невозможность или нежелание многих международных организаций, призванных обеспечивать стабильность международной безопасности, и государств, не желающих мешать происходящему процессу, противостоять возникающим современным конфликтам, угрозам и проблемам. Конкретные и возможные причины бездействия, а также желательные соответствия потребностям человечества компетентных организаций подробно были указаны автором в  VII научно-практической конференции по всем отраслям научного знания[7.132].        

Признанная многими идеологами и успешно притворяемая в жизни концепция глобального управления - мондиализм. Но если глобализация относится чисто к экономической сфере деятельности человека, а гражданско-политическую сферу жизни затрагивает постольку-поскольку, то мондиализм полностью позиционирует себя в ней. В теории, представая идеей однородного общества, концепция мондиализма стремится к унификации планеты в единый мир с представляемой властью мирового правительства. Фундаментальным обоснованием концепции служит представление о сущностном единстве человечества, а также об отмене существования качественных характеристик, лежащих в основе культурной, национальной и цивилизационной самоидентификации людей. Дедукция идеологии сводится к отрицанию этно-государственной принадлежности и других критериев категоризации общества.

На идеологии мондиализма построена институциональная основа для глобального управления в планетарном масштабе. Задача которой, привести человечество к единому правительству вокруг крупных экономических блоков больших глобалистических союзов. Различные функционируемые международные организации и конференции как закрытого, так и открытого типа реализуют идею в разных частях мира. Самые известные из них: Бильдербергский клуб - неофициальная ежегодная конференция, участники которой являются влиятельными людьми в области политики, бизнеса и банковского дела, а также главами ведущих западных СМИ; Трёхсторонняя комиссия - международная организация, состоящая из представителей Северной Америки, Западной Европы и Азии; и другие не менее значимые организации. По масштабам данных организаций и охвату проводимой международной деятельности можно судить о постепенной мондиализации всего мирового сообщества. В настоящее время реальная власть мондиализма и как идеологии, и как организационной структуры, сумела поставить себе на службу финансовый капитал, транснациональные корпорации и политические (и культурные) элиты многих стран [5]. На пути претворения завершающего этапа интеграции концепции мондиализма в мир объективно остается самое важное, а именно то, что образует общества, государства, культуры...

Истинная нация - это преемственно живущее целое, связанное духом, миросозерцанием, общими представлениями о добре и зле, общими историческими переживаниями. Они составляют единый мир как гармонию многообразия и всеединства, где каждый индивидуальный и национальный опыт, даже отрицательный, для воплощения истины имеет всемирно-историческое значение, где свободный выбор между плохим и хорошим будет определять итог [2.57]. Такие нации имеют великую историю, они не были просто численной массой. Но создаваемые черты и проявления "новой эпохи" с присущей ей идеологией единого общества слишком уж очевидно ставят безвозвратность существования наций в системе единого глобального управления. Происходящий процесс, охарактеризованный явным внешним принуждением по созданию системы единой политической власти, образует собой некое "гражданское общество", неких "Homo globalis" – индивидов, утративших связь с высшими ценностями веры, нации, семьи и живущих идеалом – "Где хорошо, там и отечество" – то есть "хлебом единым". Это уже не нации, а эгоистическая толпа – охлос. Но за слепой и самодовольной охлократией всегда прячется олигархия, а это – неизбежный удел демоса и извращение его кратии, которые были описаны еще Аристотелем и Полибием двадцать два века назад [3.57].

 

 

 

 

Литература:

1. Нарочницкая Н.А. Русский мир. -СПб.:Алетейя, 2007. -304 с

2. Там же.

3. Там же.

4. Юрий Шалыганов. Проект Россия. -М.:Эксмо, 2012. -944 с.

5. Дугин А. Конспирология. -М.: Арктогея, 2005. -614 с.

6. Федотова В.Г. Хорошее общество. -М.: Прогресс-Традиция, 2005. -544 с.

7. Кунец М.С. Институциональные основы нестабильности системы международных отношений. [Электронный ресурс]/М. С. Кунец - режим доступа: http://issledo.ru/wp-content/uploads/2015/02/Sbornik-7-5.pdf